Церковь на дубровке

Храм в честь святых равноапостольных Мефодия и Кирилла, учителей Словенских на Дубровке

Храм Мефодия и Кирилла на Дубровке заложен 29 апреля 2011 в память жертв теракта на Дубровке 23-26 октября 2002, где осенью 2002 года террористы захватили около тысячи человек, пришедших посмотреть мюзикл «Норд-Ост», и удерживали их трое суток. Заложники были освобождены 26 октября, в день Иверской иконы Божией Матери. Жертвами теракта стали 130 человек. http://sobory.ru/

Каждую пятницу в 16.00 в храме проводятся огласительные беседы перед Таинствами Святого Крещения и Браковенчания (предварительная запись за ящиком).

НОВОСТИ

НЕДЕЛЯ 3-Я ПО ПАСХЕ, СВЯТЫХ ЖЕН-МИРОНОСИЦ

Май 3, 2020

Святитель Игнатий (Брянчанинов). Поучение в неделю жен-мироносиц. О мертвости духа человеческого Евангелие возвещало сегодня о …

Расписание богослужений на май

Апрель 30, 2020

Дорогие братья и сестры, представляем Вам расписание богослужений в храме святых равноапостольных Мефодия и Кирилла на Дубровке г. …

Пасхальное послание Святейшего Патриарха Кирилла архипастырям, пастырям, диаконам, монашествующим и всем верным чадам Русской Православной Церкви

Апрель 19, 2020

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл обратился к архипастырям, пастырям, диаконам, монашествующим и всем верным чадам …

Слово Святейшего Патриарха Кирилла в канун Праздника Пасхи

Колокола Дубровки

11 лет прошло со дней теракта на Дубровке. Правмир публикует репортаж прошлого года с богослужения в Иверском храме-часовне на Дубровке в 10-ю годовщину освобождения и гибели заложников.

26 октября 2002 года, были освобождены заложники — актеры и зрители спектакля «Норд-Ост», захваченные террористами в театральном центре на Дубровке. Во время антитеррористической операции 130 человек погибли.

В годовщину теракта епископ Воскресенский Савва совершил Божественную литургию в Иверском храме-часовне на Дубровке и освятил колокола. На службе молились и те, кто в те дни был среди заложников.

Протоиерей Владимир Макеев, настоятель Патриаршего подворья храма святых равноапостольных Кирилла и Мефодия на Дубровке рассказал корреспонденту ПРАВМИРа о строительстве нового храма в память о жертвах трагедии и о тех, кто сегодня приходит сюда за утешением…

— Отец Владимир, для такого большого храма он построен довольно быстро?

— Да, за год. Строительство началось в октябре прошлого года. 29 апреля 2011 года, в Светлую пятницу, Святейший Патриарх Кирилл в присутствии мэра Москвы Сергея Собянина, заложил камень в основание храма святых равноапостольных Кирилла и Мефодия на Дубровке и всей программы «Двести храмов Москвы».

Храм на Дубровке строится, чтобы увековечить память о погибших, чтобы люди вновь нашли дорогу к храму, возродили в себе православный дух и чтобы такие страшные события не повторялись ни в граде Москве, ни на всей нашей Российской земле, ни в мире.

— Пока служба совершается в построенном рядом деревянном храме Иверской иконы Божией Матери — не больше пятидесяти человек помещаются в нем?

— Даже меньше – около сорока. Но это храм, в котором совершается Божественная литургии, а любой приход строится вокруг литургической жизни. 11 ноября прошлого года Святейший Патриарх Кирилл вместе с мэром Москвы приезжал посмотреть, как идет строительство, и принял очень мудрое решение – благословил построить рядом со строящимся храмом маленький деревянный, чтобы уже в процессе строительства создавалась община.

Храм был построен буквально за полтора месяца, и 23 февраля этого года епископ Воскресенский Савва освятил его в честь иконы Божией Матери Иверская. Церковь празднует ее память 26 октября – как раз в тот день, когда погибли люди. А 25 февраля – тоже в день Иверской иконы Божией Матери – здесь была совершена первая литургия, и с тех пор постоянно совершаются уставные богослужения и народ Божий собирается вокруг нашей литургической жизни.

— Приходят ли в храм родственники погибших или выжившие заложники?

— Приходят. 23 октября, в день десятой годовщины захвата театрального центра на Дубровке, очень много народу пришло, были дети и даже внуки погибших. Мы с ними беседовали, знакомились. В таких случаях от священника требуется особая деликатность – люди пережили трагедию, многие из них еще только ищут Бога.

Год назад, 26 октября, я по благословению священноначалия совершал панихиду возле памятной доски с именами погибших при освобождении «Норд Оста». Люди стояли с зажженными свечами, плакали, после панихиды я сказал им краткую проповедь, постарался их утешить, поддержать морально, потом они делились друг с другом и со мной своими воспоминаниями о погибших близких, рассказывали, как все эти годы переживают разлуку с ними.

Многие помнят, что первой жертвой террористов стала Ольга Романова. Она не была на мюзикле, но жила рядом и когда узнала о захвате заложников, сама пришла в центр и требовала от террористов, чтобы они отпустили людей. Ее застрелили – она похоронена неподалеку отсюда, на Калитниковском кладбище.

Мама Ольги тоже живет недалеко отсюда и нерегулярно, но достаточно часто ходит к нам в храм. Вообще в храм постоянно кто-то заходит и свечку поставить, и записку подать. Молитва – дело глубоко личное, если человек хочет поделиться своими переживаниями, он сам о них расскажет, поэтому мы не можем точно знать про каждого, кто заходит в наш храм просто потому, что проходил мимо или живет рядом, а кто специально приезжает, чтобы помолиться о близких, погибших здесь в 2002 голу.

Безусловно, кто-то из переживших ту трагедию ходит в другие православные храмы Москвы. И слава Богу – главное, что люди обрели веру. Об этом я и молюсь – чтобы Господь дал силы людям, до сих пор переживающих потерю близких, обратиться к Нему, почувствовать Его присутствие в их жизни. Это их не просто утешит, но и поможет войти в духовное общение с родственниками, которые уже находятся в жизни вечной.

— Наверное, после панихиды для родственников приходилось подбирать другие слова, чем для прихожан после панихиды в родительскую субботу?

— Конечно, надо учитывать, что среди тех, кто приходит в день памяти погибших при освобождении «Норд Оста», есть люди малоцерковные. Но к кому бы ни обращался священник, главное – иметь любовь к людям. Надо хотя бы на секунду поставить себя на место этих людей, подумать, что сам хотел бы услышать в минуты такого испытания, и Господь поможет, даст разум и силы найти нужные слова, которые дойдут до сердца как верующего, так и сомневающегося.

Я 21 год служил в Австралии, мне не раз приходилось закрывать глаза своим прихожанам, читать канон на исход души, то есть быть свидетелем самого главного таинства – перехода из жизни временной в вечную. По своему опыту знаю, что не может человек принять смерть, привыкнуть к ней, смириться.

Нам всегда горько терять дорогих людей, мы скорбим, но за скорбью бывает радость, утешение, потому что во Христе никто не умирает. Смерть – порождение греха. Вот задача Церкви – помочь людям победить грехи, изменить жизнь и войти в радость воскресшего Господа.

— В непосредственной близости от храма находится не только театральный центр, в котором произошла трагедия, но и фитнес-центр. А ведь даже после трагедии некоторые умудрялись осудить пострадавших – вот, мол, пошли в постный день на мюзикл.

— Легче всего осудить, а вот воцерковить людей очень тяжело. Не осуждать надо, а прилагать все свои силы (в моем случае – пастырские), чтобы Господь нашей немощью проявил силу возрождения человеческой души. Покажем своим примером другую радость народу, не имеющему духовной полноты. Люди нуждаются в нашем сострадании, любви понимании. Только такое отношение к ним поможет найти им дорогу в Церковь, но никак не осуждение.
Не только наш храм, но и многие другие, особенно в центре Москвы, соседствуют с какими-то светскими заведениями. Сегодня нет причин для Церкви уходить в катакомбы. Наоборот, мы призваны свидетельствовать о Православии, в том числе и тем, кто идет на представление или в спортзал.

Это тоже народ Божий, и многие из них по пути заходят поставить свечку, подать записку, а некоторые и с вопросами обращаются, и для меня каждая такая беседа – великое утешение. Даже если один из тысячи серьезно задумается о вере и потихонечку станет воцерковляться, наше соседство уже оправдано – оно имеет миссионерский смысл.

А храм, строительство которого сейчас завершается, очень красив. Он строится по проекту замечательного архитектора Андрея Николаевича Оболенского, участвовавшего и в возрождении храма Христа Спасителя, проектировавшего недавно освященный собор в Кронштадте. Нам еще предстоит не менее трудное дело – внутренняя и внешняя отделка храма. Но он уже возвышается над Дубровкой, радует глаз.

Пусть человек сначала даже пройдет мимо, но вернувшись домой, оставшись наедине с собой, переживая какие-то испытания, он вспомнит эту красоту. И я верю, что кому-то эти воспоминания помогут прийти к Богу. А в храме святых Кирилла и Мефодия места будет много – он рассчитан на 560 человек.

Беседовал Леонид Виноградов

Евангелие возвещало сегодня о подвиге святых жен, последовавших Богочеловеку во время Его земного странствования, бывших свидетельницами Его страданий, присутствовавших при Его погребении. Погребение совершилось в вечер пятка. Когда злоба иудеев изливалась, как бы огненная лава из огнедышащей Этны, устремляясь не только на Господа, но и на всех близких Ему; когда святые апостолы вынуждены были скрыться или только издали могли наблюдать за изумительным событием; когда один наперсник любви, для которой нет страшного, неотступно пребывал при Господе, тогда ученик, бывший всегда потаенным, постоянно скрывавший свой сердечный залог из опасения преследований от Синедриона, почетный член Синедриона, Иосиф, внезапно попирает все препятствия, колебания, недоумения, доселе связывавшие и волновавшие его, приходит к холодному и жестокому Пилату, просит тело казненного поносною казнью, получает тело, погребает тело с благоговением и почестью.

Евангелие дает деянию Иосифа значение деяния великодушного, мужественного. Таким оно и было. Член Синедриона, пред лицом Синедриона, совершившего богоубийство, пред лицом Иерусалима, принявшего участие в богоубийстве, снимает с креста тело Богочеловека, убитого человеками, относит в сад, расположенный близ городских ворот и стен. Там, в уединении и тишине, под тенью древ, в новом гробе, иссеченном в цельной каменной скале, при обильном пролиянии ароматов и мастей, полагает тело, которым искуплены и тела и души всех человеков, обвив это тело чистейшими пеленами, как обвивается и укрывается драгоценное сокровище. В погребении Господа принял участие другой член Синедриона, Никодим, приходивший ночью к Господу, признавший Господа посланником Бога. Привалив великий камень к дверям гроба – дверями названо в Евангелии низменное отверстие в пещеру – Иосиф уходит как окончивший с должною удовлетворительностью свое служение. Синедрион следил за действиями Иосифа. По отшествии его, он озаботился приставить стражу ко гробу, приложить печать к камню, заграждавшему вход. Погребение Господа засвидетельствовано и последователями и врагами Его. Одни члены Синедриона, в исступлении и бешенстве совершая величайшее злодеяние, бессознательно совершили величайшее жертвоприношение: они закланием всесвятой Жертвы искупили человечество, заключили бесплодный ряд прообразовательных жертв, соделали излишними и эти жертвы и самое установление их. Другие члены Синедриона, представители всех ветхозаветных праведников, в богоугодном направлении и расположении духа послужили погребению Искупителя человеков, окончили и запечатлели этим действием благочестивую деятельность сынов Ветхого Завета. Отселе начинается исключительное служение деятелей Нового Завета.

Святые жены не уступают в мужественном самоотвержении Иосифу. Присутствовав при погребении в пяток, они не сочли позволительным в субботу – в день покоя – нарушить тот покой, которым покоилось в священном мраке и затворе гробовой пещеры тело Господа. Жены намерены были излить свое усердие к Господу излиянием мира на Его тело. Возвратившись с погребения в пяток, они немедленно купили значительное количество благоуханных составов и ожидали наступающего дня по субботе, именуемого днем недельным, воскресным. В этот день, лишь воссияло солнце, благочестивые жены направились ко гробу. На пути они вспомнили, что ко входу во гроб привален большой камень. Это озаботило их, и жены начали говорить между собою: кто отвалит нам камень от дверей гроба (Мк. 16: 2)? Камень был велий зело. Пришедши ко гробу, они, к удивлению своему, увидели камень отваленным. Отвалил его светоносный, сильный ангел: он, по воскресении Господа, снисшел с неба ко гробу, вместившему Невместимого небом, поразил ужасом стражей, вместе и сокрушил печать и отодвинул тяжелый камень. Он сел на камне, ожидая пришествия жен. Когда они пришли, он возвестил им о воскресении Господа, повелев сказать о том апостолам. За усердие свое к Богочеловеку, за решимость воздать почесть всесвятому телу, которое охраняла воинская стража, за которым зорко наблюдала ненависть Синедриона, святые жены, первые из человеков, получили точное и верное сведение о воскресении Христа, соделались первыми и сильными проповедниками воскресения, как выслушавшие известие о нем из уст ангела. У всесовершенного Бога нет лицеприятия: все человеки равны пред ним, и тот из человеков сподобляется особенных даров Божиих, в особенном обилии и духовном изяществе, который с большим самоотвержением устремится к Богу.

Кто отвалит нам камень от дверей гроба? Эти слова святых жен имеют свое таинственное значение. Оно так назидательно, что любовь к ближним и желание им душевной пользы не дозволяют умолчать о нем.

Гроб – наше сердце. Было сердце храмом; соделалось оно гробом. В него входит Христос посредством таинства Крещения, чтоб обитать в нас и действовать из нас. Тогда сердце освящается в храм Богу. Мы отнимаем у Христа возможность к действованию, оживляя нашего ветхого человека, действуя постоянно по влечению нашей падшей воли, нашего отравленного ложью разума. Христос, введенный Крещением, продолжает пребывать в нас, но как бы изъязвленный и умерщвленный нашим поведением. Нерукотворенный храм Божий превращается в тесный и темный гроб. Ко входу его приваливается камень велий зело. Враги Божии приставляют ко гробу стражу, скрепляют печатью отверстие, замкнутое камнем, припечатывая камень к скале, чтоб, кроме тяжести, знаменательная печать воспрещала прикасаться к камню. Враги Божии сами наблюдают за сохранением умерщвления! Они обдумали и установили все препятствия, чтоб предупредить воскресение, воспрепятствовать ему, соделать его невозможным.

Камень – это недуг души, которым хранятся в неприкосновенности все прочие недуги и который святые отцы называют нечувствием. Что это за грех? О нем мы и не слыхали, скажут многие. По определению Отцов, нечувствие есть умерщвление духовных ощущений, есть невидимая смерть духа человеческого по отношению к духовным предметам при полном развитии жизни по отношению к предметам вещественным. Случается, что от долговременной телесной болезни истощатся все силы, увянут все способности тела, тогда болезнь, не находя себе пищи, престает терзать телосложение; она покидает больного, оставя его изнуренным, как бы умерщвленным, неспособным к деятельности по причине изнурения страданиями, по причине страшной, немой болезненности, не выражающейся никаким особенным страданием. То же самое совершается и с духом человеческим. Долговременная нерадивая жизнь среди постоянного развлечения, среди постоянных произвольных согрешений, при забвении о Боге, о вечности, при невнимании или при внимании самом поверхностном заповедям и учению Евангелия отнимает у нашего духа сочувствие к духовным предметам, умерщвляет его по отношению к ним. Существуя, они перестают существовать для него, потому что жизнь его для них прекратилась: все силы его направлены к одному вещественному, временному, суетному, греховному.

Всякий, кто захочет беспристрастно и основательно исследовать состояние души своей, усмотрит в ней недуг нечувствия, усмотрит обширность значения его, усмотрит тяжесть и важность его, сознается, что он – проявление и свидетельство мертвости духа. Когда мы захотим заняться чтением Слова Божия, какая нападает на нас скука! Как все, читаемое нами, представляется нам малопонятным, не заслуживающим внимания, странным! Как желаем мы освободиться скорее от этого чтения! Отчего это? Оттого, что мы не сочувствуем Слову Божию.

Когда мы встанем на молитву, какую ощущаем сухость, холодность! Как спешим окончить наше поверхностное, исполненное развлечения моление! Это отчего? Оттого, что мы чужды Богу: мы веруем в существование Бога мертвою верою; Его нет для ощущения нашего. Отчего забыта нами вечность? Разве мы исключены из числа тех, которые должны вступить в ее необъятную область? Разве смерть не предстоит нам лицом к лицу, как предстоит она прочим человекам? Отчего это? Оттого, что мы прилепились всею душою к веществу, никогда не думаем и не хотим думать о вечности, утратили драгоценное предощущение ее, стяжали ложное ощущение к нашему земному странствованию. Это ложное ощущение представляет нам земную жизнь бесконечною. Мы столько обмануты и увлечены ложным ощущением, что сообразно ему располагаем все действия наши, принося способности души и тела в жертву тлению, нисколько не заботясь об ожидающем нас ином мире, между тем как мы непременно должны сделаться вечными жителями этого мира.

Отчего источаются из нас, как из источника, празднословие, смехословие, осуждение ближних, колкие насмешки над ними? Отчего мы проводим без отягощения многие часы в пустейших увеселениях, не находим сытости в них, стараемся одно суетное занятие заменить другим, а кратчайшего времени не хотим посвятить на рассматривание согрешений своих, на плач о них? Оттого, что мы стяжали сочувствие к греху, ко всему суетному, ко всему, чем вводится грех в человека и чем хранится грех в человеке; оттого, что мы утратили сочувствие ко всем упражнениям, вводящим в человека, умножающим и хранящим в человеке боголюбезные добродетели. Нечувствие насаждается в душу враждебным Богу миром и враждебными Богу падшими ангелами при содействии нашего произволения. Оно возрастает и укрепляется жизнью по началам мира; оно возрастает и укрепляется от последования своим падшим разуму и воле, от оставления служения Богу и от небрежного служения Богу. Когда нечувствие укоснит в душе и соделается ее качеством, тогда мир и миродержцы прилагают к камню печать свою. Печать эта состоит в общении человеческого духа с падшими духами, в усвоении духом человеческим впечатлений, произведенных на него духами падшими, в подчинении насильственному влиянию и преобладанию духов отверженных.

Кто отвалит нам камень от дверей гроба? Вопрос, исполненный заботливости, печали, недоумения. Ощущают эту заботливость, эту печаль, это недоумение те души, которые направились ко Господу, оставив служение миру и греху. Пред взорами их обнаруживается, во всем ужасном объеме и значении своем, недуг нечувствия. Они желают и молиться с умилением и упражняться в чтении Слова Божия вне всякого другого чтения, и пребывать в постоянном созерцании греховности своей, в постоянном болезновании о ней, словом сказать, желают усвоиться, принадлежать Богу, – встречают неожиданное, неизвестное служителям мира сопротивление в самих себе: нечувствие сердца. Сердце, пораженное предшествовавшею нерадивою жизнью, как бы смертельною язвою, не обнаруживает никакого признака жизни. Тщетно собирает ум помышления о смерти, о суде Божием, о множестве согрешений своих, о муках ада, о наслаждении рая; тщетно старается ум ударять в сердце этими помышлениями: оно пребывает без сочувствия к ним, как бы и ад, и рай, и суд Божий, и согрешения, и состояние падения и погибели не имели к сердцу никакого отношения. Оно спит глубоким сном, сном смертным; оно спит, напоенное и упоенное греховною отравою. Кто отвалит нам камень от дверей гроба? Камень этот – велий зело.

По наставлению святых Отцов, для уничтожения нечувствия нужно со стороны человека постоянное, терпеливое, непрерывное действие против нечувствия, нужна постоянная, благочестивая, внимательная жизнь. Такою жизнью наветуется жизнь нечувствия; но одними собственными усилиями человека не умерщвляется эта смерть духа человеческого: уничтожается нечувствие действием Божественной благодати. Ангел Божий, по повелению Бога, нисходит в помощь к труждающейся и утружденной душе, отваливает камень ожесточения от сердца, исполняет сердце умиления, возвещает душе воскресение, которое бывает обычным последствием постоянного умиления. Умиление есть первый признак оживления сердца в отношении к Богу и к вечности. Что такое умиление? Умиление есть ощущение человеком милости и сострадания к самому себе, к своему бедственному состоянию, состоянию падения, состоянию вечной смерти. О иерусалимлянах, приведенных в это настроение проповедью святого апостола Петра и склонившихся принять христианство, Писание говорит, что они умилишася сердцем (Деян. 2:37).

Не нуждалось тело Господа в благовонном мире мироносиц. Помазание миром оно предварило воскресением. Но святые жены благовременною покупкою мира, ранним шествием, при первых лучах солнца, к живоносному гробу, пренебрежением страха, который внушался злобою Синедриона и воинственною стражею, сторожившею гроб и Погребенного, явили и доказали опытно свой сердечный залог к Господу. Дар их оказался излишним: сторично вознагражден он явлением доселе невиданного женами ангела, известием, не могущим не быть преизобильно верным, о воскресении Богочеловека и воскресении с Ним человечества.

Не нужно Богу, для Него Самого, посвящение жизни нашей, посвящение всех сил и способностей наших в служение Ему – для нас это необходимо. Принесем их, как миро, ко гробу Господа. Благовременно купим миро – благое произволение. С юности нашей отречемся от всех жертв греху; на эту цену купим миро – благое произволение. Служение греху невозможно соединить с служением Богу: первым уничтожается второе. Не попустим греху умертвить в духе нашем сочувствие к Богу и ко всему Божественному! Не попустим греху запечатлеть нас своими впечатлениями, получить над нами преобладание насильственное.

Вступивший в служение Богу с дней неиспорченной юности и пребывающий в этом служении с постоянством подчиняется непрестанному влиянию Святаго Духа, запечатлевается исходящими от Него благодатными, всесвятыми впечатлениями, стяжает, в свое время, деятельное познание воскресения Христова, оживает во Христе духом, соделывается, по избранию и повелению Божиим, проповедником воскресения для братии своей. Кто по неведению или увлечению поработился греху, вступил в общение с падшими духами, сопричислился им, утратил в духе своем связь с Богом и небожителями, тот да уврачует себя покаянием. Не будем отлагать врачевания нашего день на день, чтоб не подкралась неожиданно смерть, не восхитила нас внезапно, чтоб мы не оказались неспособными к вступлению в селения некончающегося покоя и праздника, чтоб не были ввергнуты, как непотребные плевелы, в пламень адский, вечно жгущий и никогда не сожигающий. Врачевание застарелых недугов совершается не так скоро и не так удобно, как то представляет себе неведение. Не без причины милосердие Божие дарует нам время на покаяние; не без причины все святые умоляли Бога о даровании им времени на покаяние. Нужно время для изглаждения впечатлений греховных; нужно время, чтоб запечатлеться впечатлениями Святого Духа; нужно время для очищения себя от скверны; нужно время, чтоб облечься в ризы добродетелей, украситься боголюбезными качествами, которыми украшены все небожители.

Воскресает в человеке, приготовленном к тому, Христос, и гроб – сердце – снова претворяется в храм Божий. Воскресни, Господи, спаси мя, Боже мой (Пс. 3: 8); в этом таинственном и вместе существенном воскресении Твоем заключается мое спасение. Аминь.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *