Старец никон

Преподобный Никон — последний Оптинский старец

Святой оптинский старец Никон исповедник

Дневник послушника Николая Беляева

26. 09. 1888 г. – 25.06(08.07)1931 г.

Преподобноисповедник Никон (Беляев)

«Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день. Дай мне всецело предаться воле Твоей святой…» – Молитва последних оптинских старцев сегодня включена во многие православные молитвословы. Составлена она была во времена, когда никто из братии в начале дня не мог сказать, что ожидает их обитель к вечеру.

В 1923 г. Оптину ожидал новый удар: сельхозартель, под видом которой монастырь существовал еще некоторое время после революции, была упразднена и на его территории – основан музей, находившийся в ведении «Главнауки». Храмы, трапезная, скит, семьдесят гектаров монастырского леса и даже кладбище поступили в распоряжение музея. Человек десять-пятнадцать из числа монахов были оставлены в качестве сторожей и рабочих, а всем остальным было приказано покинуть Оптину Пустынь. Начались скитания: большинство переселилось в Козельск, кто-то нашел приют в соседних деревнях: Стенино и Нижние Прыски. По просьбам крестьян монахам было позволено еще совершать богослужения в Казанском храме.

Служащим священником был оставлен о. Никон (Беляев). Как капитан корабля, терпящего крушение, о. Никон не уходил из монастыря до последней возможности.

Ровное горение

Путь о. Никона из мира в монастырь был необычным. Два брата, Николай и Иван Беляевы, выросшие в благочестивой московской купеческой семье, приехали в Оптину Пустынь, желая поступить в братию.

Послушники Николай и Иван Беляевы

Младший, Иванушка, «горел» монашеством, он-то и был главным вдохновителем их шага. Еще в гимназии с порывистостью, свойственной молодости, он написал однокашникам письмо, осуждающее все суетное, земное и преходящее.

Братья Беляевы. Николай — сидит справа

Николай был старшим и обладал характером более уравновешенным, и в то же время – более открытым. В семье обычно именно он сообщал всем дух простодушного ребячливого веселья. Теперь по сравнению с братом он выглядел более нерешительным, сомневающимся в своих силах встать на путь, требующий, особенно на первом отрезке, не только большого терпения, но и физической выносливости. Однако именно на него упал взгляд старца, скитоначальника – отца Варсонофия, предузнавшего в нем своего будущего ближайшего ученика.

Николай Беляев

Братья находились в том состоянии воодушевления, отчасти обязанного юному возрасту, когда за одну искренность упования Господь подает просящим ответ. Помолившись однажды и прося Бога указать им обитель, где лучше, удобнее всего им было бы пройти монашеское поприще, они разрезали на ленты лежавший без употребления ветхий справочник с перечнем русских монастырей, и тянули жребий.

На пожелтевшем от времени клочке бумаги значилось: «Козельская Введенская Оптина Пустынь», о которой они до тех пор ничего не слыхали.

Законоучитель Беляевых о. Петр Сахаров посоветовал им обратиться к епископу Трифону (Туркестанову), бывшему постриженику Оптиной Пустыни. Не откладывая задуманного, тогда же, в феврале 1907 г., Иван и Николай сообщили о своем желании поступить в монастырь матери, испрашивая ее родительского благословения.

Семья Беляевых. Николай Беляев — стоит крайний слева

Удивлению Веры Лаврентьевны Беляевой не было предела – Коля проявлял до тех пор интерес к течению общественной жизни(i) и, к тому же, был студентом физико-математического факультета университета, а Иванушка еще учился в старшем классе гимназии, – однако препятствовать стремлению детей она стала. Епископ Трифон успокоил ее опасения, сказав, что в Оптиной они научатся лишь хорошему, и, сколько бы они там не пробыли, в последующем с благодарностью будут вспоминать полученные там духовные уроки.

Великую силу имеет архипастырское благословение. Выдержав в Оптиной Великий пост и преодолев некоторые трудности, с которыми они встретились вначале, Николай и Иван были приняты в число послушников скита.

Под водительством старца

Представление о монашестве у братьев Беляевых в ту пору было несколько идеалистическим и даже не совсем верным. Однако Николай, не видя в себе никаких особых задатков подвижника и не дерзая приниматься за молитвенное делание сверх установленных скитским уставом правил для начинающих, решил во всем полагаться на совет и руководство более опытного – старца и духовника, отца Варсонофия.

Так, в силу природной мягкости, он интуитивно выбрал самое верное средство прохождения монашеского пути – послушание(ii). Иванушка же, вдохновленный подвигом афонских отшельников, много и усердно молился, так, что установленными по своему почину ночными бдениями довел себя до состояния истощения и повышенной чувствительности ко всему.

Последствия этого выбора не замедлили сказаться: спустя несколько времени, приливы уныния и горечи от однообразного течения внешней жизни скита побудили его искать чего-то более значительного, и послужили причиной нескольких уходов из обители, чередовавшихся с возвращениями, до момента, когда он покинул монастырь навсегда.

Николай же остался в Оптиной. Прежде не приученный к физическому труду, теперь он с радостью выполнял самую простую работу: носил дрова, расчищал снег, мыл посуду в трапезной и ходил в покос с братиями. Через год он был назначен на место письмоводителя начальника скита, и на долгие годы это стало его основным послушанием.

Преподобный Варсонофий Оптинский

Преимуществом его было то, что оно давало возможность быть при старце почти неотлучно, беседовать, общаться с ним. Грань между «деловым» общением и духовной школой была не твердой.

Под руководством о. Варсонофия проходил послушник Николай и обязательную для иноков «программу» – духовную, святоотеческую литературу, куда входило многое: от аввы Дорофея и Иоанна Лествичника – до Симеона Нового Богослова и сочинений Святителя Игнатия (Брянчанинова).

Самостоятельное, бессистемное чтение в Оптиной не поощрялось. Имела значение не только последовательность, но и чтение сообразно с внутренним возрастанием послушников и иноков. Прочитанное закреплялось в повседневном общении, заповеди проходили делом.

И вскоре Николай исполнился к о. Варсонофию глубокой, благоговейной привязанностью. «Я в первый раз вижу такого человека…Батюшка – великий старец! Я все больше убеждаюсь в этом…Без старца очень трудно жить», – писал он в своем дневнике(iii).

И не так важны были внешние шаги прохождения иноческого пути(iv), как то, что в Иоанно-Предтечском скиту душа обрела мир и покой, нашла свое место.

«Для меня прошедшее – мир, а настоящее – Скит. И я благодарю Бога… Мне здесь, действительно, очень хорошо, – покойно, скорбей никаких нет. Если и бывают иногда соблазны от братии, то они быстро проходят и не тревожат меня особенно… Я думаю, что Господь меня утешает, желая показать мне сладости иноческой жизни… меня ничто не смущает, и лучшего я не желаю… Начинаю понимать слова Батюшки: Как нам благодарить Тебя, Господи, что Ты отторг нас от мира и привел сюда! Теперь я едино прошу от Господа: еже житии мне вся дни живота моего в дому Твоем».(v)

Для того, кто решил всю жизнь посвятить служению Богу, и не нужно было внешних впечатлений. Высшим утешением было читать ту дивную книгу, которую раскрыл перед ним Господь. В ней каждое событие свидетельствовало о том, что в мире нет ничего случайного, во всем – в большом и малом – присутствует Его рука и Его святой промысл, только умей увидеть, заметить, как связаны земное и небесное.

Николай покинул мир в день Св. Вмч. Анастасии Узоразрешительницы, как бы разрешившись от мирских попечений, а в скиту они поселились в Навечерие Рождества Христова для того, чтобы родиться для жизни новой.

Пробуждение в нем стремления к монашеской жизни было устроено через брата – Иоанна, чьим святым был небесный покровитель Скита – Св. Пророк и Предтеча Господень, Иоанн.

Но было и еще одно обстоятельство – возможно, предзнаменование его будущей участи. Перед уходом из мира Николай долгое время проводил в уединенной молитве, выбрав для этого московский Чудов монастырь, в подземелье которого был замучен захватившими в смутное время Москву поляками Патриарх-мученик Гермоген.

И Николаю было уготовано совершить тот же путь исповедания веры, свидетельствуя перед миром о верности Православной Церкви.

Это определение о нем прозревал и его старец. Не однажды отец Варсонофий, страдая за своего воспитанника, говорил вещи не понятные среди благополучия тех лет; однако слова его вспомнились позднее:

«Господи! Спаси раба Твоего Николая! Буди ему Помощник! Защити его, когда он не будет иметь ни крова, ни приюта!»(vi)

«…Увидите вы день лют… Попомните мое слово… Много вам придется пролить поту, крови и слез… И придет моя деточка на мою могилку и скажет мне: «милый папочка, батюшка Варсонофий! Помоги мне, помолись за меня, мне очень тяжело!»(vii)

А одно слово старца указывало на то, что скорби, которые он предсказывал, будут касаться не только его учеников, но и всей Церкви в России:

«Монастыри будут в великом гонении и притеснении. Придет время, когда Оптиной будет тяжело… Истинные христиане будут ютиться в маленьких церквочках… Мы-то уж уйдем, а вы будете участниками и современных всех этих ужасов. До ужасных времен доживете вы».(viii)

И однажды безмятежная жизнь в оптинском скиту, этом «рае земном», где проходило время ученичества, для инока закончилась, и открылся тернистый и многоболезненный путь, на котором ему еще предстояло стяжать «земной рай» в душе, не имея ни клочка своей земли под ногами.

Иеромонах Никон (справа)

Восхождение

Первым ударом стал внезапный перевод в Московскую епархию старца Варсонофия, причиной чему послужила смута, затеянная мирянами, своевольно вмешавшимися во внутреннюю жизнь монастыря. Как на крестоношение согласился 67-летний старец на новое и тяжкое для него послушание – настоятельство в Старо-Голутвином монастыре. За недолгое время ему отпущенное он сделал все, что было в его сила(хix), но через год, в апреле 1913-го, тихо угас, как свеча, «вне града», за пределами Оптиной(x).

Затем началась Первая мировая, завершившаяся революцией и свержением законной власти. В первые годы после переворота большинство монастырей было закрыто и подверглось разорению, Оптина же держалась из последних сил. И тогда, среди гонений, обители особенно пригодились знания, усердие и способности к организации ближайшего ученика о. Варсонофия.

Николай был к тому времени уже пострижен в мантию с наречением нового имени – Никона и в ноябре 1917-го — посвящен в сан иеромонаха. Писавший когда-то в дневнике: «Умру, а не уйду», в критическом положении он не только стал отвечать за все хозяйственные стороны жизни монастыря, но и по благословению архимандрита принял на себя обязанности духовника и старца. – Многие приезжали тогда в Оптину за духовной поддержкой и утешением.

Отец Никон

Не испугал и не изменил его настроения и первый арест 1919-го года. Следующий же – в 1927 г., одновременно с закрытием музея, поставил о. Никона в ряды исповедников. По сфабрикованному делу священника, который вел уединенную жизнь(xi), заключили в тюрьму, а 27 января 1928 г. этапом отправили на Соловки.

Относительно терпимые условия содержания на пересыльном пункте в Кеми и на Поповом острове в Карельской республике, где в виду расшатанного здоровья(xii), о. Никону было определено место сторожа на складе и сотрудника канцелярии, сменились тяжелейшим испытанием уже после освобождения и определения на поселение.

Недолгое пребывание в Архангельске среди духовно близких людей, окончилось «перемещением» в Пинегу, где о. Никону с большим трудом удалось найти жилье в деревне Воепола за три километра от города, куда ему нужно было ходить отмечаться.

До того момента ему приходилось терпеть недоедание, холод, болезни. Однако еще была возможность читать, молиться, писать письма духовным детям, а теперь пришлось испытать исключительную жестокость хозяйки, согласившейся сдать ему угол. Видя безвыходность положения о. Никона, женщина потребовала от него выполнения всех тяжелых работ, продолжая относиться к батюшке как к «батраку» даже тогда, когда из-за очередного кровоизлияния и открывшейся раны на ноге он слег с температурой 40. Зашедший к нему ссыльный священник – о. Петр увидел о. Никона в совершенном бессилии лежащим на двух табуретках: узнав о том, что у него туберкулез, хозяйка в ярости вынесла кровать из его комнатенки и стала выставлять его на мороз.

С этого дня до последнего момента о. Петр, взявший его к себе, терпеливо, бережно заботился о нем. Отец Никон таял день ото дня. Повышенная и утром температура к вечеру переваливала за 40, в последние недели из-за болей и слабости батюшка почти совсем не мог есть, и только просил чая. Незадолго до смерти он видел являвшихся ему оптинских старцев, укреплявших его молитвой. А перед уходом ему было даровано утешение: в последние дни боль отступила, и кончина его была мирной и безболезненной.

Дом, где скончался преподобный Никон

На отпевание нового исповедника Русской Православной Церкви, приехали 12 священнослужителей из числа ссыльных, удивительным образом собравшиеся вместе: всего за несколько дней до того они находились в «командировке» в лесу, в 60 км от своего жилья, и вдруг все были отпущены. Земля провожала о. Никона с почестями, достойными архиерея.

Могила преподобного Никона

Дошедшие до нашего времени наставления отца Никона (Беляева) просты, но в них – много мудрости. Одна из самых главных для него тем – это напоминание о том, что спасают не ризы, не клобук и не мантия. Он старался предостеречь тех, кто идет по пути духовному от страшных подмен и гордости: «Важность в христианстве, а не в монашестве. Монашество в той степени важно, в какой оно приводит к совершенному христианству»(xiii); «Страсть тщеславия уничтожает веру в сердце человеческом»(xiv).

Учил терпению, смирению истинному, непоказательному и не внешнему, стяжать которое нельзя иначе, как принимая все, что происходит в жизни как от руки Господней: «Не попускает Господь искушений выше меры и сил наших»(xv).

Рукопись о. Никона

Сноски:

i За резкую демонстрацию во время событий 1905 г. класс, где учился Николай Беляев и его брат Сергей, был исключен из гимназии, хотя и с правом сдавать выпускные экзамены. Но именно события 1905-1907 гг. определили изменение отношения Николая к жизни и вызвали разочарование в попытках изменения социальных условий насильственным путем.

ii «Путь послушания самый верный и самый скорый, – писал ученикам о. Варсонофий, – Для исполнения послушания, превосходящего естественные силы человека, Господь и силу дает, если послушник берется за дело именно как за послушание, принимая его как от руки Господней, как проявление воли Божией.»

iii Цит. по: Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. Издание Введенской Оптиной Пустыни. По благословению Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II. 1996. С. 92

iv В апреле 1910 г. В день Св. мучениц Агапии, Ирины и Хионии, Николай был пострижен в рясофор.

v Цит. по: Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. С. 107

vi Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. С. 223

vii Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. С. 253

viii Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. С. 257

ix На новом месте, в Коломне он привел в порядок запущенные дела обители, духовно собрал, дисциплинировал братию.

x Мощи старца Варсонофия по его преставлении были с почестями перенесены в Оптину Пустынь ради сотен и тысяч людей, приезжавших к нему сюда при жизни.

xi Отец Никон жил к тому времени в Козельске, разделяя квартиру с оптинским монахом о. Кириллом (Зленко) и принимая людей с большой осторожностью.

xii Кроме тромбофлебита – воспаления сосудов на ноге, сопровождавшегося болями и кровоизлияниями, у него нашли туберкулезный процесс в запущенной стадии.

xiii Цит. по: Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. С.371

xiv Цит. по: Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. С. 370

xv Цит. по: Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. С. 372

Рекомендуемые для чтения источники и литература:

1. Дневник послушника Николая Беляева (преподобного старца Никона) М.: «Полиграф Ателье Плюс», 2004
2. Житие иеромонаха Никона. Преподобные оптинские старцы. Издание Введенской Оптиной Пустыни. По благословению Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II. 1996
3. Преподобные старцы Оптиной Пустыни. Жития. Чудеса. Поучения. Православный приход Хама иконы Казанской Божией Матери в Ясенево. 2000
4. Носители духа Святого Игнатия. Духовные советы современным христианам. М.: «Формат Т», 2009
5. Оптинский альманах. Святыни под спудом. Введенский ставропигиальный мужской монастырь Оптина Пустынь, 2008
6. Концевич И. М. Оптина Пустынь и ее время. Серг. П., 1995
7. Прот. Сергий Четвериков. Оптина Пустынь. Париж YMCA-PRESS 1988
8. Душеполезные поучения Преподобных Оптинских старцев. Издание Введенской Оптиной Пустыни. 2006
9. Оптинский цветник. Изречения преподобных старцев Оптинских. М.: Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет. 2007

Считавшийся «чудотворцем» калужский поп Никон годами совращал детей в своем храме

Калужский священник, иеромонах Никон приговорен к пяти годам колонии строгого режима за педофилию. Прихожане годами считали клирика целителем и чуть ли не чудотворцем, но, как выяснилось, благочестия в его делах и помыслах не было вовсе. Следствие установило, что отец Никон совращал мальчиков прямо в алтаре собственного храма и не смог остановиться даже после того, как оказался в статусе подозреваемого. Подробности греховной жизни очередного священника РПЦ изучил корреспондент «Ленты.ру» Игорь Надеждин.

«Отец Никон сказал, что это наша тайна»

13 марта 2018 года на имя председателя Следственного комитета России (СКР) Александра Бастрыкина через официальную интернет-приемную поступило обращение от молодой женщины, чье детство и юность прошли в Калужской области. Она рассказывала о тамошнем священнике, и этот рассказ вызвал неподдельный интерес у следователей.

Из материалов уголовного дела – фрагмент обращения на имя председателя СКР, поступившего через интернет-приемную 13 марта 2018 года:

«Уважаемый Александр Иванович! Очень прошу вас разобраться в странной истории, которая произошла с моим братом, 12-летним Константином. Он утверждает, что в декабре 2017 года, накануне его дня рождения, священник храма Косьмы и Дамиана в селе Брынь Думиничского района Калужской области завел его в алтарь, где заставил оголить половой орган и несколько минут совершал действия сексуального характера… Константин с тех пор стал подавленным, боится церкви и взрослых, ездит в храм с неохотой, заметно хуже учится и стал дерзить родным. Мы связываем произошедшие в мальчике изменения с полученной им от действий отца Никона психологической травмой…»

Обращение было спущено в региональное следственное управление СКР, и вскоре следователи уже разговаривали с матерью Константина.

– Мать мальчика во время первой же беседы подтвердила слова своей дочери – мол, после одного из визитов в храм ее сын, и так не отличавшийся активностью, стал замкнутым, тревожным, а однажды отказался ехать в церковь с бабушкой, потому что батюшка его «за писю трогал», – рассказывает старший лейтенант юстиции Юлия Иост, следователь по особо важным делам Следственного управления СКР по Калужской области. – Мы в присутствии родных и педагога опросили ребенка уже под протокол, и он нам рассказал шокирующие подробности – такие, какие мальчик придумать не мог.

Однако следователям сразу стало ясно, что доказать преступление будет очень трудно: оно было совершено в декабре, а известно о нем стало лишь четыре месяца спустя. Тем более что сам священник, давая объяснения, заявил, что ребенок на него наговаривает: мол, в нем сильны бесы, потому он и не хочет посещать храм Божий. Батюшка, по его словам, только показал мальчику алтарь, а к телу его даже не прикасался. Но версия потерпевшего была совсем иной.

Отец Никон во время службы Фото: пресс-служба Козельской епархии

Из материалов уголовного дела – показания потерпевшего Константина Б.:

«Мама и папа развелись много лет назад, потому что папа сильно пил. И мы жили с мамой и сестрой. Меня очень часто навещала бабушка – папина мама. Она тогда жила в монастыре и работала монахиней. Бабушка регулярно брала папу и меня и возила нас в церковь. Папу – чтобы он бросил пить, а меня – просто так, вместе с папой. Возила она нас в храм Преображения Господня в селе Брынь и в храм Косьмы и Дамиана в поселке Думиничи, к отцу Никону, потому что он очень хороший и правильный священник, он поможет и папе, и мне.

Однажды в декабре 2017 года, незадолго до моего дня рождения, когда мы с бабушкой были в храме в селе Брынь на утренней службе, ко мне подошел отец Никон и предложил мне пойти в алтарь. Служба уже кончилась, но в церкви оставалось много людей.

Мы вошли внутрь, куда могут входить только священники. Там никого не было, потому что отец Никон в тот день один вел службу. Там отец Никон обычным голосом велел мне снять штаны и трусы. Я так и поступил – папа, мама и бабушка всегда говорили мне, что священников нужно слушаться беспрекословно. (…) Мне было очень стыдно, я не знаю почему. При этом он не бил меня, не угрожал мне и не повышал на меня голос. (…) Когда я оделся, отец Никон сказал, что все это – только между мной, им и Богом, и что я никому не должен об этом рассказывать. Что это наша тайна».

По заявлению родных ребенка было возбуждено уголовное дело, но обвинения священнику предъявить не спешили. Тем более что он при повторной беседе со следователем совсем иначе объяснил свои действия: мол, на энергетическом уровне проверял состояние мальчика. Эта картинка резко отличалась от первоначальных слов отца Никона – в апреле он говорил, что к Константину даже не прикасался, а теперь – что обследовал его на предмет болезней, хотя медицинского образования не имеет.

– Гражданин Харьков в тот момент не был ни подозреваемым, ни обвиняемым, – вспоминает старший лейтенант юстиции Юлия Иост. – Но получилось, что слова ребенка последовательны и постоянны, а взрослый начал юлить. Так, священник утверждал, что не мог ничего такого сделать просто потому, что во дворе всегда много прихожан, которые часто заглядывают в окна. Но даже простой осмотр показал – нижний срез окон храма находится на высоте двух метров от земли, а подоконники уставлены иконами так, что примерно четверть окон по высоте полностью закрыты – и не только с улицы не видно, что происходит в алтаре, но и из помещения нельзя увидеть, что происходит на улице.

«Стал совершать развратно-поступательные движения»

В сентябре 2018 года следствие по делу мальчика оказалось на перепутье: было непонятно, как доказать вину или невиновность монаха. Но тут на отца Никона поступило новое заявление. Его подали родственники 15-летнего Бориса, жителя соседней Тульской области.

Из материалов уголовного дела – показания несовершеннолетнего Бориса К.:

«В начале сентября родители сказали мне, что в следующие выходные, а именно 15 сентября, мы поедем в храм в поселке Думиничи в Калужской области, где со мной поговорит какой-то сильный священник. Мама настаивала на этой поездке, так как стала беспокоиться из-за наших с ней конфликтов по незначительным поводам, а также из-за того, что я снял крест и сказал, что в Бога не верю. Я согласился на эту поездку, чтобы не провоцировать новых конфликтов.

Отца Никона я представлял как старца с бородой, а он оказался не очень старым мужчиной, на вид не более 45 лет. Мы приехали ранним утром, примерно в 08:00 были в поселке Думиничи, а после окончания службы ждали в храме, пока нас примет священник. Наша очередь была номер 31. (…) Примерно в 15:00 подошла наша очередь, отец Никон вышел к нам и стал расспрашивать о проблемах. Мама сказала, что беспокоится о моем будущем, так как я, по ее мнению, стал замкнутым, перестал общаться со сверстниками и вижу все в черном свете. После этого иеромонах Никон отправил мать на улицу, а сам стал разговаривать со мной.

Я сказал, что меня беспокоят мои болезни, на что он ответил, что они не страшные и что их можно вылечить легко – достаточно пить отвар конского каштана и мазаться пихтовой мазью. При этом он держал меня за руку и гладил ее, а сам смотрел в глаза. В какой-то момент он повел меня в алтарь.

Фото с осмотра места происшествия

В алтаре он приложил ладонь своей правой руки мне ко лбу и стал читать молитвы по типу «изыди, бесы» – я такие никогда не слышал. При этом второй рукой, левой, священник стал гладить меня по туловищу, в области груди и живота, постепенно опуская руку, и в какой-то момент стал массировать мне паховую область. От неожиданности я впал в ступор и ничего не мог ни сделать, ни сказать. (…) Затем священник велел мне спустить брюки и трусы и стал совершать развратно-поступательные движения .

Когда я вышел из храма, я родителям ничего не сказал, так как не знал, как относиться к произошедшему. Только вечером, когда мы вернулись домой, я все рассказал маме и папе. На следующий день они вновь расспросили меня, и потом мы вместе пошли в полицию, где написали заявление. (…) Я думал, что церковь – святое место, и в ней ничего подобного быть не должно, но оказалось, что я сильно ошибался».

Заявление, поданное в Тульской области 16 сентября, уже 18 сентября попало в СУ СКР по Калужской области. В тот же день в храме был проведен обыск.

– Конечно, за три прошедших дня полы в алтаре были вымыты и все убрано, – говорит следователь Юлия Иост. – Но при осмотре места происшествия мы обнаружили на одной из ряс следы биологических жидкостей человека. И тут же выяснилось, что это одеяние принадлежит отцу Никону, да и сам он его признал. Но по поводу показаний второго потерпевшего опять заявил, что его просто хотят оговорить, так как многие, в том числе священники, завидуют его популярности. Впрочем, и эти показания он также неоднократно менял.

19 сентября 2018 года 43-летний Сергей Харьков был арестован. 26 сентября ему предъявили обвинение в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении несовершеннолетних. Но уже через два месяца содержание под стражей было заменено на домашний арест – формально, потому что отец Никон имеет тяжелое заболевание.

Потерпевшему Борису К. провели психолого-психиатрическую экспертизу. Она подтвердила, что подросток действительно получил серьезную психологическую травму и нуждается в лечении. И, скорее всего, травма связана именно с сексуальным насилием со стороны взрослого. Другая экспертиза подтвердила, что в показаниях мальчика нет лжи.

Храм в честь Преображения Господня (село Брынь) Фото: Nik Esaulov / Wikimedia

На допросе, во время которого отцу Никону сообщили результаты экспертиз, он выдвинул новую версию: его никто не оговаривает, просто ребенок в силу детской непосредственности неправильно понял действия священника. «Я его за половые органы не трогал – я на энергетическом уровне проверял, нет ли у мальчика простатита», – пояснил батюшка.

«Харьков никогда не скрывал, что обманывает людей»

Сергей Харьков родился в деревне Думиничи в декабре 1975 года. Учился в школе, причем очень хорошо. В 1992 году с первого раза поступил в Калужский педагогический университет на физико-математический факультет. Сначала жил в общежитии, а затем стал арендовать жилье. И как-то однажды познакомился с настоятелем одной из церквей в Калуге, который предложил Харькову подработку в храме. В лихие девяностые радовались любой копейке, особенно если она не требовала выматывающих усилий, и Сергей сразу согласился.

– Он был очень обаятельным с самого детства, но, мягко говоря, никогда не отличался честностью, – рассказала «Ленте.ру» на условиях анонимности одна из его бывших близких знакомых. – Насмотревшись на людское горе в храме, он сделал парадоксальный вывод – и стал ездить по местным деревням, представляясь целителем. Лечил якобы травами, но где он эти травы брал, лично я не знаю. В лес он не ходил ни в будни, ни по праздникам. Честно говоря, Харьков никогда не скрывал, что обманывает людей, – правда, и не хвастался этим. Но деньги у него стали водиться, и большие деньги. Они его и погубили – он стал сильно пить.

Вскоре его знакомый священник умер, и Харьков переехал в его квартиру. Якобы чтобы ухаживать за матушкой, оставшейся без кормильца, и даже заключил договор пожизненной ренты, но помощи никакой не оказывал, зато стал водить в дом девушек. Не учел Харьков только одного: соседка батюшки работала начальником местного отдела соцзащиты и внимательно следила за соседями, с которыми прожила бок о бок всю жизнь. Заметив, что постоялец, обязанный ухаживать за старой женщиной, манкирует своими обязанностями, она сначала организовала уход за женщиной силами своих соцработников, а потом добилась признания договора ренты ничтожным.

Примерно в это время Харьков и запил.

Он успел сдать госэкзамены и получить диплом, но почти сразу после этого с белой горячкой попал в наркологическую клинику. Пролечился, выписался и опять стал пить. В промежутках между запоями продолжал ездить по деревням, где старики и старухи отдавали ему последнее. Поменялось только одно: если раньше Харьков представлялся целителем, то отныне он стал чудотворцем, способным благодаря природному дару излечить почти любую болезнь. Сергей всем говорил, что был тайно крещен еще при СССР, совсем младенцем.

Такая жизнь – чередование чудотворства с запоями – продолжалась почти восемь лет, с 1998-го по 2006 год.

«Таких людей закон запрещает брать на работу с детьми»

В начале 2006 года Харьков вновь был госпитализирован в наркологическую больницу – но в этот раз через три месяца лечения пить бросил. И уже в сентябре 2006 года устроился учителем православной культуры в Думиничскую среднюю школу.

– Во время следствия мы запросили документы из школы, и я была поражена: в личном деле Харькова не оказалось вообще никаких упоминаний о том, что он много лет состоял на учете в наркологическом диспансере, – говорит Юлия Иост. – Таких людей закон запрещает брать на работу с детьми – но Харьков девять лет трудится педагогом. В его личном деле только грамоты и бумажки о том, что он прошел ежегодную диспансеризацию. То есть к работе с детьми он был допущен без обязательных медицинских документов. Но ведь в Думиничах все знали, что он сильно пил много лет. И вдруг в один день об этом забыли!

В 2015 году Харьков увольняется из школы: в начале марта архиепископ Козельский и Людиновский владыка Никита (Ананьев) постригает его в монахи под именем Никон (в память Преподобного Никона Радонежского) и почти сразу (в середине марта) назначает сначала диаконом, а через несколько дней – настоятелем храма Преображения Господня в селе Брынь. А еще через несколько недель ему вменяют в обязанности служить также и в церкви Косьмы и Дамиана в Думиничах.

Иеромонах Никон на уроках в младших классах Думиничской средней школы №3 Фото: пресс-служба Козельской епархии

Новоявленный отец Никон в короткое время восстанавливает храм буквально из руин – но потому, что продолжает поддерживать о себе славу чудотворца. На сайте прихода, кстати, есть хвалебные о нем отзывы. У кого-то прошла голова после беседы с отцом Никоном, кто-то и думать забыл о больном сердце. К чудотворцу отцу Никону едут из разных городов: кто-то просит помочь избавиться от бездетности, кто-то – вылечить сына или мужа от алкоголизма. Он принимает всех и со всеми говорит – вот только одни и те же люди записываются к нему годами с одними и теми же проблемами. Но все равно продолжают верить в чудотворство и то, что отец Никон отлично изгоняет бесов.

Любопытно, что нет ни одного человека, который бы стал свидетелем чудес, сотворенных Сергеем Харьковым. Кроме одного – с его появлением казна храма стала в несколько раз больше. Впрочем, от отсутствия денег она и так не страдала. За один день отец Никон принимал до 70 человек, и каждый оставлял минимум тысячу рублей, а то и больше. Но, несмотря на славу чудотворца, Сергей Харьков не мог помочь даже себе: он страдал тяжелым заболеванием, которое требует ежедневных инъекций. И при этом не стеснялся говорить, что способен помочь людям, которые страдают от того же недуга.

Прикрываясь болезнью

Сразу после первого обращения в милицию отец Никон сообщил руководству, что на него написали заявление – но от службы его не отстранили вплоть до дня задержания. Найденная на рясе отца Никона сперма оказалась его. Он, получив результаты генетической экспертизы, заявил, что у каждого мужчины она истекает самопроизвольно, и в этом нет никакого преступления. А затем вновь стал утверждать, что мальчиков не трогал и его оговаривают по настоянию недоброжелателей, которые завидуют его популярности у прихожан.

Отец Никон во время службы Фото: Брынь.рф

Доказывать вину отца Никона пришлось сложным и трудоемким путем: несколько экспертиз, которые установили, что дети говорят правду, множество осмотров и допросов. Любопытно, что Сергей Харьков согласился пройти проверку на полиграфе (детекторе лжи) – но в процессе исследования активно и достаточно грамотно противодействовал работе эксперта.

Когда же судебное следствие завершилось, отец Никон тяжело заболел – причем новой болезнью. Той, что препятствует нахождению в местах лишения свободы. Пять раз дата оглашения приговора переносилась, и в конце концов Сухиничский районный суд Калужской области вынужден был провести выездное заседание прямо в больнице, у койки священника.

Суд признал Сергея Харькова виновным в совершении развратных действий в отношении несовершеннолетних и приговорил к пяти годам лишения свободы в колонии строгого режима. Под стражу его взяли прямо в палате. Попутно выяснилось, что того страшного диагноза, на который ссылались его адвокаты, у пациента все-таки нет.

Пострадавшие от действий Харькова дети были вынуждены долго лечиться. И они сами, и все их родные потеряли веру в Бога – бабушка Кости, которая была монахиней, отказалась от дальнейшего служения и вернулась в мир.

Сейчас отец Никон находится в следственном изоляторе – он обжаловал приговор.

Церковное начальство, похоже, не верит в виновность своего клирика, ждет окончательного вердикта и надеется на благополучный исход. Иначе чем еще объяснить, что служить Никону по-прежнему не запретили.

Поделиться: Ссылки на новость

преподобный Никон Оптинский (Беляев), исповедник

Дни памяти: 25 июня (8 июля) , 11(24) октября (Cобор преподобных Оптинских старцев)

Преподобный Оптинский старец Никон, исповедник (в миру Николай Митрофанович Беляев), родился 26 сентября 1888 года в Москве. Его детство прошло в большой и дружной купеческой семье. От родителей он унаследовал любовь к Церкви, чистоту и строгость нрава. С годами у Николая и его младшего брата Ивана возникло и укрепилось сознательное стремление к духовной жизни. Они решили уйти в монастырь, но не знали, в какой. Изрезали на полоски перечень русских монастырей и, помолившись, вытянули полоску, на которой было написано: «Козельская Введенская Оптина пустынь».

Дома не препятствовали благому решению, и 24 февраля 1907 года, в день обретения главы Иоанна Предтечи, братья приехали в Оптину. Их обоих с любовью принял преподобный старец Варсонофий, но как-то особенно отметил Николая. С первых же бесед они почувствовали необъяснимую тесную связь друг с другом, то, что называется «духовным родством».

9 декабря 1907 года, в день празднования иконы Божией Матери «Нечаянная Радость», братья Беляевы были приняты в число скитской братии. В октябре 1908 года брат Николай был назначен письмоводителем старца Варсонофия и освобожден от всех послушаний, кроме церковного пения и чтения. К этому времени он становится самым близким учеником и сотаинником старца Варсонофия, который, провидя его высокое предназначение, готовил его в свои преемники, передавая ему свой духовный и жизненный опыт, руководил его духовной жизнью.

В апреле 1910 года Николай был пострижен в рясофор, а 24 мая 1915 года – в мантию. Он получил имя Никон в честь святого мученика Никона (память 28 сентября). 10 апреля 1916 года преподобный Никон был рукоположен во иеродиакона, а 3 ноября 1917 года удостоился сана иеромонаха.

После октябрьского переворота Оптина была закрыта, начались гонения. «Умру, но не уйду» – так писал преподобный Никон в своем дневнике, будучи еще послушником монастыря. Эти слова выражали общее настроение оптинской братии. Трудоспособные монахи создали «сельскохозяйственную артель», дававшую пропитание. Именно тогда преподобный Никон ревностно трудился, делая все, что только возможно, чтобы сохранить монастырь. В Оптиной было тяжело, но служба в храмах продолжалась. Первый раз его арестовали 17 сентября 1919 года. Летом 1923 года монастырь был окончательно закрыт; братию, кроме двадцати рабочих при музее, выгнали на улицу. Настоятель преподобный Исаакий, отслужив последнюю соборную литургию в Казанском храме, передал ключи от него преподобному Никону, благословил служить и принимать богомольцев на исповедь. Так преподобный Никон за святое послушание настоятелю стал последним Оптинским старцем. Тогда же находившийся в ссылке преподобный Нектарий стал направлять своих духовных чад к преподобному Никону. До этого преподобный Никон не дерзал давать советы обращавшимся к нему, а когда начал принимать народ, то, давая советы, всегда ссылался на слова Оптинских старцев. Изгнанный из обители в июне 1924 года, он поселился в Козельске, служил в Успенском храме, принимал народ, выполняя свой пастырский долг. В те страшные годы верные чада Церкви особенно нуждались в укреплении и утешении, и именно такой духовной опорой был преподобный Никон. Его арестовали в июне 1927 года вместе с отцом Кириллом (Зленко). Три страшных года провел преподобный Никон в лагере «Кемперпункт».

По окончании срока его приговорили к ссылке в Архангельскую область. Перед отправкой врач нашел у преподобного Никона тяжелую форму туберкулеза легких и посоветовал просить о перемене места ссылки. Привыкший все делать за послушание, преподобный Никон попросил совета у отца Агапита, сосланного вместе с ним. Тот посоветовал не противиться Божией воле, и преподобный Никон смирился.

3/16 августа 1930 года его «переместили» из Архангельска в город Пинегу. Больной, он долго скитался в поисках жилья, пока не договорился с жительницей села Воепола. Кроме высокой платы, она требовала, чтобы батюшка, как батрак, выполнял все тяжелые физические работы. Состояние здоровья преподобного Никона ухудшалось с каждым днем, он недоедал. Однажды от непосильного труда он не смог встать. И тогда хозяйка стала гнать его из дому.

Отец Петр (Драчев), тоже ссыльный оптинец, перевез умирающего к себе в соседнюю деревню и там ухаживал за ним. Физические страдания не омрачили духа верного раба Божия: погруженный в молитву, он сиял неземной радостью и светом. В последние месяцы своей болезни он почти ежедневно причащался Святых Христовых Таин. В самый день его блаженной кончины, 25 июня/8 июля 1931 года, он причастился, прослушал канон на исход души. Лицо почившего было необыкновенно белое, светлое, улыбающееся чему-то радостно. Промыслом Божиим на погребение блаженнопочившего старца преподобного Никона одних священнослужителей собралось двенадцать человек. Он был отпет и погребен по монашескому чину на кладбище села Валдокурье. Господь, даровав Своему верному слуге мирную кончину, и по преставлении почтил его соответствующим его сану и заслугам погребением.

Память о нем жива в душах любящих и помнящих его. В день блаженной кончины преподобного отца нашего Никона оптинские насельники начиная с 8 июля 1989 года служат панихиды на месте его упокоения на кладбище на Валдокурье. Жизнь праведных начинается по их кончине…

Как всегда, совершенно случайно (и ещё раз уверившись, что ничего неслучайного не происходит), приоткрылась ещё она дверца в тайную комнату истории. Точнее эта дверца соединила два отдельных лабиринта: истории дореволюционного церковенства и его испытаний после революции.

Некоторое время назад была опубликована перепечатка главы из книги «За четверть века. 1884-1909: к истории церковно-приходских школ Московской епархии», посвящённой чашниковской второклассной школы. В статье присутствовало множество фамилий людей, судьбу которых определить было практически невозможно — фамилия и инициалы дают слишком мало информации для поиска. Но случаются и чудеса!

Рассматривая карту мест служения священнослужителей и мирян церкви русской, пострадавшей в годы гонений XX века, опубликованной на сайте Бутовского полигона, обнаружилось, что с Троицкой церковью в Чашниково связан преподобномученик Никон (в миру Георгий Николаевич Беляев). Фамилия показалась знакомой. Среди учителей Чашниковской школы встретился некто Г. Н. Беляев, инициалы и фамилия которого полностью совпадают с мирским именем преподобномученика Никона.

Краткое ознакомление с биографией преподобномученика Никона полностью подтвердили версию — архимандрит Никон (Георгий Николаевич Беляев) на ранней стадии своей карьеры посвятил учительству в Чашниковской школе целых десять лет!

Привожу полное имеющееся жизнеописание преподобномученика Никона (Беляева), приведённое в книге «Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века Московской епархии. Дополнительный том 3» Тверь, 2005 год на страницах 224-234 и дополненное различными найденными фотографиями.

Ноября 27 (10 декабря)
Преподобномученик
Никон (Беляев)

Архимандрит Никон (Беляев), 1929 год. Фото с сайта fond.ru

Преподобномученик Никон (в миру Георгий Николаевич Беляев) родился 15 августа 1886 года в селе Савельево Серпуховского уезда Московской губернии в семье священника Николая Николаевича Беляева. В 1902 году Георгий окончил Коломенское Духовное училище, в 1908 году – Московскую Духовную семинарию и был назначен учителем в школу в селе Чашниково Московского уезда. При школе был интернат, где дети жили во время обучения, и Георгий Николаевич со временем стал для них не только учителем, передающим знания, но и мудрым воспитателем, и любящим отцом. За несколько лет он настолько с ними сроднился, что, живя среди них как в большой семье, уже не помышлял о своей. Воспитывая детей, он заботился о просвещении и воспитании и их родителей. Поскольку рост всякой добродетели зависит от того, насколько человек рабствует греху, а одним из самых распространенных пороков тех лет было пьянство, то им в селе для борьбы с этим пороком было создано Троице-Алексеевское братство трезвости и при нем миссионерский кружок.

Желая получить для кружка как можно больше полезных книг и брошюр, Георгий Николаевич обратился к архиепископу Никону (Рождественскому), занимавшемуся в то время миссионерской и издательской деятельностью, с которым Георгий Николаевич находился в давних и близких отношениях. Выслав книги и брошюры, владыка в феврале 1917 года писал Георгию Николаевичу:

«Радуюсь, что открывается ваш кружок миссионерский. Помоги вам Бог. Если бы мое здоровье позволяло, сам бы поехал на его открытие. Приветствую его от души. Пишите: какие будут нужны пособия и листки. Нельзя дольше дремать. Волки бродят кругом… И пастыри, и подпаски – все должны стоять на стороже».

В марте 1918 года Георгий Николаевич был рукоположен во священника, но до августа 1918 года оставался и учителем в школе. В это время тяжело заболел его отец, служивший в Троицкой церкви в селе Протопопово Коломенского уезда, и туда священником был назначен отец Георгий.

Архиепископ Никон, узнав о болезни священника Николая Беляева, писал 20 ноября 1918 года его сыну:

«Дорогой отец Георгий, благослови Вас Господи. Господь судил послужить Вам болящему родителю, свято исполните сей священный долг Ваш… Время страшное: видны знамения антихристовы… Молим Господа, чтобы Он еще и еще потерпел грехам нашим и еще раз отвернул бы этого сына погибели, но слышно его гнусное дыхание, и не видно со стороны верующих ему должного отпора. Творится что-то невероятное. Православных на бумаге набирается до 80-90 миллионов в России – их отец и Первоиерарх арестован, и где же они? А ведь сказано в Писании: поражу Пастыря и разыдутся овцы.

Но это – только внешние показатели великой скорби церковной. Предсказанное Апостолом Павлом отступление (2 Сол. 2, 3-4) совершается воочию… Вспомните скорбное слово Спасителя: когда придет Он, Сын Человеческий, едва ли обрящет веру на земле, до того она оскудеет!

Но довольно! И то думаю: не прочитали бы эти строки антихристовы слуги, богоотступники, их так много развелось на Руси. Лучше жгите те письма, чтобы не нажить Вам беды и не быть, как говорится, бестолковым мучеником. Мое сердце стало очень плохо. Силы упали. Особенно грозят “перебои”. Видимо, недалеко и конец. Все думаю освятиться елеем. Причащаюсь часто, но уже в келье. За все слава Богу!

А Вы, посвятив себя Единому Богу, отдайтесь всецело Ему на служение. Свободные от семьи, Вы сугубо должны это сделать. А служите Ему там, где Он укажет Сам. Повторяю, что лично говорил Вам, – молитесь: скажи мне, Господи, путь воньже пойду.

От болящего Архиерея болящему иерею Николаю – Божие благословение, и Вам, его чаду возлюбленному».

Став священником, отец Георгий первое, что решил, это не брать вознаграждений за исполнение треб, но пользоваться лишь тем, что прихожане подадут сами, по своей милости и вразумлению Божию. Но в приходе кроме священника были псаломщик и сторож, и в августе 1919 года по его инициативе был устроен сбор продуктов на их содержание. Когда продукты были уже собраны и отвезены старосте, туда явились представители власти, все было реквизировано, а отец Георгий арестован и отправлен в Коломенскую тюрьму. Через три дня ему объявили, что он осужден на две недели принудительных работ.

Вернувшись в село, он еще ревностней приступил к исполнению своих священнических обязанностей, так как явственно ощущал, что время коротко и пока есть возможность делать добро и не появились те, кто поведут, куда не хочешь, надо эту возможность использовать. Отец Георгий ежедневно неустанно проповедовал в храме, каждое воскресенье вечером устраивал беседы на религиозные темы, собирал детей для уроков по Закону Божию – сначала в нанятом им частном доме, а затем у себя, и подарил каждому из детей небольшое Евангелие, как напутствие на их дальнейшую христианскую жизнь.

В марте 1920 года заведующий военным отделом при Протопоповском волостном исполкоме предложил священнику обратиться к властям, чтобы устроить публичный диспут с безбожниками, на что отец Георгий ответил, что он на этот счет дает ответ отрицательный: «Нет никакого смысла устраивать, да и выступать… Истина не требует защиты, и безумцы, восстающие на истину, сами разобьют свои пустые головы о ее твердыни».

Перед праздником Рождества Христова были собраны кое-какие продукты на содержание Коломенского епископа и для бедствующих прихожан. Поскольку собрано было немного, то все было роздано только неимущим прихожанам. Волостной исполком, узнав об этом, запросил священника, на каком основании и для каких целей он собирал продукты. На это отец Георгий ответил, что волостной исполком не имеет права требовать отчета в этом отношении и даже проявлять интерес, так как такой поступок исполкома есть вмешательство во внутренние дела Церкви. От священника потребовали, чтобы он сообщил имена жертвователей, но отец Георгий отказался это делать, памятуя случай, когда приход снимал дом у вдовы для занятий с детьми по Закону Божию и председатель волостного совета, узнав об этом, отказал ей в разрешении на получение дров в отместку за то, что она сдает дом для церковных нужд.

Местными осведомителями были предприняты особые усилия для получения сведений о жизни прихода, но безуспешно, и один из них, отчитываясь, написал: «Дела, проделываемые попом, делаются так секретно, что пока никак не удается мне проникнуть в его кружок, так как чужих людей они остерегаются, а своих хорошо знают».

В январе 1921 года политбюро Коломенского уезда получило из села Протопопова сообщение о том, что на паперти храма висит написанное большими буквами объявление: «Религия – свет для народа». Написано оно было по случаю празднования Крещения Господня – начала всеобщего просвещения. В январе 1921 года местный осведомитель ЧК и надзиратель за политическими настроениями народа в волости писал в своем рапорте начальству:

«Политическое состояние волости удовлетворительно. Сообщаю третий раз, что священник села Протопопово ведет агитацию против советской власти, устраивает разные беседы, преподает Закон Божий. Прошу принять меры…»

Рапорт (а фактически донос) на священника села Протопопово Егора Беляева. Фото с сайта foma.ru

После Пасхи 1921 года отца Георгия пригласили в деревни прихода, чтобы он и там отслужил пасхальный молебен. В деревне Сычеве священник обошел всех прихожан, а затем все с иконами отправились в часовню, расположенную посреди деревни, где был отслужен пасхальный молебен. Из любопытства в часовню пришли и жившие в деревне старообрядцы. После молебна священник, обращаясь к молящимся, воскликнул: «Христос воскресе!» Но ответили ему «Воистину воскресе!» одни православные, а старообрядцы промолчали.

Увидев это, отец Георгий обратился ко всем собравшимся с горячей проповедью: «Не все ли равно – сказать два раза аллилуйя, не все ли равно – сказать и три раза, не все ли равно, что помолиться тремя пальцами и что двумя. Перед нами стоит общий наш враг – и этот враг неверие. Враг этот очень сильный и опасный, с которым мы с вами должны бороться. Борьба эта зависит от каждого из вас. Ни в одной стране, ни в одном государстве нет таких порядков, как у нас теперь на Руси святой. Кучка людей ведет за собой массу, как стадо баранов. Народ наш темный, необразованный, послушают какого-либо оратора, похлопают ему в ладоши. Выступает другой оратор, потом третий, говорят совсем другое, а люди хлопают и им. Теперь масса людей, детей, оторванных от отцов и матерей, воспитываются по усмотрению неверующих. Люди эти становятся развратниками и хулиганами, и их у нас много теперь. Я бываю в Коломне, бываю и в Москве, некоторые дети бросаются ко мне, просят благословения, целуют крест, другие проходят мимо с насмешками, насмехаются, как и взрослые. Это стало корнем зла, великого зла, с которым мы с вами должны бороться, как с нашим общим врагом… Сегодня наш общий праздник Воскресения Христова, который мы с вами празднуем в великоторжественном веселии, а потому и говорю я вам: “Христос воскресе!”»

И на этот раз все согласно ответили: «Воистину воскресе!»

4 ноября 1921 года в доме священника был произведен обыск, отец Георгий был арестован и заключен в Бутырскую тюрьму в Москве.

На допросах в ГПУ, узнав, что именно интересует следователя, отец Георгий сказал: «Я всецело отдался церковной деятельности. Смотрю на личную и общественную жизнь с христианской точки зрения… Считаю долгом своей совести подчиняться существующей власти. Царская власть упала, как дерево, у которого подгнили корни. Священник сегодня не полноправный гражданин, в правах мы урезаны. Меня, так настроенного, это нисколько не печалит, потому что я хотел бы отдать себя всецело церковной деятельности. Я живу в приходе, исполняя священнические обязанности; если приходится исполнять какие-либо гражданские обязанности, то таковые я также выполняю, сознавая необходимость и полезность государства… Что касается бесед с прихожанами, то таковые происходят в храме во время богослужений. Начиная с середины осени до Пасхи беседы бывают на дому и в церковной сторожке… Говорил проповеди, раскрывая положительную сторону христианского вероучения, говорил против неверия, касаясь лишь мировоззрений и стараясь лишь о том, чтобы вложить в душу слушателей христианский взгляд на природу человека, на его назначение в жизни… По вечерам в храме совершался молебен с пением его всеми присутствующими, во время молебна произносились проповеди, такого же характера, как и за литургией. Молящиеся были преимущественно женщины, человек тридцать. В прошлом году беседы велись в доме церковного старосты на религиозные темы, слушателями были мужчины и женщины, мужчин было человек пять, женщин человек десять».

7 февраля 1922 года отец Георгий был приговорен к ссылке в Архангельскую губернию на неопределенный срок. 25 февраля священник под конвоем двух солдат прибыл в Архангельск, откуда был отправлен дальше в город Мезень. Здесь выяснилось, что никакой работы ему найти нельзя, а приискать работу за пределами маленького городка ему не дозволено властями, и отец Георгий написал прошение в Красный Крест. Он писал, что по всему видно, что его обвиняют не за конкретное преступление, а за контрреволюционное направление вообще, хотя «его деятельность заключалась только в исполнении священнических обязанностей и в удовлетворении связанных с ними нужд по оказанию материальной и духовной помощи его прихожанам». Красный Крест стал ходатайствовать, чтобы священнику Георгию Беляеву было разрешено вернуться на родину или, по крайней мере, самому выбирать место жительства в пределах Архангельской губернии. Домой вернуться ему не разрешили, позволив лишь «свободное передвижение в пределах Архангельской губернии».

В 1925 году отец Георгий вернулся на родину и епископ Коломенский Феодосий (Ганицкий) ради укрепления духовной жизни в Старо-Голутвином монастыре предложил священнику принять монашеский постриг и возглавить монашеское братство, на что отец Георгий дал свое согласие. В августе 1925 года епископ Феодосий постриг его в монашество с именем Никон, возвел в сан архимандрита и поставил наместником монастыря.

В 1929 году началось очередное гонение на Русскую Православную Церковь, в данном случае имевшее своей целью закрытие всех без исключения монашеских обителей, и Старо-Голутвин монастырь был закрыт. 14 мая 1929 года ОГПУ арестовало архимандрита Никона, обвинив его в антисоветской агитации при произнесении проповедей.

Будучи допрошен, отец Никон сказал: «Иногда я произношу проповеди для укрепления веры в слушателях. В отдельных проповедях приходится касаться безбожников, так, по моему мнению, легко относящихся к вопросам веры, при этом ссылаюсь на более авторитетные лица, которые вопрос о бытии Бога решали не так легко.

В праздничные дни я читаю специальную молитву, списанную мной в Московском Петровском монастыре… содержание выдержки следующее: “Господи Боже наш, Великий и Многомилостивый! Сохрани под крылами Твоея благости вся православныя архиереи, даждь им Церковь Российскую сохранити и управити, верныя овцы Христовы негиблемы соблюсти, злыя же волки далече отогнати и козни их сокрушити. Сохрани и вся люди Твоя от тлетворных учений, от церковных соблазнов, неверия. В напастех терпение подаждь нам”…

Под волками подразумеваются все восстающие на Церковь и веру, сюда же относятся активные безбожники, но кто они, безбожники, это нас не касается. Под напастями я понимаю всякое несчастье в жизни человека, ссылка и арест верующих тоже относятся к несчастьям – напастям. Под врагами Церкви я понимаю всех, кто разрушает веру и Церковь. Член ВКП(б) как коммунист для меня безразличен, но коммунист активный безбожник – враг, разрушитель веры».

26 июля 1929 года Особое Совещание при Коллегии ОГПУ приговорило архимандрита Никона к трем годам заключения в Соловецком концлагере. 9 августа 1932 года Особое Совещание при Коллегии ОГПУ уже без рассмотрения дела прибавило к этому три года ссылки в Северный край, отправив туда отца Никона с тюремным этапом.

Вернувшись из ссылки, отец Никон был назначен в храм Трех Святителей в село Белоомут Луховицкого района Московской области, но вскоре он был переведен во Власьевскую церковь в Волоколамске. Служа в Волоколамске, священник в 1936 году был приговорен судом к штрафу в двести рублей за то, что отпел умершего прихожанина без регистрации смерти в государственных учреждениях.

В 1937 году, во время очередного гонения на Русскую Православную Церковь, секретарь Волоколамского горсовета по требованию НКВД дал следующую характеристику деятельности священника: «В городе проводит оживленную работу среди церковников, устраивая всякого рода собрания граждан и мобилизуя их на религиозную пропаганду…»

27 ноября 1937 года архимандрит Никон был арестован и заключен в тюрьму в Волоколамске. Были вызваны свидетели, один из них, сосед отца Никона, показал:

«Его дом систематически посещают служители культа из сельской местности, в его квартире проходят тайные контрреволюционные сборища, но что на них обсуждают, мне не известно… Квартиру часто посещали верующие из близлежащих селений, которых Беляев дружески принимал. Кроме этого, весной 1937 года в магазине, где присутствовало человек десять колхозников, Беляев заявил: “Издала советская власть закон о свободной продаже хлеба, а сама его не выполняет, крестьяне собирают хлеб, а целыми днями стоят в очередях, хлеб разбирают по учреждениям, а горожане остаются голодными”. Кроме этого, в ноябре 1937 года к нему в дом постучались три колхозника из деревни Ченцы. К ним вышел Беляев и около дома говорил: “Меня, наверно, скоро арестуют коммунисты. Они сейчас усиливают гонение… я вас прошу, реже посещайте мою квартиру…” Летом 1937 года священник возвращался домой после совершения в церкви всенощной с группой лиц, ночью я никого из них не узнал. Беляев около своего дома говорил: “У советской власти правды ни в чем нет и не будет, вот меня судили три раза ни за что. Также будет и с новой конституцией, останется она на бумаге, а в жизни будут проводиться такие же репрессии, как и раньше”».

Фото из следственного дела Беляева Георгия Николаевича (1886)

28 ноября следователь допросил священника.

– Вы арестованы как активный организатор контрреволюционной группы, в которую входили служители культа… совместно с ними проводили контрреволюционную антисоветскую деятельность, направленную на срыв мероприятий советской власти. Следствие от вас требует правдивых показаний по этому вопросу, – сказал следователь.

– Я в контрреволюционной организации не состою и контрреволюционной антисоветской деятельностью никогда не занимался, – ответил отец Никон.

– Вы показываете ложно, по вашему делу допрошен ряд свидетелей, которые в категорической форме показывают о вашей контрреволюционной деятельности, проводимой вами среди окружающих вас лиц. Следствие настаивает на даче соответствующих показаний по этому вопросу.

– Я еще раз заявляю, что ни в какой контрреволюционной организации я не состоял и контрреволюционной антисоветской деятельностью не занимался.

На этом допросы были окончены. 5 декабря 1937 года тройка НКВД приговорила отца Никона к расстрелу. Архимандрит Никон (Беляев) был расстрелян 10 декабря 1937 года и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой.

Икона преподобномученика Никона (Беляева)

Составитель игумен Дамаскин (Орловский)

Жизненные вехи преподобномученика
Никона (Беляева)

Прославлен Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 20.08.2000 г. Память совершается 10 декабря и в Соборе новомучеников, в Бутове пострадавших

Образование

Дата поступления Дата окончания Учебное заведение
1902 Коломенское духовное училище
1902 1908 Московская духовная семинария

Рукоположение / Постриг / Возведение в сан

3.1918 рукоположен во священника
8.1925 возведен в сан архимандрита епископом Коломенским Феодосием (Ганицким) и поставлен наместником Старо-Голутвина монастыря

Места служения / Должности

Дата начала Дата окончания Место служения, сан, должность
1908 8.1918 Московская епархия, Московская губ., Московский уезд, с. Чашниково, учитель
8.1918 4.11.1921 Московская епархия, Московская губ., Коломенский уезд, с. Протопопово, Троицкая церковь, священник
не ранее 8.1925 не позднее 14.4.1929 Московская епархия, Московская губ., Коломенский уезд, Богоявленский Старо-Голутвин мужской монастырь, архимандрит
ок. 1935 Московская епархия, Московская обл., Луховицкий район, с. Белоомут, Трёхсвятительская церковь, архимандрит
не ранее 1935 не позднее 27.11.1937 Московская епархия, Московская обл., г. Волоколамск, Власьевская церковь, архимандрит

Преследования

8.1919 арестован за сбор продуктов на содержание псаломщика и сторожа церкви
8.1919 находился в заключении в тюрьме г. Коломны в продолжение двух недель
4.11.1921 арестован ОГПУ
4.11.1921 – 21.2.1922 находился в заключении в Бутырской тюрьме (г. Москва)
7.2.1922 осужден Коллегией ГПУ на высылку в Северный край, по обвинению в «антисоветской агитации»
25.2.1922 – 16.3.1922 находился в заключении в тюрьме г. Архангельска
не ранее 16.3.1922 – не позднее 1925 находился в ссылке в г. Мезени Архангельской обл., священник в местной церкви
11.10.1922 арестован, по обвинению в «контрреволюционной агитации во время богослужения», вскоре освобожден в связи с прекращением уголовного дела
14.5.1929 арестован ОГПУ, по обвинению в «антисоветской агитации при произнесении проповедей»
26.7.1929 осужден Особым совещанием при Коллегии ОГПУ на 3 года заключения в концлагерь
не ранее 26.7.1929 – 9.8.1932 находился в заключении в Соловецком лагере принудительных работ особого назначения (СЛОН) ОГПУ
не ранее 9.8.1932 – 1935 находился в ссылке в Северном крае, куда был отправлен тюремным этапом из Соловецкого лагеря без рассмотрения дела
27.11.1937 арестован УНКВД по Московской обл.
27.11.1937 – не позднее 10.12.1937 находился в заключении в тюрьме г. Волоколамска
5.12.1937 приговорен тройкой при УНКВД по Московской обл. к высшей мере наказания (расстрелу) как «активный организатор контрреволюционной группы, в которую входили служители культа»
10.12.1937 расстрелян на Бутовском полигоне под Москвой

Преподобноисповедник Никон Оптинский

полное житие письма фотографии

Рождение:
26 сентября/9 октября 1888 г.

Мирские именины:
6/19 декабря

Постриг в мантию:
24 мая/6 июня 1915 г.

День тезоименитства:
28 сентября/11 октября

Иерейская хиротония:
3/16 ноября 1917 г.

Кончина (день памяти):
25 июня/8 июля 1931 г.

Святые мощи преподобноисповедника Никона не обретены

Краткое житие

Преподобный Никон был последним из сонма известных не только в России, но и за ее пределами старцев Оптиной пустыни. Оптинский старец Никон, исповедник (в миру Николай Митрофанович Беляев), родился двадцать шестого сентября 1888 года в Москве в многодетной, дружной и благочестивой семье московских купцов Беляевых. В Крещении был назван Николаем — в честь святителя Николая, Мирликийского Чудотворца. От родителей он унаследовал любовь к Церкви, чистоту и строгость нрава.

Заслуживает внимания один случай, произошедший с его матерью, Верой Лаврентьевной. Однажды дом Беляевых посетил Праведный Иоанн Кронштадтский. Отслужив молебен, он благословил молодую мать и подарил ей свою фотографию с собственноручной подписью и датой — «год 1888, год рождения сына Николая».

Коля рос веселым, резвым ребенком. Несмотря на некоторую неповоротливость, он был очень ловок, предприимчив и изобретателен в разных детских играх и забавах. Но в это же самое время с ним произошло еще одно необыкновенное событие. В возрасте лет пяти мальчик тяжело заболел. Все усилия врачей спасти его оказались безрезультатными. Обнимая похолодевшее, бездыханное тельце младенца, его мать горячо молила святителя Николая сохранить ему жизнь. И совершилось чудо. Мертвый ребенок ожил. Впоследствии Оптинский старец Варсонофий особенно подчеркивал таинственное значение этого случая, в смысле явного предназначения Николая к иноческой жизни.

Следует сказать и о том воспитании, которое получили Николай Беляев и его братья и сестры. Их родители позаботились о том, чтобы дети не только обучились светским наукам и музыке, но и о том, чтобы они выросли благочестивыми людьми.

Маленькие Беляевы почти ежедневно посещали храм. Выполняли утреннее и вечернее молитвенное правило. В доме часто читались вслух Евангелие и жития святых. Особенным благочестием отличался младший брат Николая — Иванушка, мечтавший о монашестве. С годами у Николая и его младшего брата Ивана возникло и укрепилось сознательное стремление к духовной жизни.

Окончив гимназию, Николай Беляев поступил учиться на физико-математический факультет Московского университета. Однако сердце его было занято другим — «единым на потребу». Они с братом решили уйти в монастырь, но не знали, в какой. Изрезали на полоски перечень русских монастырей и, помолившись, вытянули полоску, на которой было написано: «Козельская Введенская Оптина пустынь».

Одиннадцатого февраля 1907 года Николай и Иван Беляевы объявили матери о своем желании уйти в монастырь. Вера Лаврентьевна благословила сыновей медными крестиками. Впоследствии, став иеромонахом Никоном, через все страдания пронес и сохранил Николай материнское благословение.

Дома не препятствовали благому решению, и двадцать четвёртого февраля 1907 года, в день обретения главы Иоанна Предтечи, братья приехали в Оптину. Их обоих с любовью принял преподобный старец Варсонофий, но как-то особенно отметил Николая. С первых же бесед они почувствовали необъяснимую тесную связь друг с другом, то, что называется «духовным родством». Братья несколько раз гостили в Оптиной.

Девятого декабря 1907 года, в день празднования иконы Божией Матери «Нечаянная Радость», братья Беляевы были приняты в число скитской братии и поселились в Иоанно-Предтеченском скиту Оптиной пустыни. В это время Николаю исполнилось девятнадцать лет, Ивану — семнадцать. Около года они проходили различные послушания, в том числе связанные с незнакомым им прежде тяжелым физическим трудом.

Николай охотно и жизнерадостно выполнял все послушания, возлагаемые на него. С одинаково радостным лицом работал он в трапезной: разметал снег, носил дрова, мыл посуду, подметал пол. В церкви он был помощником пономаря. Работал в саду: носил навоз, копал, сажал. Избалованный и выросший почти в роскоши, непривычный к физическому труду, Николай не тяготился ничем. Его душа не знала ни уныния, ни недовольства, ни ропота. Выдержав предварительный искус, двадцать девятого января 1908 года братья были причислены к братству скита в качестве послушников.

Духовным руководителем их стал скитоначальник игумен Варсонофий. Наряду с общими послушаниями преподобный Варсонофий привлекал Николая и к работе по письмоводству. В феврале 1908 года Николай был назначен помощником библиотекаря. В октябре 1908 года он был назначен письмоводителем старца Варсонофия и освобожден от всех послушаний, кроме церковного пения и чтения. Послушание письмоводителя начальника скита стало основным в продолжение всей его жизни в скиту.

Почти всё свободное от молитвы время он проводил у старца, помогая вести ему переписку. Старец Варсонофий, видя в Николае своего преемника и последователя, подолгу беседовал с ним, наставлял, учил. К этому времени он становится самым близким учеником и сотаинником старца Варсонофия, который, провидя его высокое предназначение, готовил его в свои преемники, передавая ему свой духовный и жизненный опыт, руководил его духовной жизнью.

В апреле 1910 года послушника Николая и его брата постригли в рясофор. Старец Варсонофий напутствовал юных иноков следующими словами: «Постриг в рясофор имеет большое значение для монаха. Какое дадите себе направление и настроение в первое время при пострижении, таким оно и останется до конца жизни».

Преподобный Варсонофий говорил о спасении: » Хорошо быть с Господом! А на Фаворе со Христом Спасителем, наверное, еще лучше. Нужно идти на Фавор. Но всегда помнить при этом, что путь туда человеку через Голгофу. И иного пути нет». Эти слова как нельзя лучше подходят для нас, христиан современности, призванных, по пророческим речениям преподобных отцов древности, спасаться терпеливым перенесением находящих скорбей.

Однако путь на Голгофу способен проделать не каждый. И слишком велик соблазн сойти с креста. Так произошло с младшим братом Николая Беляева, Иваном. Иванушка, восторженный юноша, мечтавший о монашестве, не смог вынести всех трудностей иноческого жития. Не смог выработать в себе смирения, отсечения своей воли. Поэтому в 1910 году Иван покинул Оптину пустынь. Впоследствии он женился на сестре милосердия, забыв о своём увлечении монашеством и про то, что сам некогда был иноком. Николай же остался в Оптиной Пустыни на долгие годы.

Напутствие, а также многие другие душеполезные изречения старца Варсонофия, сохранил для нас «Дневник», который вел послушник, а затем инок Оптиной пустыни Николай Беляев. Записи в нем обрываются с того времени, как его наставник, отец Варсонофий, покинул Оптину. Старцу пришлось перенести несправедливое гонение. В 1912 году он был посвящен в сан архимандрита, переведён из милой сердцу Оптиной и назначен настоятелем Свято-Троицкого Ново-Голутвина монастыря под Москвой.

После отъезда старца Варсонофия Николая перевели из скита в монастырь. В течение последующей жизни в монастыре он служил примером безусловного послушания, нелицемерного смирения, мирности, твёрдости и мудрости. Он был не по годам серьёзный, вдумчивый, и в то же время, радостный.

Двадцать четвёртого мая 1915 года молодой инок был пострижен в мантию и получил имя Никон в честь святого мученика Никона (память двадцать восьмого сентября). Десятого апреля 1916 года преподобный Никон был рукоположен в иеродиакона, а третьего ноября 1917 года удостоился сана иеромонаха. В этом сане последний из оптинских старцев пребывал до самой своей мученической кончины.

После октябрьского переворота Оптина была закрыта, начались гонения. «Умру, но не уйду», — так писал преподобный Никон в своем дневнике, будучи еще послушником монастыря. Эти слова выражали общее настроение оптинской братии. Трудоспособные монахи создали «сельскохозяйственную артель», дававшую пропитание. Преподобный Никон ревностно трудился, делая все, что только возможно, чтобы сохранить монастырь.

В Оптиной было тяжело, но служба в храмах продолжалась. В 1923 году Оптина Пустынь, подобно множеству других российских монастырей, была закрыта. В качестве музейных рабочих и сторожей в монастыре оставили пятнадцать братьев, а остальным приказали убираться куда глаза глядят.

По благословению последнего архимандрита Оптиной пустыни, Исаакия II, иеромонах Никон остался служить при монастырском храме в честь Казанской иконы Божией Матери. «Благословляю тебя служить и принимать людей на исповедь», — сказал отец Исаакий иеромонаху Никону. И тот пробыл в стенах разоренного монастыря еще около года, духовно окормляя маленькую общину, состоявшую из сестер закрытого к тому времени женского Шамординского монастыря.

Так преподобный Никон за святое послушание настоятелю стал последним Оптинским старцем. Сюда приходили духовные чада из Козельска и многочисленные богомольцы, по-прежнему съезжавшиеся к могилкам старцев со всех концов России: народная тропа в Оптину не желала зарастать.

Тогда же находившийся в ссылке преподобный Нектарий стал направлять своих духовных чад к преподобному Никону. До этого отец Никон не дерзал давать советы обращавшимся к нему, а когда начал принимать народ, то, давая советы, всегда ссылался на слова Оптинских старцев. В те страшные годы верные чада Церкви особенно нуждались в укреплении и утешении, и именно такой духовной опорой был преподобный Никон.

Изгнанный из обители в июне 1924 года воинствующими атеистами, он последний раз отслужил всенощное бдение, покинул монастырь и переселился в город Козельск, где служил в Успенском соборе. При этом иеромонах Никон окормлял уцелевших шамординских монахинь и паломников, принимал народ, выполняя свой пастырский долг.

Его арестовали в июне 1927 года вместе с отцом Кириллом (Зленко). Около года отец Никон пробыл в тюрьме города Калуги. Отсюда при одном из свиданий он передал пришедшей навестить его монахине Амвросии (Оберучевой) книгу, которая была с ним в его заключении: пятый том сочинений святителя Игнатия (Брянчанинова) «Приношение современному монашеству». На полях книги рукой иеромонаха Никона были сделаны заметки. Сейчас они изданы отдельной брошюрой под названием «Завещание духовным детям».

Эти советы — настоящий духовный бисер для людей, ищущих духовного окормления, желающих духовного роста:

«Необходимо всем приготовиться к скорбям. Без признания себя достойным скорбей за свое падение нельзя познать Спасителя. Безскорбная жизнь — признак неблаговоления Божия к человеку. Не следует завидовать живущим безскорбно, ибо конец их безскорбия плачевен. Искушения и скорби обнаруживают состояние души человеческой, выражаясь языком современным, они являются как бы каким-то экзаменом. Принимай то, что посылает Бог „.

„Скорби попускаются, чтоб обнаружилось, кто любит Бога действительно. Без терпения скорбей даже благодарная душа не способна к Царствию Божию. Твердое терпение скорбей равносильно мученичеству. Скорби ничего не значат в сравнении с духовными благами“.

„Великодушие и настойчивость в борьбе с грехом необходимы, хотя бы грех по временам и одолевал. Призыв к покаянию — зов Божий. Оживление души совершается волею Божией и силою Божией. Но от человека требуется его произволение в принесении Богу покаяния. Срок покаяния, потребного согрешившему, известен единому Богу. Покаяние только тогда признается искренним и действительным, когда последствием его бывает оставление греха смертного“.

„Чтение — одно из необходимых деланий. Без чтения или слушания чтения нельзя узнать истину. Говоря о чтении, разумею исключительно чтение Священного Писания и писаний отеческих и церковных. Духовному росту предела нет, поэтому перечитывание имеет огромное значение. Лучше с благоговением и вниманием перечитывать небольшое количество книг, нежели многое читать наскоро. Но чтение только тогда будет приносить желаемую пользу, когда читаемое будет по мере сил и возможностей входить в жизнь, становится правилом жизни, а не простым, голым, бездушным и холодным знанием. Поэтому нужно читать со вниманием и стараться жить по духу того, что читаешь“.

27 января 1928 года иеромонаха Никона вместе с другими заключенными хотели отправить на Соловки. Однако из-за непогоды этап задержался на пересыльном пункте в Кеми. Там отца Никона оставили в качестве сторожа. Три страшных года провел преподобный Никон в лагере «Кемперпункт». По окончании срока его приговорили к ссылке в Архангельскую область.

Перед отправкой врач нашел у преподобного Никона тяжелую форму туберкулеза легких и посоветовал просить о перемене места ссылки и о переводе в местность с более здоровым климатом. Привыкший все делать за послушание, преподобный Никон попросил совета у оптинского монаха отца Агапита (Таубе), сосланного вместе с ним. Тот посоветовал не противиться Божией воле, и преподобный Никон смирился. Он решил предать себя воле Божией, сказав врачу: «Воля Божия да совершается…“ Вот слова праведной души, всего себя и всю жизнь благоговейно приносящей в жертву Богу!

В июне 1930 года иеромонах Никон и отец Агапит поселились в деревне Нижнее Ладино под Архангельском. Однако в августе 1930 года отца Никона переместили на Пинегу, в деревню Воспола. Это было его последнее земное пристанище, последний этап земного страдания. Он нашел квартиру в доме одной женщины, которая, кроме большой платы деньгами, поставила в условие своему квартиранту выполнять все тяжелые физические работы по дому. Состояние здоровья преподобного Никона ухудшалось с каждым днем, он недоедал.

Хозяйка с характером исключительно сварливым, злым и жестоким помыкала им, как своим рабом. Казалось, что сам бес вселился в нее, заставляя мучить отца Никона. Жестокая старуха не давала ему ни покоя, ни отдыха. Изнемогая от слабости, он беспрекословно выполнял всё при постоянно повышенной температуре и с больной ногой.

Однажды от непосильного труда страдалец не смог встать. В конце концов, узнав, что он неизлечимо болен туберкулезом, хозяйка в зимнюю стужу выгнала постояльца из дома, выбросив на улицу все его вещи. Тогда товарищ по несчастью, бывший насельник Оптиной Пустыни иеродиакон Петр, перевез умирающего отца Никона в околоток Козлово, в деревню Валдокурье, за три километра от Восполы, в дом Александры Ефимовны Прялковой, где жил и сам.

Там батюшку разыскала приехавшая к нему духовная дочь, инокиня Ирина (Бобкова), впоследствии схимонахиня Серафима. Она нашла отца Никона уже угасающим, прикованным к одру болезни, покрытого вшами. В таком состоянии он продолжал выполнять свое молитвенное правило, читал Священное Писание, писал письма.

До самой смерти преподобный Никон писал записочки своим духовным чадам. Вот текст последней из них: «Какая красота в духовных книгах… » Эта последняя записка так и осталась недописанной. Изнемогавший от болезни Пастырь в последние дни своей недолгой жизни думал не о себе, а о своих чадах, продолжал заботиться об их духовной жизни, старался записать для них наставления и советы:

«Молитвенное правило пусть будет лучше небольшое, но исполняемое постоянно и внимательно.

Возьмем себе в образец святого, подходящего к нашему положению, и будем опираться на его пример. Все святые страдали потому, что они шли путем Спасителя, Который страдал: был гоним, поруган, оклеветан и распят. И все, идущие за Ним, неизбежно страдают. «В мире скорбны будете». И все, желающие благочестиво жить, гонимы будут. «Когда приступаешь работать Господу, уготовь душу твою во искушение».

Чтобы легче переносить страдания, надо иметь веру крепкую, горячую любовь ко Господу, не привязываться ни к чему земному, всецело предаться воле Божией.

Если нет возможности исполнить обет послушания, некому повиноваться, надо иметь готовность все делать согласно воле Божией. Есть два вида послушания: внешнее и внутреннее. При внешнем послушании требуется полное повиновение, исполнение всякого дела без рассуждения. Внутреннее послушание относится к внутренней, духовной жизни и требует руководства духовного отца. Но совет духовного отца следует проверять Священным Писанием… Истинное послушание, приносящее душе великую пользу, это когда за послушание исполняешь то, что несогласно с твоим желанием, наперекор себе. Тогда Сам Господь берет тебя на Свои руки…

Иисусова молитва заменит крестное знамение, если почему-либо нельзя будет возложить его.

Без крайней необходимости в праздничные дни нельзя работать. Праздником надо дорожить и чтить его. Этот день надо посвящать Богу: быть в храме, дома молиться и читать Священное Писание и творения святых отцов, делать добрые дела.

Надо любить всякого человека, видя в нем образ Божий, несмотря на пороки его. Нельзя холодностью отстранять от себя людей. Не надо давать волю своим чувствам.

Надо понуждать себя обходиться приветливо и с теми, которые не нравятся нам.

Что лучше: редко или часто приобщаться Святых Христовых Тайн? — сказать трудно. Закхей с радостью принял в свой дом дорогого Гостя — Господа, и хорошо поступил. А сотник, по смирению, сознавая свое недостоинство, не решился принять, и тоже хорошо поступил. Поступки их, хотя и противоположные, но по побуждению одинаковые. И явились они пред Господом равно достойными. Суть в том, чтобы достойно приготовлять себя к великому Таинству.

Гонения и притеснения полезны нам, ибо они укрепляют веру.

Если хочешь избавиться от печали, не привязывайся сердцем ни к чему и ни к кому. Печаль исходит от привязанности к видимым вещам. Никогда не было, нет и не будет беспечального места на земле. Беспечальное место может быть только в сердце, когда Господь в нем. В скорбях и искушениях Господь помогает нам. Он не освобождает нас от них, а подает силу легко переносить, даже не замечать их.

Молчание подготовляет душу к молитве. Тишина, как она благотворно действует на душу!

Духовный отец, как столп, только указывает путь, а идти надо самому. Если духовный отец будет указывать, а ученик его сам не будет двигаться, то никуда и не уйдет, а так и сгниет около этого столпа.

Всегда помните закон духовной жизни: если смутишься каким-либо недостатком другого человека и осудишь его, впоследствии тебя постигнет та же участь, и ты будешь страдать тем же недостатком.

Не прилагайте сердца к суете мирской. Особенно во время молитвы оставляйте все помыслы о житейском. После молитвы, домашней или церковной, чтобы сохранить молитвенное умиленное настроение, необходимо молчание. Иногда даже простое, незначительное слово может нарушить и спугнуть из души нашей умиление.

Самооправдание закрывает духовные очи, и тогда человек видит не то, что есть на самом деле.

Терпение есть непрерывающееся благодушие.

Спасение ваше и погибель ваша — в ближнем вашем. Спасение ваше зависит от того, как вы относитесь к своему ближнему. Не забывайте в своем ближнем видеть образ Божий.

Всякое дело, каким бы ничтожным оно вам ни казалось, делайте тщательно, как пред лицом Божиим. Помните, что Господь видит все».

Инокиня Ирина своими заботами скрасила последние дни умирающего преподобного Никона. Она же стала свидетельницей видения, бывшего ему за четыре дня до кончины. Перед смертью он видел Оптинского старца Макария, который пришел его исповедать. Не зная, что и думать, она ушла на другую половину дома, откуда, казалось, целую вечность звучал батюшкин голос, и она боялась расслышать слова этой таинственной исповеди.

В самый день блаженной кончины преподобного Никона, 25 июня/8 июля 1931 года, он причастился, прослушал канон на исход души. Лицо почившего было необыкновенно белое, светлое, улыбающееся чему-то радостно. Господь, даровав Своему верному слуге мирную кончину, и по преставлении почтил его соответствующим его сану и заслугам погребением.

Он был отпет и погребен по монашескому чину на кладбище села Валдокурье. Проводить его в последний путь пришло множество ссыльных. Промыслом Божиим на погребение преподобного Никона одних священнослужителей собралось двенадцать человек. Несмотря на то, что все они находились на работе (за шестьдесят километров от Валдокурья), они вдруг получили выходной — точно на погребение его они были отпущены.

В тридцатые годы могила иеромонаха Никона была раскопана хулиганами. Поэтому его духовные чада совершили перезахоронение. Лишь немногие знали, где находились его мощи.

Дом, где умер иеромонах Никон, сохранился до наших дней. Это единственный уцелевший дом в околотке Козлово. А восьмого июля 1989 года над восстановленной могилой преподобного Никона была совершена первая панихида. Отслужил ее прибывший на Пинегу насельник возрожденной Оптиной пустыни иеромонах Феофилакт.

В 1996 году преподобный Никон (Беляев) был причислен к лику местночтимых Святых Оптиной Пустыни, а в августе 2000 года — Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви прославлен для общецерковного почитания.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *