Симеон столпник

Столпничество

Столпничество и юродство представляют редкие явления в истории христианской Церкви и как таковые порой вызывают сомнения в своей целесообразности. Большинству современников такой вид подвижничества казался ненормальным, а сами столпники и юродивые — людьми безрассудными или сумасшедшими. Многим же из нас, нынешних, столпничество и юродство представляются не более, чем странными и непонятными явлениями. Однако подобные воззрения происходят от незнания самой сути этих уникальных видов подвижничества. Тема же эта интереснейшая, заслуживающая внимания христианина и одновременно требующая осторожного обращения с собой. 24 декабря (н. ст.) Православная Церковь чтит память прпп. Даниила Столпника и Луки Столпника. Эта дата послужила поводом к тому, чтобы попытаться хотя бы чуть-чуть приблизиться к пониманию столь высокого подвига, каким является столпничество.

Название столпников в Церкви дано немногим пустынникам, подвизавшимся на столпах. К их числу относятся: св. Симеон, сирийский пустынник, который назван первым столпником; уже упоминаемые выше св. Даниил и св. Лука Халкидонский, новый столпник; св. Иоанн и св. Симеон Дивногорец, называемый младшим; Антоний — столпник Марткопский; св. Алипий; св. Феодосий Эдесский, простоявший на столпе более 50 лет; св. Кирилл Туровский, хотя он только отчасти может быть назван столпником в том смысле, в каком названы остальные, поскольку имел обыкновение лишь по временам заключаться в узкую башню и стоять в ней по несколько дней; св. Савва Вишерский; св. Симеон, столпник (третий).

Столпничество возникло как раз тогда, когда прекратился подвиг мученичества, и явилось как бы его продолжением. Подвиги стояния на столпе ради благочестия появились на востоке в III веке. Продолжались они, по свидетельству Никиты Хониата, до XII века, а в России — до половины XV века. Изначально столпничество являлось противоположностью языческому почитанию гор и холмов. Столпники занимали высоты гор и ущелья, а затем устраивали там столпы, напоминавшие собой языческие священные ограды и жертвенники, чтобы ниспровергнуть культ идолопоклонства и заменить его христианским богопочтением. Это подтверждается фактами из житий святых столпников. Так, св. Даниил поначалу пребывал в пустом идольском храме в Филимпоре, а потом воздвиг там столп; св. Алипий поселился в идольском капище и построил потом на его месте церковь в честь св. мученицы Евфимии.

Однозначного ответа на вопрос, почему некоторые святые подвижники спасались на столпах, нет. Однако из истории известно, что заключение на столпы или в столпы служило некогда наказанием. Исходя из этого, некоторые исследователи делают предположение, что столпники добровольно наказывали себя как грешников по способу, существовавшему в отношении гражданских преступников. Таким образом, они фактически выражали свою преступность против Бога и в качестве добровольных узников стремились освободиться от тяжкого рабства страстей, подобно тому, как преступники стремятся вырваться из темницы или башни на свет.

Столпы делались различного вида и высоты. Например, столп св. Даниила был вышиной в два человеческих роста, столп св. Луки — в 12 локтей. Но были и более высокие — в 36 и 40 локтей (1 локоть — 38-45 см.). В основном, это была столпообразная башня с балконом на верху. Верхняя площадка, на которой стоял подвижник, была совсем небольшая. Иногда она окружалась деревянной сплошной решёткой, из-за которой видны были только голова и плечи столпника. Для защиты от солнечного зноя и непогоды иногда на столпах устраивался навес. Лестница для восхождения на столп находилась снаружи, об этом свидетельствуют жития святых. Столпы воздвигали отчасти сами подвижники или посторонние. Св. Даниилу первый столп построил его друг Марк, а второй соорудил Геласий, владелец той земли, где подвизался столпник; император Лев тоже создал столп и крышу над ним в благодарность за полезную общественную деятельность св. Даниила.

Самое первое знакомство с подвигом столпничества показывает, что вся высота христианского самоотвержения состояла и выражалась здесь по преимуществу в борьбе с внешними скорбями, которые больше всего поражали телесную природу. Столпы для святых подвижников были особого рода крестами, на которых они распинали свою плоть, подвергая её всевозможным лишениям. Восходя на столпы и переходя постепенно с низших на высшие, подвижники как по лестнице восходили от совершенства к совершенству. Служение святых столпников справедливо и в самом точном смысле слова можно назвать предстоянием пред Богом. Стоя между небом и землёй, они призывали Бога, славословили Его, от земли вознося ко Господу молитвы за всех.

Конечно, стремление к нравственному совершенству не возникало у будущих столпников враз. Они находились под особым действием Божией благодати, освятившей их на службу Богу с младенчества. С самых ранних лет они проявляли любовь к подвижнической жизни. Прежде всего, будущий столпник, который решил посвятить себя на служение Господу, должен очистить себя, приготовиться. С первых шагов своего усовершенствования он обязан противиться требованиям плоти, принуждая себя к добру, противясь злу. Самопротивление и самопринуждение и есть, по словам епископа Феофана, «форменные начала подвижничества». То и другое составляет «борение» человека с собою, или иначе подвиг. Своей целью подвижники ставили достижение нравственного совершенства в своей жизни. Первый и основной обет их жизни было иночество, с которым тесно связывалось и девство. Так как с этими обетами исключалась привязанность к земле и земным выгодам, то столпникам не было нужды искать земных благ. Отсюда — третий обет, входящий в жизнь столпников, — нестяжательность.

Готовясь к подвигу, будущие столпники селились в монастырях, где подвергали себя самым строгим лишениям. Так, св. Лука «железом себя обложил по всей плоти». Св. Даниил, поселившись в идольском капище, завалил все входы и оставил только «оконце едино мало приходящих ради». И только уже после подготовительных подвигов самоумерщвления и затворничества, испытав себя в самоотвержении и терпении, святые подвижники всходили на столпы. Мысль о столпничестве появлялась у них по призванию и откровению Божию. Из описания жизни святых столпников видно, что все они действовали под особенным водительством Духа Божия, а поэтому нельзя думать, что они решались на великий подвиг столпничества, не испросив прежде на то благословения Божия. Так, св. Симеону трижды являлся ангел Господень и призывал его к столпничеству. А его ученику, св. Даниилу, было видение столпа, «высотою превосходящего облаки, преподобного Симеона, стоящего на верху столпа и призывающего: взыди сюда, Данииле».

Столпники всячески избегали публичной жизни. Все они всходили на столпы с целью уединения и безмолвия. Молчание подвижников было выражением их глубокого самоотвержения. Для упражнения в молчании некоторые столпники употребляли и другие средства: св. Лука, например, «влагал камень в уста молчания ради». Подвиг безмолвия представляется несообразным с природой человека как существа разумно-словесного. Каждый может на собственном опыте убедиться, насколько непривычна и тяжела жизнь в изоляции от всякого человеческого сообщества, как трудно бывает удержать свой язык. Ведь посредством слова изливаются душевные наши радости и делаются от этого как бы полнее и обильнее; со словом проходит скорбь и душевная горечь, и мы чувствуем облегчение. Стало быть, безмолствовать — значит закрыть для себя один из источников земных удовольствий. Безмолвие, заключая человека в себе и сосредоточивая внутреннюю его деятельность в нём самом, даёт ему полноту внутренней жизни, особенную крепость и силу духа. «Кроткий язык — древо жизни, но необузданный — сокрушение духа», — говорит премудрый Соломон.

Тут, однако, может возникнуть противоречие: молчание святых столпников представляется несовместимым с обязанностью христианина — назидать и утешать своих братьев. Но святые столпники только временно отрекались от этой обязанности и лишь потому, что считали себя недостойными учить. Они тщательно занимались самоисправлением и заботились о том, чтобы опытом жизни самим научиться деятельному благочестию.

Уединение и молчание служили благотворным средством для богомыслия и молитвы, они подготавливали к другому виду аскетического столпнического упражнения — созерцанию. Под созерцанием понимается такая деятельность духа, вследствие которой намеренно долго мысль останавливается на предмете религиозного значения. Святые столпники «душу свою направляли к небесным, ум их витал в горнем». С мыслью о Боге у них неразлучна была мысль о своём сердце, которое они тщательно охраняли даже от всяких помыслов. Жития святых столпников не говорят подробно, как происходило у них самосозерцание, но из описания столпнических уставов можно отчасти догадываться о нём: св. Симеон с утра до девяти часов вечера молился Богу; после девяти часов до солнечного захода занимался чтением божественных книг и писанием; по заходе солнца опять начинал молитву, которую продолжал всю ночь до зари; после небольшого отдыха снова начинал своё молитвенное правило.

Со столпов подвижники не сходили, за исключением важных случаев: так, св. Даниил сошёл со столпа, чтобы преследовать императора Василиска, отвергавшего Халкидонский собор, и добиться умиротворения Церкви. Поэтому смело можно утверждать, что созерцание и самопознание святых столпников было непрерывным делом их жизни, что налагает особый отпечаток на подвиг столпничества и отличает его от всех других видов подвижничества, в которых созерцание нарушалось теми обязанностями, какие соединялись со званием инока, игумена и т. д. Постоянно изучая в себе человеческую сущность, прислушиваясь к непреложным её требованиям и наблюдая, за что, для чего и отчего она находится в вечной борьбе с самой собой, столпники лучше всех мудрецов понимали истинное достоинство и назначение человека и не приносили небесного в жертву земному, а земное не чтили, как небесное.

При помощи этой работы над собой столпники становились иногда глубокими психологами, могли подать лучший совет в затруднении, исцелить душевные язвы, разрешить сомнения, поднять падшего, очистить, успокоить. Всё это привлекало к местам столпостояния огромное количество народа. Туда, в горы и ущелья, шли и простые миряне, и монахи, и императоры, и высшие духовные лица. Император Лев так уважал св. Даниила, что неоднократно посещал его столп, прося у подвижника благословения, совета и наставлений; патриарх антиохийский Домн нарочно из Антиохии прибыл к св. Симеону, который много беседовал с ним с пользой для души. Столпники почитались мудрецами своего времени, глубокими знатоками религиозных предметов, что засвидетельствовано их современниками. Например, императоры Феодосий, Леон, Маркиан, Лев, Зенон не раз в затруднительных случаях пользовались наставлениями святых столпников.

Многие из приходивших к столпникам не хотели уходить от них и, оставляя свои дома и имения, селились рядом со столпами для того, чтобы непрестанно видеть перед собой такой подвиг и учиться из бесед святых столпников. Поэтому столпы являлись центрами, где сосредоточивалась религиозная жизнь. Возле каждого святого столпника постепенно организовывались общины. Подвижники, в свою очередь, заботились об объединении членов общины путём построения монастырей с церквами. Так, из-за огромного стечения народа к столпу св. Алипия были построены по ту и другую его стороны два монастыря — мужской и женский. Сам св. Алипий пребывал «посреде на столпе, аки свеща на свещнице стоя, оба монастыря и учением и образом ангельскаго жития своего просвещаше, и молитвами своими защищаше, и законы им и уставы иноческого жития подаваше».

Бесчисленные исцеления, совершаемые святыми столпниками, они относили единственно к благодати Божией, запрещая исцелённым говорить про них. Обид они не помнили, молились за своих врагов и исцеляли клеветников. Так, св. Даниил исцелил блудницу Вассиану от беснования, несмотря на то, что она оклеветала его в блуде с нею по наущению еретиков. Столпники часто пророчествовали, их предсказания бедствий были направлены к тому, чтобы нерадивые обратились к покаянию и исправлению. Так же и чудотворения их восстанавливали человека в его истинном достоинстве, освобождая от грехов, или приводили к истинной вере: исцелённая св. Даниилом блудница переменила образ жизни.

Таким образом, основу всей нравственной деятельности святых столпников в отношении к ближним составляла любовь. Обращая внимание на своё сердце, заботясь о своём внутреннем очищении, они понимали, как дорога душа каждого человека в очах Божиих, что она искуплена честною кровью Сына Божия, поэтому считали себя призванными к тому, чтобы из своего сердца изливать на всех добро. Любовь являлась у них чувством благорасположения, участия, снисхождения к любому человеку. Она пробуждала в святых подвижниках самое искреннее, горячее желание выполнить высокие и святые правила, заповеданные Евангелием.

Церковное слово №24 2003г.

Преподобный Симео́н Столпник, Антиохийский, архимандрит

Кондак 1

Избранному от младенчества светильнику мира и целителю недугов душевных и телесных к преподобному отцу нашему Симеону смиренно притекающе, яко могущему нас свободити от страстей и всяких бед, из глубины души принесем хваление и молитву, усердно зовуще:

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Икос 1

Ангел Хранитель дан бысть тебе от Бога, егда плод молитвы усердныя дарован был еси родителем твоим. Той бе тя сохраняя, паче же в мудрости духовней поучая, егда снегосветлою одеждею одеялся еси при крещении твоем. Мы же, ведяще тя чуднаго избранника Божия быти, сия похвалы тебе, яко должныя, дерзаем принести:

Радуйся, родителей твоих плод молитвы богодарованный.

Радуйся, даров Святаго Духа во святем крещении сподобивыйся.

Радуйся, Божия благодати сосуде избранный.

Радуйся, любве Божия человеком явление.

Радуйся, земней мудрости ненаученный.

Радуйся, небесною сугубо обогащенный.

Радуйся, Телом и Кровию Христовою таинственно обоженный.

Радуйся, в молитве восхищенный.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 2

Видя Господь смирение и простоту сердца твоего, избра тя во оружие Свое, да посрамиши лукавое мудрование мудрецов века сего, и от овец отчих сотвори тя пастыря овец словесных стада Христова, да купно поете Творцу: Аллилуиа.

Икос 2

Разум твой имея алчущий и жаждущий правды Христовы, не усумнелся еси вопросити честнаго старца о словесех святаго Евангелия. И, поучився его богонаученных глаголов, в томже часе твердо возжелал еси оставити дом отчий и вся красная мира сего и тесным путем, ведущим в живот вечный, поити. Сего ради вопием ти:

Радуйся, во храме пребывание от юности возлюбивый.

Радуйся, из дома отча изшедый.

Радуйся, бегающих мира покрове.

Радуйся, богоугождения образе.

Радуйся, благое иго Христово с любовию восприявый.

Радуйся, плоть яко мечем посекий.

Радуйся, заблуждших наставляяй.

Радуйся, добре жительствующих утверждаяй.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 3

Откровением Божиим бысть тебе во сне видение: основание зданию полагая, ров копал еси и глас слышал еси трикраты, паче углублятися, и, достигшу ти многия глубины, повеле ти Господь со всем усердием твоим созидати. И сбыстся чудное видение сие над тобою: глубиною смирения положил еси твердое основание добродетелем всем, имиже украшен, непрестанно Господу взывал еси: Аллилуиа.

Икос 3

Имея желание крепкое жития иноческаго, ко единей обители пришел еси. Смирения же ради семь дний без ястия и пития пред враты ея пад на земли пребыл еси, дерзновения не имый в тую внити. Блаженный же игумен тоя обители, провидя тя Божия избранника быти, минувшими деньми испыта тя, яко хощеши Господеви работати, и лику братии своея сопричте. И мы вси почитаем тя:

Радуйся, истинный послушателю велений Христовых.

Радуйся, житию равноангельному поревновавый.

Радуйся, мир сей оставивый.

Радуйся, жития постническаго пламенне возжелевый.

Радуйся, воздержанием на страсти вооруживыйся.

Радуйся, добрый воине Христов.

Радуйся, во смирении на послушание себе покоривый.

Радуйся, тщание велие к научению монастырскому явивый.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 4

Бурю страстей утишая, яко ягнец кроток отцев духовных всегда послушал еси и, за смирение твое, еще юн сый, образа ангельскаго сподобился еси, в немже воздержание и труды усугубляя, плоть умерщвлял еси, душу спасая, и в глубине сердца взывая Богу: Аллилуиа.

Икос 4

Слыша игумен братию поведающу, яко смрад от тебе исходит и черви спадают с телесе твоего, вопроси тя, чесого ради бысть ти тако. Ты же, главу преклонивый, в молчании предстоял еси. Тогда взяша одужду с тебе и кровию обагренное тело твое узреша, с вервием жестким вонзенным в него. Со ужасом многим страдания твоя помышляя и мы сице зовем ти:

Радуйся, Святаго Духа жилище освященное.

Радуйся, образ Божий не помрачивый в себе.

Радуйся, терпением Иовлем братию удививый.

Радуйся, великое мужество в себе явивый.

Радуйся, ревнителю истины.

Радуйся, лампадо елеа благовоннаго.Радуйся, растленныя храмы душ наших обновляяй.

Радуйся, кумиры мудрования нашего низлагаяй.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 5

Благодатною силою укрепляем, новыя подвиги во умерщление плоти твоея понесл еси. Страха же ради, яко и братия, подражающе тебе, подвиги не по разуму восприимет, повеле ти игумен отъити о них. Ты же, незлобив, волю его исполняя, в пустыни в кладези безводнем вселился еси, паки и тамо воспевал Христу Богу песнь: Аллилуиа.

Икос 5

Видя блаженный игумен Тимофей видение во сне, яко множество народа обитель его обстоит и о рабе Божием Симеоне вопрошают, ужасом одержим бе и, воспрянув от сна, братии поведа сие. Абие же купно с ними иде в пустыню и воззва тя. Почитающе подвиги твоя, и мы по долгу величаем тя:

Радуйся, силу духа Иосифа явивый.

Радуйся, велия подвиги Христа ради совершивый.

Радуйся, Крест Христов безропотно понесый.

Радуйся, Церкви украшение.

Радуйся, правды Божия дивный служителю.

Радуйся, добрый кормчий корабля Иисусова.

Радуйся, правило веры благочестивыя.

Радуйся, образе кротости духовныя.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 6

Проповедник слова Божия епископ Васс по воле Божией прииде, егда в келии пустынней водворился еси. Велию ревность о Моисеи и Илии показав, четыредесятидневнаго поста возжелел еси. Да не приобщишися брашна во время сие, невходну келию твою святителя устроити моляше, еже и сотвори, и отъиде, Господеви поя: Аллилуиа.

Икос 6

Возсиял еси, преподобне, чудным воздержанием твоим, егда прешедшим днем поста твоего обрете тя святитель Божий яко мертва, на земли лежаща, воздвиже тя и Таин безсмертных Христовых причастия сподоби. Посем многим братиям поведав о дивнем подвизе твоем, научи их прославляти Господа, дивная дела во святых Своих являюща, и тебе, угоднику Его, воспевати сицевая:

Радуйся, земный путь твой по стопам Христовым шествовавый.

Радуйся, постом Моисею и Илии подражавый.

Радуйся, на Господа упование твое возложивый.

Радуйся, во уповании сем пищи и пития не приобщивыйся.

Радуйся, яко светом божественным озарялся еси.

Радуйся, яко и нас, верных, молитвами твоими укрепляеши.

Радуйся, яко воздержанием безплотным уподобился еси.

Радуйся, тем, яко оружием духовным, невидимых врагов победил еси.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 7

Хотя подвиги твоя паче усугубити, яко на лествицу возводящую к небеси, на верх горы возшел еси: да не сойдеши оттуду, оковами себе на ней утверди, глаголов же святителя Мелетия послушав, не плоть, но разум в Христово послушание пленив, до конца живота своего взывал еси: Аллилуиа.

Икос 7

Новая Вифесда явися гора, на нейже подвизался еси, препободне. Не токмо единою в лето и первее входящим исцеления на той подавашася, но и всегда и всем в бедах, болезнех и скорбех сущим и с надеждою к Богу притекающим благая помощь твоя даровашеся, и вси возвращахуся, славя Бога, и тя, угодника Его величаху, зовуще:

Радуйся, свеще, Божественным пламенем возженная.

Радуйся, светильниче горяй и светяй.

Радуйся, целителю болезней душевных.

Радуйся, врачу недугов телесных.

Радуйся, питателю алчущих правды.

Радуйся, источниче жаждущим истины.

Радуйся, молитвенниче о душах наших.

Радуйся, ходатаю нам и благ земных.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 8

Странно житие свое сотворил еси, блаженне, егда видя народ мног, грядущ к тебе, уразуме, яко чтут и прославляют тя. Славы убегая, смирение же возлюбив, на столпе высоцем пребывати благоволил еси и, яко по степенем лествицы к небесней высоте восходя, и мраз, и дождь, и зной палящий претерпевая, Господеви непрестанно пел еси: Аллилуиа.

Икос 8

Весь исполнился еси послушания, испытующим тя святым отцем пустынником: повинуяся бо велению их, яко Божию, потщался еси снити со столпа твоего на землю, еже и видяще тии, уразумеша, яко от Бога дело твое, и реша, да пребудеши на столпе твоем невозбранно. Тогда враг рода человеча умысли искусити тя: во образе ангела светла предста ти, ты же на мгновение не уразумел еси, блаженне, лести вражия, обаче знамением честнаго Креста победил еси того коварство. Послежде покаяние велие Господу принесл еси, сему же и мы поучившеся, хвалим тя сице:

Радуйся, стрелы лукаваго разжженныя отразивый.

Радуйся, коварство врага победивый.

Радуйся, силою крестною вооруживыйся.

Радуйся, ложь огнем истины попаливый.

Радуйся, молитвою, яко мечем, вооруженный.

Радуйся, шлемом спасения венчанный.

Радуйся, сугубое покаяние Богу принесый.

Радуйся, на Божие милосердие надежду возложивый.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 9

Всякаго грешника кающагося приемляй Господь и твое покаяние прият, и паки прослави тя. Диавол же, подвига твоего не терпяще, язвою лютою порази тя, и бысть в нозе твоей лютый гной с червями. По мнозем времени уведев о тебе мати твоя, прииде ко столпу твоему и плакася горько. Ты же, блаженне, на волю Господню уповая, в будущем веце усрести тя ей обещал еси и, над предавшею дух ея в руце Господни, молитву сотворив, Господеви воспел еси: Аллилуиа.

Икос 9

Ветии суемудреннии не возмогут изъяснити силу чудотворений твоих, ихже в славу Божию и чудным именем Господним совершал еси. Воды не имевшу месту тому, молитвою твоею, святе, земля потрясеся и воду обильно даде. Жена некая, змию малую в воде во чрево свое приемшая, водою твоею напоившися, исцеле абие. И ины мнози исцелеваху у столпа твоего святыми твоими молитвами. Людие же, видяще велия чудеса Божия, с радостию прославляху тя:

Радуйся, Небеснаго Царя рабе благий и верный.

Радуйся, приятый от Него талант усугубивый.

Радуйся, житием твоим небеса возвеселивый.

Радуйся, чудесы вселенную удививый.

Радуйся, помощниче наш и молитвенниче.

Радуйся, от искушений вражиих защитниче.

Радуйся, яко тобою страсти наша утоляются.

Радуйся, яко тобою благая желания наша исполняются.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 10

Спасти хотя грешныя и к покаянию призвати, последовал еси стопам Господа нашего Иисуса Христа и прибегшаго под кров твой разбойника Ионафана хотящим убити его не предал еси, но после велия его покаяния, отъити ему с миром ко Господу умолил еси, дабы блаженства райскаго улучив, в вечности восхвалит Всещедраго Человеколюбца Бога благодарственною песнию: Аллилуиа.

Икос 10

Царя Небеснаго и Господа благий раб и верный служитель был еси, чадом же твоим духовным — отец и наставник многомилостивый: на единем месте, на столпе тебе обитающу, множество народа, и верных, и неверных, к тебе прихождаху, и всем всяк помощник был еси, всякия болезни душевныя и телесныя врачуя, наипаче же неверующия светом Христова Евангелия просвещал еси, яко да крещеннии во имя Пресвятыя Троицы, Господа превознесут и тебе, доброму пастырю своему, воззовут:

Радуйся, зерцало Трисияннаго Света.

Радуйся, небеснаго озарения исполненный.

Радуйся, от богатства духа ближния просвещаяй.

Радуйся, страху Божию научаяй.

Радуйся, воли Господней безропотный исполнителю.

Радуйся, о славе Его ревнителю.

Радуйся, пастырю наш добрый.

Радуйся, отце милостивый и кроткий.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 11

Пение возлюбленному Христу в житии твоем принося, дара пророчества сподобился еси, грядущую засуху, глад и мор предвозвещая, нашествие неверных предрекл еси и многими слезами и теплою молитвою Господа умилостивил еси, да отвратит гнев Свой, праведно движимый, и не попустит языком победити христианы, приносящих покаяние и благодарящих Господа за Его велию милость и непрестанно поющих Ему: Аллилуиа.

Икос 11

Света небеснаго сосуде избранный показался еси, егда приспе час твой от мира сего в селения возлюбленная и желаемая прейти. О блаженней кончине твоей тако ученик твой Антоний повествует: «Во един день, в пяток, по девятом часе, ожидающим нам его поучения и благословения, не призрел он на нас со столпа. Такожде и в субботу, и в неделю. И устрашился аз, и взыдох на столп, и узрех преподобнаго со главою поникшею долу и руце на персех. Мняху, яко молитву деет, умолчах аз, последи же рекох: «Благослови нас, отче!» Он же не отвеща. Тогда помыслих, яко аще ко Господу отъиде преподобный отец, и уразумех, яко есть тако, и восплакахся горько, и, приступив, лобызах его, глаголя: «На кого оставляеши нас, отче?» И мы просим тя: и нас грешных не оставляй твоими благоприятными ко Господу молитвами, из глубины души зовущих ти:

Радуйся, от младенчества всего себя Господеви предавый.

Радуйся, заповеди Бога, яко благое сокровище в сердце свое приемый.

Радуйся, благодатию райскою облагоуханный.

Радуйся, светом молитвы просвещенный.

Радуйся, во Христа облеченный.

Радуйся, ризою нетления украшенный.

Радуйся, ко Господу вся помышления твоя обративый.

Радуйся, ближних якоже себе возлюбивый.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 12

Благодати дар испроси у Господа, отче, тебя верно хваляшим; вонми воздыханием нашим, и слез наших не презри, и не остави нас, якоже обещался еси не оставляти ни столпа твоего, ни горы, тобою избранныя, во благодеяние прибегающим к тебе человеком, под кровом твоим сохраняемым, Господеви же поющим: Аллилуиа.

Икос 12

Воспевая житие твое, богоблаженне отче, прославляем Бога, и, якоже на погребение твое стекошася ко гробу твоему святители, и пастыри, и мирстии со слезами и молитвы многими, свещи и фимиам носяще, тако и мы, сошедшеся в день памяти твоея, усердныя хвалы и моления приносим ти:

Радуйся, от юности миру умерый.

Радуйся, благое иго Христово вземый.

Радуйся, из темницы телесе к вечному житию радостно изшедый.

Радуйся, лицезрением Божественнаго света наслаждающийся.

Радуйся, яко присно Пресвятей Троице предстоиши.

Радуйся, яко непрестанно молитвы о нас возсылаеши.

Радуйся, цельбоносныя мощи нам оставивый.

Радуйся, рода христианскаго помощниче.

Радуйся, Симеоне, дивный столпниче и великий чудотворче.

Кондак 13

О, великий и предивный угодниче Божий, преподобне отче наш Симеоне! Ныне престолу Божию предстоиши и прошения наша Господу приносиши, и сия малая моления от нас грешных приими, и, якоже не отринул еси разбойника, прибегшаго к твоему столпу, но и от земных бед избавил еси того, и вождь был еси Ему в Царство Небесное, тако и нас, грешных, не остави твоим заступлением, но и во временней жизни сей помогай нам, и в будущей небесных обителей молитвами твоими достигнути сподоби, идеже с тобою Христу, Спасителю нашему, воззовем: Аллилуиа.

(Этот кондак читается трижды, затем икос 1 и кондак 1).

Молитва

О, святый и великий угодниче Божий Симеоне! Подвигом добрым подвизався на земли, восприял еси на небесех венец правды, егоже уготовал есть Господь всем любящим Его. Темже, взирающе на святый твой образ, радуемся о преславнем скончании жительства твоего и чтим святую память твою. Ты же, предстоя Престолу Божию, приими моления наша и ко Всемилостивому Богу принеси, о еже простити нам всякое прегрешение и помощи нам стати противу кознем диавольским, да избавльшеся от скорбей, болезней, бед и напастей и всякаго зла, благочестно и праведно поживем в нынешнем веце и сподобимся предстательством твоим, аще и недостойни есмы, видети благая на земли живых, славяще Единаго во святых Своих славимаго Бога, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

24 декабря Православная Церковь вспоминает преподобных Даниила Столпника и Луку Столпника. В чем заключается истинный смысл подвига столпничества, который еще при жизни святых вызывал у одних удивление, а у других – порицание.

Всякому человеку, чтобы чувствовать себя более или менее защищенным и устроенным в этой жизни, необходим свой кров, или, как принято говорить, крыша над головой. Правда, у каждого свои представления о том, какой должна быть эта самая крыша, но в любом случае стремление иметь свое удобное жилище всегда считалось вполне естественной человеческой потребностью. Потому тот, кто дерзал отказаться от нормальных условий жизни и выбирал для себя весьма суровый и достаточно странный, с точки зрения общества, способ существования, вызывал у окружения в лучшем случае удивление, а в худшем – такого самоотверженного смельчака спешили причислить к безумцам. Нам сегодня трудно представить себе, чтобы кто-то стал вдруг обустраивать место для проживания, скажем, на… столпе, дереве или в колодце (были и такие подвижники), добровольно подвергая себя всяким неудобствам, лишениям и испытаниям, мужественно претерпевая холод, зной, дождь, ветер.

Любое явление, которое кажется нам отклонением от нормы, которое мы не в силах постичь, принято называть аномальным или феноменальным. В христианстве много таких феноменальных проявлений. Одно из них – подвижничество в его различных видах. Некоторые формы подвижничества и в прежние времена, а в нынешние – тем более, воспринимаются порой даже христианами как некие крайности. Что уж говорить о неверующих! Впрочем, все это вполне закономерно. Есть люди, которые всю свою жизнь проводят у подножия гор, но им ни разу не приходит в голову штурмовать вершину. А встречаются такие, которые проникаются желанием добраться до самой высокой горной точки и, подобно альпинистам, день за днем, преодолевая препятствия, упорно идут к достижению цели. Жажда близости неба заставляет их совершать невероятные поступки. Подвижничество и есть непрестанное и упорное движение к небу, к Богу. И с этой точки зрения, каждый христианин должен быть в той или иной степени подвижником. Однако настоящее аскетическое подвижничество не может быть уделом многих, потому что оно требует огромной веры и любви к Богу, самоотречения, невероятных духовных, душевных и физических усилий, определенного внутреннего настроя.

Среди различных видов христианской аскезы самым необычным выглядит столпничество, которое очень часто ставят в один ряд с юродством, потому что оно тоже напоминает «безумство Христа ради», о котором писал апостол Павел в Послании к Коринфянам (1 Кор. 4:10). Столпничество представляет собой достаточно редкое и загадочное явление в истории христианской Церкви, да и отношение к нему у исследователей (особенно представителей западной школы) весьма неоднозначное. Среди прославленных Церковью аскетов, подвизавшихся на столпах, известно всего лишь около двух десятков имен. Хотя некоторые авторы, исследовавшие этот феномен, констатируют, что в VI веке численность столпников в Византийской империи была так велика, что государственное законодательство придало им статус особого сословия. Кто же принадлежал к этому сословию? Первоначально к столпникам причисляли всех отшельников, которые селились на высоких тесных каменных скалах, имевших естественное природное происхождение, и по форме напоминали столпы. Чтобы находиться в состоянии неусыпного бдения и постоянного бодрствования во время совершения подвига непрестанной молитвы, некоторые из аскетов, пренебрегая опасностью сорваться вниз, специально выбирали очень узкие утесы. Когда же пустыннику не удавалось найти подходящий утес, он сооружал себе на его подобие столп.

Столпничество – явление исключительно восточное, на Западе оно совсем не прижилось. Там его не одобряли и относились к нему с подозрительностью. Во всяком случае, из западных столпников известен лишь один такой отшельник, подвизавшийся в Арденнских горах, – это Вульфилаих Трирский. Этот вид подвижничества довольно древний, он возник, как полагают историографы и хронисты, сразу же по прекращении эпохи гонений на христианство и мученичества как его своеобразное продолжение. Зная, каким физическим и душевным страданиям подвергали себя эти отчаянные боголюбцы, проводившие жизнь на столпах, совершая удивительные подвиги, их действительно можно поставить в один ряд с мучениками.

Столп воспринимался отшельником как прообраз креста, на котором он распинал свою плоть, поражая ее телесную греховную природу. В то же время столп служил для каждого аскета некой лестницей, возводящей его к совершенству и приближающей к Богу. Кроме этого, стояние на столпе было одним из способов обратить внимание общества, погрязшего в грехах и уклоняющегося от выполнения заповедей Божьих, на его нравственное падение и духовную деградацию. С этого места возвышения подвижник, подобно ветхозаветным пророкам, занимался таким вот необычным миссионерским служением, прежде всего, через образ своей жизни, а затем уже и через слово – увещеванием окружающих, призывая их к покаянию и вере. Результаты такой проповеднической деятельности бывали порой настолько эффективными, что вокруг столпников собирались целые общины и создавались монастыри. Считается, что этот вид аскезы возник в противовес языческому культу гор и холмов. Из жития святых столпников известно, что одни из них селились намеренно (как, например, Даниил Столпник) в пустом языческом храме, другие (как преподобный Алипий) – на месте, где стояли прежде идольские столпы. В этом тоже был свой особенный смысл – уничтожение идолопоклонства и замена его христианским богопочитанием.

Некоторые из столпников с самого раннего возраста чувствовали тяготение к подвижнической жизни. Каждый из них, прежде чем взять на себя такой трудный подвиг, проходил сначала послушание и определенную аскетическую подготовку, как правило, либо в монастыре под руководством духовного наставника, либо в затворе, постоянно упражняясь в посте, безмолвии, молитве и созерцании, подвергая себя строгим лишениям и приучая противиться желаниям плоти. И лишь после этого, понуждаемый особым действием Промысла Божия и укрепленный благодатью, он становился на путь такого служения. Столпы, на которых подвижники проводили все свое время, были различными по виду и высоте (от 3 до 15 метров и выше). Некоторые из них представляли собой столпообразную узкую башенку с решеткой, напоминавшей балкон с навесом сверху. Но были такие мужественные столпники, которые отказывались от навеса, перенося тяготы холода и зноя, имея своим единственным покровом лишь небо над головой.

Таким добровольным страдальцем в течение 53 лет был преподобный Алипий столпник. Самое удивительное, что при таком суровом и тяжелом образе жизни почти все столпники были долгожителями. Этот факт свидетельствует о действии укрепляющей благодати Божьей в этих праведниках. Подвиги столпничества продолжались на Востоке до XII столетия, а на Руси – до второй половины XV века. Последний из прославившихся русских столпников, Савва Вишерский, почил в 1460 году.

24 декабря Православная Церковь чтит двух из известных столпников – преподобных Даниила и Луку. Святой Даниил (410 – 490 гг.) был учеником преподобного Симеона Столпника, которого древние церковные историки считают одним из основоположников этого вида аскетического делания. Он родился в Месопотамии. В житии преподобного Даниила Столпника сказано, что его появление на свет произошло удивительным образом. Мать его, Марфа, долго была неплодной и терпела при этом поношения от мужа и родственников. Однажды отчаявшаяся женщина молилась со слезами всю ночь Богу, пообещав, что если родится ребенок, то она отдаст его в дар Ему. Вскоре она забеременела и родила сына. Имя свое святой получил лишь в пятилетнем возрасте от одного игумена по наитию свыше. В 12 лет он тайком ушел из дома с намерением поступить в монастырь и принять постриг. Однако игумен, взирая на столь юный возраст Даниила, в постриге ему сначала отказал. Приехавшие родители отрока сумели уговорить игумена совершить постриг. В недолгом времени инок Даниил вместе с игуменом отправился в поездку по святым местам. Во время этой поездки состоялась встреча будущего отшельника с преподобным Симеоном Столпником, от которого он получил наставления, благословение и предсказание о своем будущем подвиге столпничества. Сначала подвижник затворил себя на 9 лет в пустом языческом храме, где вступил в борьбу с полчищем бесов. Пост и молитва были его главным оружием. И, лишь пройдя это суровое испытание, он по откровению Божию взошел на столп. Первый столп преподобному соорудил его друг Марк. Очень скоро о подвижнике узнали люди из прилегающих селений. Сразу нашлись и недовольные, и завистники, и клеветники, поносившие его и обвинявшие этого святого страдальца в гордости и в похоти. Они попытались разрушить столп и изгнать отшельника. Но смирение, кротость, незлобие и человеколюбие этого праведника покорили даже его врагов, один из которых построил ему еще один, более высокий, столп.

При жизни святой совершил много разных чудес. Молитвы преподобного Даниила обладали такой силой, что Бог исцелял чрез него бесноватых. По молитвам святого у греческого царя Льва Великого родился наследник. Царь, возрадовавшись о рождении сына и в благодарность за молитвы, воздвиг ему третий столп. Святой подвижник обладал даром прозорливости и предвидения. Он предсказал большой пожар в Константинополе. Преподобный очень долго жил на столпе без крыши над головой и позволил ее устроить, уступив просьбам царя, только тогда, когда однажды после продолжительного снегопада и мороза ученики нашли столпника обледеневшим. Бог открыл ему и час его кончины. Собрав своих учеников, он дал им духовное завещание и просил похоронить с мощами трех святых отроков Вавилонских – Анании, Азарии и Мисаила для того, чтобы приходящие на его могилу христиане воздавали честь не ему, а мощам трех отроков. Таким образом, этот праведник сохранил свое смирение и уничижение пред Богом даже по смерти.

Сведений о преподобном Луке, Новом Столпнике, не очень много. Известно лишь то, что он был воином при греческом царе Романе (919–944) и при Константине Порфирородном (912–959). В 917 году на Византийскую империю напали болгары. Во время сражения погибло много воинов, но Лука по Промыслу Божию остался жив. После этого он принял монашество и был поставлен в пресвитера. Ревнуя о высоком духовном совершенстве, он взошел на столп и начал преуспевать в более суровых подвигах. Обложив свое тело железными веригами, преподобный соблюдал очень строгий пост, вкушая лишь один раз в неделю приносимую ему просфору и немного овощей. Через три года святой отшельник отправился на гору Олимп, затем в Константинополь, где, чтобы сохранить свой обет молчания, жил с камнем во рту. Наконец он обосновался в городе Халкидоне и провел там на столпе 45 лет, прославившись праведной жизнью и совершенными чудесами.

Подвижническая жизнь всех столпников представляет собой наглядный пример изречения апостола Павла о том, что: «…если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется» (2 Кор. 4:16). Святые столпники являли миру удивительнейшие образцы торжества духа над плотью. Их очищенная подвигом телесная и духовная природа возносилась к таким небесным высотам, что еще при жизни на земле они достигали того богоподобия, к которому призывается Творцом каждый человек.

Валентина Новикова

LiveInternetLiveInternet



Столпник – дивный цветок, который расцвел на стебле каменного столпа. Столп был подобен огромной свече, столпник – ее пламени. Столп был подобен духовному трону, столпник – царю монахов. Столп был подобен скале, на вершине которой свил свое гнездо могучий орел.

Гиганты духа жили в былые времена. Нам не дано даже умом понять их. Порою, удобно устроившись в кресле, бегло читаем: «Преподобный Алипий 53 года в зной и хлад в непрестанной молитве простоял на столпе…» Как же это возможно? Вокруг них народ толпился и днём, и ночью, а они у всех на виду десятилетия стояли на узком пространстве столпа и молились. Если бы для славы — и дня не выдержали бы. Нет, о славе они не думали. Просто такой подвиг им Господь указал, и с помощью Божией, со смирением они его несли. В назидание нам, чтобы показать: невозможное человеку, возможно Богу и — верующим в Него.
Нам и пытаться повторить их подвиг нельзя. Это будет дерзостью при нашем маловерии. Впрочем, каждый из нас это и сам понимает. Многим даже нынешнюю предельно сокращённую всенощную до конца не «выстоять». А наши предки всю ночь молились и потом у них начинался рабочий день.
Столпничество — одна из форм христианского подвижничества, возникшая в IV веке в Сирии. Здесь были и монастыри, но «особенно характерно для Сирии отшельничество, соединенное с исключительными средствами аскетического самоумерщвления» (Прот. Георгий Флоровский.).
А. В. Карташев писал: «К северу от Ливана и до Армении распространены были… индивидуальные аскеты крайних, поражавших воображение народных низов форм. Они носили вериги, питались только травами (прозывались — пасущиеся), приковывали себя цепями к скалам. Местное население сирского языка и подошедшие сюда в начале VII в. родственные им по крови и языку арабы-исламиты одинаково чтили этих христианских героев духа. Праотеческая примитивность, как y библейских рехавитов, привлекала эти неэллинизованные народы. Чтили их издали и горожане. При императоре Валенте сирские игумены этих монахов, Афраат и Юлиан Саба, явились в Антиохию, чтобы поддержать противоарианских богословов Диодора Тарсского и Флавиана Антиохийского…
И блаж. Иероним, и Иоанн Златоуст ходили к пустынникам на выучку, чтобы самим узнать на опыте эти формы аскезы…
Вообще эта категория сирских аскетов, исключающих себя из общей истории человечества и даже церкви, не была подражанием египетскому монашеству ни в его пахомиевской, ни в его фивейской форме. Эти сирские герои одиночества и не помышляли об общежитиях. Каждый из одиночек, не думая о других, все силы тратил на максимальное единоличное достижение. Отсюда их чрезмерные крайности. Каждый пробовал данное самоистязание сам за себя, еще не зная, сколько выдержит. Им было не до уставных требований того же и от других»
По нашему мнению, оценка эта не вполне справедлива. Кроме того, А. В. Карташев называл таких аскетов «пустынножителями явно еще дохристианского типа». Вообще, по его мнению, «связь христианских форм аскезы с дохристианскими еще ждет своего исследователя, и в частности бурный расцвет аскезы именно в Египте…» . Мы не уверены, что возможно производить христианскую аскезу от языческой. Но к этому вопросу мы вернемся ниже. Теперь же скажем о самом подвиге столпничества и самых известных святых столпниках.

ВОЗНИКНОВЕНИЕ СТОЛПНИЧЕСТВА. СТОЛПНИКИ ПРАВОСЛАВНОГО ВОСТОКА.

Столп, на котором подвизались аскеты, представлял собой суживающуюся кверху башенку. Наверху была площадка, огороженная стенкой, где и стояли столпники. Обычно площадка не была покрыта навесом, и столпники переносили и палящий зной дня, и ночной холод, и ветер, и дождь. От площадки вниз шла лестница. Под площадкой иногда устраивалось ложе .
Происхождение столпничества как особой формы монашеского подвига древние церковные историки (Феодор Чтец, Евагрий Схоластик) связывают с именем преп. Симеона Столпника († 459; память 1/14 сентября). Известно, что уже до него были подвижники, которые выдерживали подвиг более или менее продолжительного стояния (stationarii). Но у подвига преп. Симеона не было еще примера. Блаженный Феодорит Кирский, современник и свидетель подвигов преподобного, писал: «Знаменитого Симеона — это великое чудо вселенной — знают все подвластные Римской державы: узнали о нём и персы, и мидяне, и эфиопы; распространившаяся молва о его трудолюбии и любомудрии долетела даже до скифских кочевников. Но я, даже имея свидетелями, как говорится, всех людей вселенной, которые подтвердят моё слово о подвигах святого, боюсь, однако, чтобы моё повествование не показалось потомкам невероятным и чуждым истине. Ибо то, что было с Симеоном, превышает человеческое естество». “Житие» преп. Симеона, написанное учеником его Антонием, начинается так: “Новое и чудное таинство совершилось в наши времена».
СИМЕОН СТОЛПНИК.(+ 459 г.; память 15 сентября)

Преп. Симеон родился в пределах Антиохии Сирийской в середине IV века. Он принадлежал к этнической группе так называемых «левкосирийцев» (λευκόσυροι), о которых упоминает еще Страбон в своей «Географии». Родители его были христианами. Из многочисленных детей у них осталось в живых только двое — Симеон и его брат Шемши, который впоследствии также стал монахом.
На 12-м году жизни преп. Симеон поступил в монастырь, а на 18-м принял постриг. Когда преп. Симеон был иноком в общежительном монастыре, образ его подвижничества вызвал недовольство и ропот со стороны братии. «Например, чтобы приучить себя к лишению сна и сплошным ночным бдениям, он становился на круглое дерево, стоя на котором, должен был соблюдать равновесие и при первом наступлении дремотного состояния падать. Справедливо видят в подобных монастырских подвигах преп. Симеона своего рода приготовительную школу для будущего его столпничества» Покинув монастырь, преп. Симеон подвизался в отшельничестве, а затем взошел на столп. Согласно сирийскому «Житию», перед своим столпничеством во время Четыредесятницы преп. Симеон видел небесного мужа огненного вида в военных доспехах. Он сначала молился, а затем стал на камне, на котором воскурялся фимиам, и, загнувши свои руки назад, наклонялся и снова выпрямлялся, смотря на преп. Симеона, потом опять простирал свои руки кверху и устремлял свой взор к небу. Такое видение, которое находят возможным сравнивать с видением, бывшим преп. Антонию Великому, повторялось три раза подряд с вечера до утра. После этого святой Симеон, уразумев, что видение было для него, сам, по свидетельству сирийского жития, в течение 3 месяцев стоял на камне, а затем начал стоять на столпе. Стоя днем и ночью, как свеча, в прямом положении, он почти непрерывно молился и размышлял о Боге. Кроме строжайшего воздержания в пище, он добровольно переносил много лишений: дождь, зной и стужу. Питался он размоченной пшеницей и водой, которые приносили ему добрые люди.
Житие преп. Симеона повествует: «О такой жизни Симеона услыхали святые отцы, жившие в пустынях, и удивлялись его необычайным подвигам, ибо никто еще не изобретал себе такого жития, чтобы стоять на столпе. Желая же испытать его, послали сказать ему: “Отчего не идешь ты путем отцов наших, но изобрел другой — новый? Сойди со столпа и последуй житию древних пустынников”.
При этом научили посланных, чтобы они, если Симеон не послушается, силою заставили его сойти со столпа; если же послушает и пожелает сойти, то оставить его так стоять, как начал: ибо тогда, сказали они, ясно будет, что новый образ жития его – от Бога. Когда посланные пришли к Симеону и возвестили решение Собора святых отцов-пустынников, то он тотчас ступил ногою на лестницу, желая сойти вниз. Видя сие, посланные закричали: “Нет, не сходи, святой отче, но пребывай на столпе: теперь мы знаем, что начатое тобою дело — от Бога. Да будет же Он тебе помощником до конца”
Подвиг столпничества преподобный проходил 80 лет — до конца жизни (он прожил 103 года). Высота столпа постепенно увеличивалась — от 2,6 м до 16 м.

О великом подвижнике вскоре узнали в самых отдаленных странах. «К нему устремились, — писал блаж Феодорит, — не только жители нашего государства, но и измаильтяне, и персы, и армяне, подвластные персам, и иверийцы, и гомериты ; приходили и представители соседних с ними племён. Приходило также много людей, живущих на отдаленнейших границах запада: испанцев, британцев, галатов и других, живущих между ними. А об Италии и говорить нечего, ибо сказывают, что в великом Риме муж этот пользуется такой славой, что на вратах всех мастерских прибивают небольшие его изображения в надежде благодаря им получить защиту и безопасность». Преп. Симеон обратил в христианство несколько арабских племен. Некоторые из них мигрировали на юг Саудовской Аравии, где существовали еще долго после завоевания этих мест исламом. Он, как впоследствии и другие столпники, пользовался крайним почитанием не только простого народа, но и интеллектуалов (например, того же блаж. Феодорита). К святому Симеону Столпнику за советом ходили даже императоры (А. Л. Дворкин.)

УЧЕНИКОМ ПРЕПОДОБНОГО СИМЕОНА БЫЛ ДАНИИЛ СТОЛПНИК. († 489-490; память 24 декабря)
Уроженец сирийской провинции Коммагены. По чудесному указанию преп. Симеона Даниил начал подвизаться на столпе близ Константинополя. Этот подвиг он проходил более 30 лет. «И был преподобный предметом великого удивления для всех, как ближних, так и дальних, своих и пришельцев, царей и простых, греков, римлян и иноплеменников, кои приходили к нему, как к Ангелу Божию, а отходя призывали его на помощь себе, — и все они получали просимое по его святым молитвам». Предузнав свою кончину, преп. Даниил отошел ко Господу в возрасте 80 лет.
ПРЕПОДОБНЫЙ СИМЕОН СТОЛПНИК, ДИВНОГОРЕЦ.(День памяти: Май 24)
Его следует отличать от преподобного Симеона Столпника, подвизавшегося также в окрестностях Антиохии Сирийской. Родился святой в 512 г. в Антиохии Сирийской, быв испрошен матерью через молитву к св. Иоанну Предтече с обещанием посвятить сына Богу. С младенчества отличался строгим постничеством. Уже в детстве преподобному Симеону несколько раз являлся Господь, предсказывая ему будущие подвиги и награду за них.
Шести лет святой удалился на одну пустынную гору, а затем поселился в обители преподобного Иоанна Столпника, близ Селевкии Сирийской, где взошел на столп. За строжайшие и вышеестественные подвиги поста и бдения он удостоился особой благодати Божией и дара исцеления недугов. На 22-м году жизни по откровению свыше перешел на Дивную гору, где основал монастырь. Достигнув высокой степени иноческого совершенства, подвижник сотворил множество чудес, прозревал тайное, удостоился видения Господа и беседы с Ним.
Так, он предсказал взятие Антиохии Хозроем I и землетрясение в ней, исцеля различные недуги и даже воскрешал мертвых; призыванием его имени освобождались плененные персами антиохийцы; по молитве преподобного в течение трех лет не оскудевала пшеница в монастырской житнице, несмотря на то, что ее брали в большом количестве для пропитания множества пришельцев. Проведя на столпе 68 лет, преподобный Симеон скончался в 596 г.
ПРЕПОДОБНЫЙ АНТОНИЙ, СТОЛПНИК МАРТКОПСКИЙ. († VI век; память 1 февраля и 20 мая).
Преподобный Антоний, столпник Марткопский, — один из тринадцати каппадокийских святых отцов, основателей грузинского монашества (сведения о них помещены 7 мая), пришедший в Грузию в VI веке. По преданию, он принес в Грузию первый отпечаток на «черепице» с подлинника Едесского изображения Нерукотворного Спаса.
Преподобный Антоний поселился на уединенной горе, названной в его честь Марткопской («Уединенной»), где основал обитель и построил храм в честь Нерукотворного образа Спасителя. Последние 15 лет своей жизни преподобный Антоний подвизался на столпе, почему и получил название столпника Иверской Церкви. (Столп этот, разрушенный временем, сохранялся еще в прошлом столетии, а монастырь, основанный преподобным Антонием, существовал до середины XVIII века.)
По окончании своей земной жизни преподобный Антоний был погребен в устроенном им храме; на его гробнице, привлекавшей множество верующих, совершались чудесные исцеления. Память его совершается Грузинской Церковью 19 января и 16 августа, в храмовой праздник Анчисхатской церкви в Тбилиси, где хранилась чудотворная икона Нерукотворного Спаса, принесенная преподобным.
ПРЕПОДОБНЫЙ АЛИПИЙ СТОЛПНИК.(† 640; память 9 декабря)

Преп. Алипий столпник был родом из Пафлагонского города Адрианополя (на юге Малой Азии). Рядом с городом была расположена пустыня, в которой в древние времена язычники хоронили своих покойников. Преп. Алипий поселился там в одном из гробов (пещер, в которых полагали тела умерших); над гробом стоял каменный столп, а на столпе идол. Сокрушив идола, преподобный воздвиг на его месте честной крест. В этой же пустыне преп. Алипий построил церковь во имя святой великомученицы Евфимии Всехвальной, а затем принял на себя подвиг столпничества. Преподобный находился на столпе, «имея небо своим единственным покровом, мужественно перенося стужу и зной, дождь и град, снег и мороз. И был он таким добровольным мучеником не краткое время, но 53 года, страдая на своем столпе, как бы пригвожденный ко кресту. И стекалось к нему в это время множество народа, мужей и жен, юношей и старцев, чтобы послушать его полезных поучений и получить исцеление недугов. Ввиду того, что многие из них поселились тут же при нем, святой повелел устроить два монастыря, мужской и женский, один по одну сторону столпа, другой — по другую. Сам же стоял на столпе посередине, просвещая оба монастыря своим учением и примером своей Ангельской жизни и защищая их своими молитвами. Алипий дал им законы и уставы иноческого жития»… Преподобный Алипий «был так угоден Богу, что еще при жизни своей был осияваем небесным светом: несколько раз над головой его являлся огненный столп, достигавший до облаков и озарявший всё место окрест его» Скончался преподобный в возрасте 118 лет.
ПРЕПОДОБНЫЙ ЛУКА СТОЛПНИК, ИЛИ НОВЫЙ СТОЛПНИК.(† ок. 970-980; память 24 декабря)

Приняв монашество и преуспевая в иноческом житии, удостоился поставления в пресвитеры. Ревнуя о высшем духовном совершенстве, он обложил тело свое железными веригами и, взойдя на столп, соблюдал столь строгое воздержание, что в продолжение шести дней недели не принимал никакой пищи и только в седьмой день вкушал приносимую просфору и немного овощей: так на столпе провел он три года. Потом, призываемый Божественным внушением, пошел он на гору Олимп (в Вифинии, северо-западной области Малой Азии), и, наконец, удалился в город Халкидон. Там он также вошел на столп и, прославляемый многими чудесами, провел на нем сорок пять лет.
По нашему мнению, было бы неверно противопоставлять столпников общежительному монашеству. Столпники не только начинали свой подвижнический путь в монастырях, но и сами становились основателями новых обителей. Уже вокруг столпа преп. Симеона Столпника возник монастырь. (Желавшие подвизаться под руководством преп. Симеона селились вокруг его столпа внутри каменных оград — мандр (греч. — «овчарня»). Отсюда произошло слово «архимандрит» — начальник обители). Ученик преп. Саввы Освященного († 532) Иулиан столпник основал при Иордане лавру Несклерава. Игуменом обители, в которую поступил преп. Симеон Дивногорец, был столпник Иоанн. Преп. Симеон Дивногорец впоследствии также основал монастырь на Дивной горе. В более позднее время то же видим в житии преп. Алипия столпника. Преп. Никита, столпник Переславльский (см. о нем далее), подвизался в непосредственной близости от монастыря, в котором получил постриг.
Столпники несли также старческое служение, вразумляя приходивших к ним советом и наставлением. Столпники не оставались в стороне и от догматических споров, волновавших православный мир. Преп. Симеон Столпник поддерживал Халкидонский Собор и убедил императрицу Евдокию, вдову Феодосия II Младшего (408-450 гг.), оставить монофизитство и вернуться в лоно Православной Церкви. Преп. Даниил сходил со столпа, чтобы приехать в Константинополь для обличения неправомыслия императора Василиска.
СТОЛПНИЧЕСТВО В РУССКОЙ ЦЕРКВИ.
НИКИТА ПЕРЕСЛАВСКИЙ СТОЛПНИК.(† 1186; память 06.06 н.ст.)

В первые века распространения христианства на Руси подвиг столпничества нес преп. Никита, столпник Переславльский. Столп, который устроил преподобный для своих подвигов, находился не поверх, а внутри земли. Неподалеку от монастыря преп. Никита ископал глубокую столпообразную яму и там стал, подобно древним столпникам, на пламенную молитву.
ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРАФИМ САРОВСКИЙ.(† 1833; 15 января, 1 августа)

Из святых, принимавших на себя подвиг столпничества в последующие времена, мы должны сказать о преподобном Серафиме Саровском. Преп. Серафим Саровский нес такой подвиг 1000 дней и ночей. Каждую ночь он поднимался на огромный камень в лесу и молился с воздетыми руками, взывая: «Боже, милостив буди мне грешному». Днем же он молился в келлии, также на камне, который принес из леса, сходя с него только для краткого отдыха и подкрепления тела скудной пищей.
ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРАФИМ ВЫРИЦКИЙ.(† 1949; память 3 апреля).
Проживая в Вырице, он молился в саду на камне перед иконой преп. Серафима Саровского. Это бывало в те дни, когда несколько улучшалось здоровье старца. Первые свидетельства о молении святого Серафима Вырицкого на камне относятся к 1935 году, когда гонители обрушили на Церковь новые страшные удары. С началом Великой Отечественной войны старец усилил подвиг моления на камне — стал совершать его ежедневно. Известно, что в самой Вырице, как и было предсказано старцем, не пострадал ни один жилой дом и не погиб ни один человек.
СМЫСЛ ПОДВИГА.

Блаж. Феодорит Кирский, описывая небывалый дотоле подвиг преп. Симеона Столпника, говорит: «Я верю, что подобное стояние устроилось не без воли Божией. А поэтому прошу тех, которые любят всё порицать, чтобы они обуздали свой язык и не позволяли ему болтать что попало, но принимать во внимание, что Владыка часто устрояет подобные вещи для вразумления нерадивых. Так, Он повелел Исаии ходить нагим и разутым (Ис.20,2), Иеремии — препоясать чресла свои и в таком виде явиться с пророчеством к неверующим (Иер.1,17; 28,12), в другой раз повелел ему наложить на шею иго, сначала из дерева, а потом из железа (Иер.34,1; 35,10-14); Осии — взять в жены блудницу и питать любовь к жене злой и прелюбодейной (Ос. 1,2; 3,1); Иезекиилю — спать на правом боку сорок дней и на левом сто пятьдесят (Иез.4,4-6), потом — проломать себе отверстие в стене и выйти через него (Иез,12,4-5), наподобие пленника, а еще — взять нож, обрить голову и волосы свои разделить на четыре части, распределив их одну — туда, а другую — сюда (Иез.5,1-4). И многое другое повелевал Господь: всего не перечислить. Каждому из этих событий Владыка вселенной повелел быть для того, чтобы те, которые не убеждаются словом и не хотят внимать пророчеству, необычностью зрелища были вразумлены и подготовлены к пророческому гласу. И действительно, разве не изумлялись, видя, как человек Божий ходит нагой? Разве не любопытствовали, почему пророк взял себе в жены блудницу? И подобно тому, как прежде Бог всяческих повелел всему этому быть для пользы живущих в праздности, так и это новое и небывалое зрелище Он устроил для того, чтобы необычностью его привлечь всех приходящих посмотреть на него и сделать их более готовыми к назиданиям святого. Ведь известно, что необычность зрелища делает более доступным и научение, и приходящие посмотреть на него возвращаются, получив наставление в Божественном. Как те, кому выпало на долю царствовать над людьми, по прошествии некоторого времени изменяют изображения на монетах, запечатлевая на них то фигуры львов, то изображения звезд и Ангелов, этими и другими новыми изображениями стараясь придать большую цену металлу, так и царствующий над всеми Бог дарует как бы новые характерные черты делу благочестия, стремясь новыми и разнообразными видами жизни боголюбцев подвигнуть на славословие языки не только питомцев веры, но и страждущих неверием».
По мнению иеромонаха Алексия (Кузнецова), столпничество «представляло новый вид добровольного мученичества, и возникло-то оно как раз тогда, когда прекратился подвиг мученичества. Оно есть как бы продолжение его. Что совершили святые Мученики, то довершили святые Столпники». Кроме того, «имеются еще и другие основания к отступлению столпников от обыкновенной подвижнической жизни, которые определяются личными соображениями подвижников, а именно: стремление к безмолвию, желание противоборствовать свободно диавольским козням, жажда смирения и умерщвления плоти, а главное — достижение богоуподобления путем аскетического созерцания”. Наконец, «из истории известно, что заключение на столпы или в столпы служило некогда наказанием… Отсюда можно сделать вот какое вероятное предположение: столпники, живя на столпах, добровольно себя наказывали, как грешников Божиих, по способу, существовавшему в стране в отношении к гражданским преступникам». По мысли иеромонаха Алексия, «что иное были столпы для святых Подвижников, как не особого рода кресты, на которых они распинали плоть свою, подвергая ее всевозможным лишениям и жестокому влиянию воздушных перемен. «Владыце подобяся, на столп восшел еси, яко на крест: но Он рукописание всех растерза, ты же возстания страстей растерзал еси: Он яко овча, ты же яко заколение; Он взыде на крест, ты же на столп», поется в стихирах святому Симеону I-му. Восходя на столпы и переходя постепенно с низших на высшие, святые Столпники как бы по лестнице восходили от совершенства к совершенству и, живя между небом и землей, «оныя устраняяся к сему же приближаяся плотию и духом», сообразно со своим назначением стремиться к высшему, духовному, невидимому, — они заблаговременно, так сказать, переносили туда и ум свой и сердце. Вся жизнь их служила постоянным оправданием апостольского речения: елико внешний человек наш тлеет, толико внутренний обновляется (2 Кор. 4,16). В лице их дух является торжествующим над плотию; все, что от плоти и крови, служило в них духу, — оттого все аскетические подвиги святые Столпники совершали как бы в ином естестве. В лице их очищенная и возвышенная над всем дольним духовная наша природа достигала такого совершенства, что еще здесь, на земле, обнаруживала свое бесподобное величие и делалась способною к ближайшему общению с Самим Богом. Служение святых Столпников справедливо можно назвать предстоянием пред Богом, разумея это предстояние в самом точном смысле слова. Стоя между небом и землею, они призывали Бога, славословили Его, от земли вознося ко Господу молитвы за всех, а с неба низводя на людей Божие благословение»
При помощи этой работы над собой столпники становились иногда глубокими психологами, могли подать лучший совет в затруднении, исцелить душевные язвы, разрешить сомнения, поднять падшего, очистить, успокоить. Всё это привлекало к местам столпостояния огромное количество народа. Туда, в горы и ущелья, шли и простые миряне, и монахи, и императоры, и высшие духовные лица. Император Лев так уважал св. Даниила, что неоднократно посещал его столп, прося у подвижника благословения, совета и наставлений; патриарх антиохийский Домн нарочно из Антиохии прибыл к св. Симеону, который много беседовал с ним с пользой для души. Столпники почитались мудрецами своего времени, глубокими знатоками религиозных предметов, что засвидетельствовано их современниками. Например, императоры Феодосий, Леон, Маркиан, Лев, Зенон не раз в затруднительных случаях пользовались наставлениями святых столпников.

Многие из приходивших к столпникам не хотели уходить от них и, оставляя свои дома и имения, селились рядом со столпами для того, чтобы непрестанно видеть перед собой такой подвиг и учиться из бесед святых столпников. Поэтому столпы являлись центрами, где сосредоточивалась религиозная жизнь. Возле каждого святого столпника постепенно организовывались общины. Подвижники, в свою очередь, заботились об объединении членов общины путём построения монастырей с церквами. Так, из-за огромного стечения народа к столпу св. Алипия были построены по ту и другую его стороны два монастыря — мужской и женский. Сам св. Алипий пребывал «посреде на столпе, аки свеща на свещнице стоя, оба монастыря и учением и образом ангельскаго жития своего просвещаше, и молитвами своими защищаше, и законы им и уставы иноческого жития подаваше».
Бесчисленные исцеления, совершаемые святыми столпниками, они относили единственно к благодати Божией, запрещая исцелённым говорить про них. Обид они не помнили, молились за своих врагов и исцеляли клеветников. Так, св. Даниил исцелил блудницу Вассиану от беснования, несмотря на то, что она оклеветала его в блуде с нею по наущению еретиков. Столпники часто пророчествовали, их предсказания бедствий были направлены к тому, чтобы нерадивые обратились к покаянию и исправлению. Так же и чудотворения их восстанавливали человека в его истинном достоинстве, освобождая от грехов, или приводили к истинной вере: исцелённая св. Даниилом блудница переменила образ жизни.
Таким образом, основу всей нравственной деятельности святых столпников в отношении к ближним составляла любовь. Обращая внимание на своё сердце, заботясь о своём внутреннем очищении, они понимали, как дорога душа каждого человека в очах Божиих, что она искуплена честною кровью Сына Божия, поэтому считали себя призванными к тому, чтобы из своего сердца изливать на всех добро. Любовь являлась у них чувством благорасположения, участия, снисхождения к любому человеку. Она пробуждала в святых подвижниках самое искреннее, горячее желание выполнить высокие и святые правила, заповеданные Евангелием.
Просиявшие в великих подвигах, стяжавшие дары чудотворения, наставлявшие своим примером и словом всех приходивших к ним, да будут и нам святые столпники милостивыми ходатаями пред Богом.

В стране Каппадокийской, в селении Сисан, жили христиане Сусотион и Марфа. Бог благословил их супружество рождением сына, коего они нарекли Симеоном и по обычаю христианскому омыли банею крещения (Тит. 3:6; Еф. 5:26). Не в книжном научении, а в простоте и незлобии воспитывался сей отрок: но премудрость Божия часто вселяется и в простых людей и избирает их своим орудием, дабы посрамить мудрование века сего (1 Кор. 15:21).
Когда Симеону исполнилось 13 лет, он стал помогать своему отцу пасти стада овец. Подобно Иакову, Моисею и Давиду, кои так же пасли овец и удостоились Божественных откровений, был призван Богом и Симеон. Однажды зимой выпало очень много снега, и поэтому овцы несколько дней не выгонялись на пастбище. Будучи свободен от дела, отрок провёл эти дни в церкви, где познакомился с одним духовным старцем. Этот старец долго поучал Симеона, указывая ему Путь спасения. «Если, по пророку, не сокрушатся чресла наши, изнемогши от постных трудов, и если мы не водрузим в сердце болезненных чувств сокрушения, и не возболезнуем, как рождающая, то не возможем родить дух спасения на земле сердца нашего». Добрые семена поучений старца пали на добрую почву: ибо тотчас же в душе Симеона зародилось усердное стремление к Богу и выросло твёрдое желание идти тесным путём, ведущим к Нему (Лк. 13:24; Мф. 7:14). Он положил в уме своём – немедленно бросить всё и стремиться только к тому, чего восхотел.
Тотчас после сего Симеон вышел из церкви и, не заходя домой, уединился в месте, удобном для молитвы. Здесь он распростёрся на земле крестообразно и с плачем молил Господа указать ему Путь ко спасению. Долго лежал он так и молился; наконец уснул и во сне узрел такое видение. Снилось ему, что копает он ров для какого-то здания. И вот слышит он голос, говорящий: «Копай глубже!» Стал он копать глубже; потом, думая, что уже довольно, остановился, но опять услышал голос, повелевающий копать ещё глубже. Стал он снова копать, и когда опять остановился, в третий раз тот же голос побуждал его к тому же труду. Наконец он услыхал:
— Перестань! Теперь, если хочешь строить здание, созидай, но трудись усердно, ибо без труда ни в чём не преуспеешь.
Это чудесное видение сбылось над самим Симеоном. В своём глубоком смирении он положил такое основание к совершенствованию себя и других, что его добродетели и подвиги, казалось, были выше человеческого естества.
После сего видения Симеон встал и пошёл в один из монастырей, находившихся в родной его стране. Игуменом того монастыря был блаженный Тимофей. Симеон пал на землю перед монастырскими воротами и лежа семь дней, терпя голод и жажду. На восьмой день вышел из монастыря игумен и стал расспрашивать Симеона, откуда он, куда идёт, как его зовут, не сделал ли он какого-либо зла и не убежал ли от своих господ. Симеон же, упав в ноги игумену, с плачем говорил ему:
— Нет, отче, я не из таких: не сделал я никому зла, а желал послужить Богу со всем усердием. Смилуйся надо мною, грешным: повели мне войти в монастырь и быть всем слугой.
Провидев в нём Божие призвание, игумен взял его за руку и ввёл в монастырь, говоря братии:
— Научите его житию иноческому и монастырским правилам и уставам.
Поселившись в монастыре, Симеон беспрекословно всем повиновался и служил. Будучи ещё только восемнадцати лет от рождения, он был уже пострижен в иночество и вскоре строгостью своего жития превзошёл всех иноков того монастыря. Так, одни из братии вкушали пищу только раз в день, вечером, иные – на третий день, он же не вкушал пищи целую неделю. Родители Симеона искали его два года и не могли найти, так как Бог скрывал его. Много плакали они о своём сыне и так сильно скорбели, что отец его от печали умер. Симеон же, обретши себе отца в Боге, Ему предал всего себя от юности.
Пребывая в лавре, блаженный Симеон пошёл однажды к колодцу, чтобы почерпнуть воды. Взяв верёвку от черпала (т. е. от ведра, которым доставали воду из колодца), очень жёсткую, сплетённую из пальмовых ветвей, он крепко обвил ею себя по голому телу, от бёдер до груди. Прошло десять дней, и тело его загноилось от ран, а в ранах этих кишело множество червей. Братия стали жаловаться игумену:
— Откуда ты привёл к нам человека сего? Невозможно его терпеть: смрад от него исходит. Никто не может стоять рядом с ним. Когда он ходит, черви падают с него; постель его тоже полна червями.
Удивился игумен, услыхав об этом; но, убедившись, что всё сказанное справедливо, спросил Симеона:
-Скажи мне, чадо, почему от тебя исходит такой смрад?
Но Симеон, потупив свои взоры, стоял перед игуменом молча . Игумен разгневался и повелел силой стащить с Симеона одежду. Тогда увидели, что бывшая на нём власяница вся в крови, а в тело врезалась глубоко до самых корней верёвка. И игумен, и все с ним бывшие пришли в ужас. С великим трудом едва могли они снять с Симеона эту верёвку, так как вместе с нею отрывалось и изгнившее тело. Симеон же, терпеливо перенося эти страдания, говорил:
— Отпустите меня, как пса смердящего: я заслужил эти страдания за грехи мои.
— Тебе только ещё 18 лет, — сказал ему игумен, — какие же твои грехи?
— Отче! – отвечал Симеон, — пророком сказано: «Вот, я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя» (Пс. 50:7).
Услышав такой ответ, игумен изумился рассудительности Симеона и удивлялся, как такой простой юноша мог так глубоко проникнуться страхом Божиим. Он стал, однако, убеждать его, чтобы он не делал себе таких мучений.
Много времени прошло, пока зажили раны Симеона. Но, когда Симеон выздоровел, игумен и братия снова заметили, что он, подобно прежнему, изнуряет тело своё. Тогда, боясь, как бы другие, более немощные, не стали подражать ему и не сделались сами виновниками своей смерти, игумен велел Симеону уйти из монастыря. Оставив монастырь, Симеон долго странствовал по пустыне и по горам, пока наконец не обрёл безводный колодец, в котором обитали гады. Спустившись в тот колодец, Симеон стал там молиться Богу.
Спустя некоторое время после сего игумен увидел ночью видение, будто множество народа с оружием и свечами в руках окружили монастырь и восклицали:
— Где Симеон, раб Божий? Покажите нам того, кто так благоприятен Богу и ангелам. Если же не покажете нам его, то сожжём вас и ваш монастырь. Симеон выше вас всех и много чудес через него Бог сотворит на земле.
Воспрянув от сна, игумен возвестил о своём страшном видении братии и поведал им, какой ужас претерпел он из-за Симеона. Взяв с собою некоторых из братии, игумен ходил по пустыне и по пещерам, разыскивая подвижника. Вскоре он встретил пастухов, пасущих стада овец, и, спросив их, узнал, что Симеон находится в пустом колодце. Поспешив к сему колодцу, игумен стал звать Симеона:
— Здесь ли ты, раб Божий?
— Оставьте меня, святые отцы, — отвечал Симеон, — только на малое время, пока не предам я дух свой: изнемогла душа моя, ибо прогневал я Господа.
Но иноки насильно извлекли его из колодца и привели в монастырь. Прожив здесь немного времени, блаженный Симеон тайно ушёл из монастыря и стал опять скитаться в горах и пустыне. Во всех религиях одиночество есть важнейшее условие постижения Бога. В йоге, например, считается за аксиому, что без уединения невозможно никакое духовное развитие. Пустыня всегда являлась тем местом, где человек встречает Бога. В полном одиночестве пас Моисей стада тестя своего далеко в пустыне близ горы Хорив.
Водимый Духом Божиим, Симеон пришёл на гору, находившуюся близ селения селения Таланиссы, и, найдя здесь высеченную в скале небольшую келию, затворился в ней. В этой келии пробыл он три года. Здесь он привёл себе на память, что Моисей и Илия постились сорок дней (см. Исх. 24:18; 3 Цар. 18:8), и пожелал испытать и себя таким же постом.
В это время пришёл в Таланиссу епископ той страны, по имени Васс, обходивший церкви по городам и селениям. Услыхав о блаженном Симеоне, епископ пришёл и к нему. Симеон же стал умолять его, чтобы тот запер дверь его келии на сорок дней, не давая ему никакой пищи. Но епископ не соглашался.
— Не подобает, — говорил он, — человеку убивать себя безмерным постом: ибо сие скорее грех, чем добродетель.
— Тогда поставь мне, отче, — ответил ему преподобный, — только хлеб и воду, чтобы, если окажется необходимым, я мог немного подкрепить своё тело пищею.
Васс так и поступил: поставив в келии хлеб и воду, он завалил дверь камнями и отправился в путь свой. Как только прошло сорок дней, он пришёл опять к преподобному и, раскидав камни, отворил дверь и вошёл в келию. Здесь он увидел, что преподобный как мёртвый лежит на земле, а хлеб и вода нетронутыми стоят там же, где были поставлены: великий постник даже и не прикоснулся к ним. Взяв губку, Васс омыл и прохладил уста преподобного и, как только тот немного пришёл в себя, причастил его Божественных Тайн. После сего Симеон подкрепил себя, приняв лёгкую пищу. О таком великом воздержании Симеона епископ поведал на пользу многим братиям. Преподобный же с этого времени стал поститься каждый год, ничего не пил и не вкушал весь великий пост и проводил время в неустанной молитве, двадцать дней стоя на ногах, а двадцать сидя от великого утомления.
Пробыв три года в своей тесной каменной келии, Симеон взошёл на самую вершину горы. И чтобы не сходить оттуда, он взял железную цепь длиной в двадцать локтей: одним концом он сковал себе ногу, а другой конец приковал к скале. В таком положении преподобный всё время обращал свои взоры на небо, умом своим возносясь к Тому, Кто превыше небес.
Услышал о подвижнике и сам архипастырь Антиохийской церкви блаженный Мелетий и пришёл посетить его. Увидев же, что Симеон прикован к скале, сказал:
— Человек может и без оков владеть собою; можно и не железом, а только разумом и волею привязать себя к одному месту.
Преподобный, услыхав сие, поспешил воспользоваться преподанным наставлением и, желая быть добровольным узником Хритовым, снял с себя оковы и одною волею связал себя, «ниспровергая замыслы и всякое превозношение, восстающее против познания Божия, и пленяя всякое помышление и послушание Христу» (2 Кор. 10:5).
Слава о святом подвижнике распространилась повсюду. И стали приходить к нему все – не только жившие окрест, но и из дальних стран. Одни из них приводили к нему своих больных, другие просили исцеления больным, лежащим дома; иные сами были одержимы бедами и скорбями, без утешения, но каждый получал просимое: кто – исцеление, кто – утешение, иной – полезное наставление, другой – иную какую-либо помощь. Все возвращались в дома свои с радостью, славя Бога. Преподобный же, если кто получал по его милости исцеление, всегда говорил:
— Прославляй Господа, даровавшего тебе исцеление, и отнюдь не дерзай говорить, что тебя исцелил Симеон, чтобы не случилось с тобой большее бедствие.
Как реки стекались к Симеону различные племена и народы: приходили к нему из Аравии и Персии, из Армении и Иверии (нынешняя Грузия), из Италии и Испании, и даже из Британии. Стоя на одном месте, подвижник привёл к вере столь многих, как если бы исходил весь греко-римский мир, уча и проповедуя. Ибо как солнце испускал он лучи добродетельного жития своего и просвещал окрестные страны. При его столпе можно было видеть персов и армян, принимавших святое крещение; измаильтяне же приходили толпами – по двести, по триста, а иногда и по тысяче человек.
Когда же собралось к Симеону такое множество народа и все старались прикоснуться к нему, принимая от него благословение, блаженный стал тяготиться таким почитанием и беспокойством. И нашёл он способ избавиться от суеты людской: для того, чтобы приходящие не могли касаться его, умыслил он построить столп и стоять на нём. Поставив такой столп, он устроил на нём тесное жильё и стал здесь проводить жизнь свою в посте и молитвах.
Столп, который построил себе преп. Симеон, есть, собственно, олицетворение Омфалоса, то есть символ «Центра Мира». Этот каменный столп, несомненно, может быть отнесён к разряду бетилей, то есть камней, рассматриваемых как «божественные жилища» или, иными словами, как носители некоторых «духовных влияний». Бетили могли иметь различные формы, в частности, форму столба; так, Иаков говорит: «Этот камень, который я воздвиг подобно столпу, будет домом Бога». У кельтских народов некоторые, если не все менгиры имели то же значение. Во всех случаях бетиль был «пророческим камнем», «камнем, который говорит», то есть камнем, который вдохновлял оракулов или возле которого вдохновлялись оракулы, благодаря «духовным влияниям», носителем которых он являлся; и пример Омфалоса в Дельфах очень показателен в этом отношении.
На Ближем Востоке «пророческие камни» часто имели форму фаллоса. Люсьен де Самосат так рассказывает о назначении подобных камней в Сирии: «Дважды в год на вершину одного из них забирается мужчина, чтобы оставаться там в течение недели. Делает он это с помощью верёвки, обвязанной вокруг туловища и камня-фаллоса, и куска дерева, который служит опорой. Оказавшись наверху, он бросает вниз конец другой, длинной верёвки, взятой с собой. По ней ему передают всё необходимое, и он устраивает на вершине нечто вроде гнезда». Этот человек проводит всё время в молитвах и иногда бьёт в гонг, который издаёт весьма впечатляющие звуки.
Симеон наследовал эту древнюю языческую традицию, переосмыслив её на христианский лад. Вместо языческого недельного столпничества он решил жить на вершине столпа постоянно. Его столп имел в высоту шесть локтей, и св. Симеон простоял на нём несколько лет. После высота столпа была доведена до двадцати локтей, а затем – и до тридцати шести. Так преподобный столпами различной высоты, как по ступенькам лестницы, восходил к небесной стране, претерпевая страдания, летом мочимый дождём и палимый зноем, а зимою терпя стужу; пищею его были размоченные в воде сухари, овёс, пшеница, горох и сухие плоды, а питьём – вода. Вокруг его столпа вскоре были устроены две концентрические каменные ограды. Ограды эти были сооружены приходившим народом из сухих камней. Такие ограждённые места назывались мандрами, и так как внутри этой ограждённой территории селились желающие подвизаться под руководством преп. Симеона, то он стал называться архимандритом.
Это разделение учеников преп. Симеона на внутренний и внешний круги напоминает аналогичное разделение учеников Иисуса Христа на 12 ближних апостолов и 72 других учеников, с которыми Он не находился в близких отношениях. По всей видимости, речь здесь должна идти о трёх ступенях посвящения. Столп Симеона символизирует Священную Гору или «Ось Мира». Истина Божественного откровения распространяется сверху вниз, начиная от высшей ступени, которая является её вместилищем, и иерархически распространяясь на другие ступени.
Пришёл однажды к Симеону и Домн, патриарх Антиохийский (441 – 448 гг.), преемник бл. Мелетия, и, увидев его житие, дивился и долго беседовал с ним о том, что полезно для души. Затем патриарх совершил богослужение, и оба они причастились Божественных Тайн. После сего патриарх возвратился в Антиохию; преподобный же предался ещё большим подвигам.
Тогда диавол, главная задача которого – не допускать подвижников к Небу, принял вид светлого ангела и показался святому вблизи столпа на огненной колеснице с огненными конями, и говорил:
— Слушай, Симеон! Бог неба и земли послал меня, ангела Своего, на коне огненном с колесницею, дабы вознёс я тебя на Небо, как вознёс Илию, ибо ты достоин такой чести за святость жития твоего, и пришёл уже тебе час вкусить плоды трудов твоих и принять венец похвалы от руки Господней.
Святой не распознал вражеского прельщения и сказал:
— Господи! Меня ли, грешника, хочешь взять на Небо?
И поднял Симеон правую ногу, чтобы ступить на огненную колесницу, но вместе с тем осенил себя крестным знамением. Тогда диавол с колесницей исчез как пыль, сметённая ветром . А Симеон, познав бесовское прельщение, раскаялся и ногу свою, коей хотел ступить на колесницу, казнил тем, что стоял на одной той ноге целый год. Диавол, не терпя такого подвига, поразил ногу преподобного лютой язвою, и загнило на ноге тело, появилось множество червей, и по столпу на землю сочился из раны гной с червями. Один юноша по имени Антоний собирал червей, падающих на землю, и по повелению святого страдальца, поднимал их к нему на столп. Святой же, перенося болезнь с великим терпением, как второй Иов, прикладывал червей к ране, говоря: «Ешьте, что вам Бог послал».
Прошло много лет… Мать преподобного Марфа, узнав о сыне, пришла повидаться с ним и, остановившись у входа в ограду, сильно заплакала. Но Симеон не пожелал видеться с нею и послал к ней сказать: «Не тревожь теперь меня, мать, — если заслужим, на том свете увидимся». Она же ещё сильнее возжелала видеть его; и снова послал к ней блаженный, умоляя её немного подождать в молчании. Она легла перед дверью ограды и здесь предала дух свой Господу. Святой Симеон узнал тотчас же о её кончине и велел принести тело её к столпу. Увидев мать, он со слезами стал молиться о ней. Во время его молитвы в теле святой Марфы заметны были движения, а на лице появилась улыбка. Все видевшие сие удивлялись, славя Бога. Её похоронили у столпа, и святой поминал свою мать на молитве всякий день дважды. Вскоре затем опять переменили святому столп и устроили ему новый в сорок локтей. На сём столпе преподобный стоял до самой своей блаженной кончины.
«Я, — говорит блаженный Феодорит, — прежде всего удивляюсь его терпению: ночью и днём стоит он так, что всем его видно. Случилось раз, что дверцы и немалая часть верхней стены развалились от ветхости, и доколе стена и дверцы не были сделаны вновь, святой был зрим всеми немалое время. Тогда увидели удивительное зрелище: иногда он стоял подолгу неподвижный, иногда же произносил молитвы Богу, творя частые поклоны. Некто из стоявших при столпе рассказывал, что он хотел сосчитать поклоны, которые полагал подвижник не переставая, и, насчитав тысячу двести сорок четыре, выбился из сил и, будучи не в состоянии смотреть на высоту столпную, перестал считать. Святой, однако, не изнемог от поклонов, но, принимая однажды в неделю пищу, сделался лёгким и способным к частым поклонам. От долгого же стояния открылась у него и на другой ноге язва незаживающая, и много крови истекало из неё. Но и сие страдание не могло отвлечь его от богомыслия».
Повседневный устав жития преподобного был таков. Всю ночь и день до девятого часа стоял он на молитве, после же девятого часа говорил поучение собравшимся у столпа; затем выслушивал нужды и прошения всякого пришедшего к нему, и исцелял болящих. Потом укрощал свары и споры людские и восстанавливал мир; наконец, с заходом солнца, снова обращался к молитве. Так проводя дивное житие, которое казалось невыносимым для естества человеческого, приблизился он к кончине своей, имея от роду более ста лет. На столпе стоял он, как пишут люди вполне достойные веры, восемьдесят лет. Преставился преподобный в царствование Льва Великого, в 460 году. Все, видевшие его при жизни, единогласно утверждают, что это был земной ангел и небесный человек.
Примечания:
Древние христиане во время молитвы падали лицом на землю, изображая собой крест, то есть простирая руки в стороны; через это выражалось сознание человеческой греховности и готовность сораспяться Иисусу Христу, т. е. распять в себе «ветхого Адама».
«Всякого рода подвиги надо так нести, чтоб про них в монастыре никто не знал. Коль скоро узнают о чём, уж это дурно. Не подумайте, что спрятанность, — чтоб не видали и не знали, — не строго необходима. Нет: строго-настрого. Подвиг, о коем звонят, есть пустой, — гроша не стоит» (св. Амвросий Оптинский).
Измаильтяне – потомки Измаила, сына патриарха Авраама от Агари. См. кн. Бытия 25:12 и сл. В настоящее время потомками Измаила считаются арабы.
Преп. Симеон защитился от козней диавольских крестным знамением, а другой брат – смирением. Диавол, приняв образ ангела света, явился одному из братьев и сказал ему: «Я – Гавриил, я послан к тебе». Сказал он ему: «Очевидно, ты послан к другому из братьев, ибо я недостоин». И диавол тотчас сделался невидимым.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *