Серафим саровский чудеса

Краткое житие преподобного Серафима Саровского

Историческая справка

Серафим Саровский (в миру Прохор Сидорович Мошнин), преподобный, старец-пустынножитель и затворник. Один из самых почитаемых святых в Русской православной церкви.

Родился в городе Курске в 1759 году. В 1778 году поступил в число послушников Саровской пустыни. Пройдя за 8 лет все степени монастырского искуса, был пострижен в монашество и назван Серафимом; в 1793 рукоположен в иеромонаха. Добровольно удаляясь в пустыню, проводит все время в строгом посте, в трудах и в молитве. Затем наложил на себя трехлетнее молчальничество, позже затворничество. По выходе из затвора начал принимать страждущих, утешать и исцелять их. В некоторые праздники к нему приходило по несколько тысяч человек. Серафим Саровский приложил особые усилия к устроению и расширению Дивеевской женской общины, образовав особую Серафимо-Девеевскую общину. Труды его простирались и на устройство Ардатовской женской обители и зеленогорской общины.

Скончался 2 января 1833 года.

19 июля 1903 года последовало открытие его мощей. Он был причислен к лику святых через 70 лет после кончины. Чин канонизации совершен был в Сарове при большом стечении народа и в присутствии царя Николая II. Мощи его были открыты для поклонения в Саровской пустыни.

В 20-х годах обитель закрыли, а мощи были вывезены в Ардатов, где и исчезли. Только в 1991 году они были обнаружены в фондах Государственного музея истории религии, расположенного в Казанском соборе Санкт-Петербурга. Летом того же года они были доставлены крестным ходом на Нижегородскую землю в Серафимо-Дивеевский монастырь.

Житие

Преподобныи Серафим Саровский, великий подвижник Русской Церкви, родился 19 июля 1759 года. Родители преподобного, Исидор и Агафия Мошнины, были жителями Курска. Исидор был купцом и брал подряды на строительство зданий, а в конце жизни начал постройку собора в Курске, но скончался до завершения работ. Младший сын Прохор остался на попечении матери, воспитавшей в сыне глубокую веру. После смерти мужа Агафия Мошнина, продолжавшая постройку собора, взяла однажды туда с собой Прохора, который, оступившись, упал с колокольни вниз. Господь сохранил жизнь будущего светильника Церкви: испуганная мать, спустившись вниз, нашла сына невредимым. Юный Прохор, обладая прекрасной памятью, вскоре выучился грамоте. Он с детства любил посещать церковные службы и читать своим сверстникам Священное Писание и Жития святых, но больше всего любил молиться или читать Святое Евангелие в уединении. Как-то Прохор тяжело заболел, жизнь его была в опасности. Во сне мальчик увидел Божию Матерь, обещавшую посетить и исцелить его. Вскоре через двор усадьбы Мошниных прошел крестный ход с иконой Знамения Пресвятой Богородицы; мать вынесла Прохора на руках, и он приложился к святой иконе, после чего стал быстро поправляться. Слева, на фотографии, место падения Прохора с колокольни.

Еще в юности у Прохора созрело решение всецело посвятить жизнь Богу и уйти в монастырь. Благочестивая мать не препятствовала этому и благословила его на иноческий путь распятием, которое преподобный всю жизнь носил на груди. Прохор с паломниками отправился пешком из Курска в Киев на поклонение Печерским угодникам. Схимонах старец Досифей, которого посетил Прохор, благословил его идти в Саровскую пустынь и спасаться там. Вернувшись ненадолго в родительский дом, Прохор навсегда простился с матерью и родными. 20 ноября 1778 года он пришел в Саров, где настоятелем тогда был мудрый старец, отец Пахомий. Он ласково принял юношу и назначил ему в духовники старца Иосифа. Под его руководством Прохор проходил многие послушания в монастыре: был келейником старца, трудился в хлебни, просфорне и столярне, нес обязанности пономаря, и все исполнял с ревностью и усердием, служа как бы Самому Господу. Постоянной работой он ограждал себя от скуки — этого, как позже он говорил, «опаснейшего искушения для новоначальных иноков, которое врачуется молитвой, воздержанием от празднословия, посильным рукоделием, чтением Слова Божия и терпением, потому что рождается оно от малодушия, беспечности и празднословия».

Уже в эти годы Прохор, по примеру других монахов, удалявшихся в лес для молитвы, испросил благословение старца в свободное время тоже уходить в лес, где в полном одиночестве творил Иисусову молитву. Через два года послушник Прохор заболел водянкой, тело его распухло, он испытывал тяжкие страдания. Наставник, отец Иосиф, и другие старцы, любившие Прохора, ухаживали за ним. Болезнь длилась около трех лет, и ни разу никто не услышал от него слова ропота. Старцы, опасаясь за жизнь больного, хотели вызвать к нему врача, однако Прохор просил этого не делать, сказав отцу Пахомию: «Я предал себя, отче святый, Истинному Врачу душ и телес — Господу нашему Иисусу Христу и Пречистой Его Матери…», и желал, чтобы его причастили Святых Таин. Тогда же Прохору было видение: в несказанном свете явилась Матерь Божия в сопровождении святых апостолов Петра и Иоанна Богослова. Указав рукой на больного, Пресвятая Дева сказала Иоанну: «Сей — от рода нашего». Затем она коснулась жезлом бока больного, и тотчас жидкость, наполнявшая тело, стала вытекать через образовавшееся отверстие, и он быстро поправился. Вскоре на месте явления Божией Матери была построена больничная церковь, один из приделов которой был освящен во имя преподобных Зосимы и Савватия Соловецких. Престол для придела преподобный Серафим соорудил своими руками из кипарисового дерева и всегда приобщался Святых Таин в этой церкви.

Пробыв восемь лет послушником в Саровской обители, Прохор принял иноческий постриг с именем Серафим, столь хорошо выражавшим его пламенную любовь ко Господу и стремление ревностно Ему служить. Через год Серафим был посвящен в сан иеродиакона. Горя духом, он ежедневно служил в храме, непрестанно совершая молитвы и после службы. Господь сподобил преподобного благодатных видений во время церковных служб: неоднократно он видел святых Ангелов, сослужащих братии. Особенного благодатного видения преподобный сподобился во время Божественной литургии в Великий Четверг, которую совершали настоятель отец Пахомий и старец Иосиф. Когда после тропарей преподобный произнес «Господи, спаси благочестивыя» и, стоя в царских вратах, навел орарь на молящихся с возгласом «и во веки веков», внезапно его осенил светлый луч. Подняв глаза, преподобный Серафим увидел Господа Иисуса Христа, идущего по воздуху от западных дверей храма, в окружении Небесных Бесплотных Сил. Дойдя до амвона, Господь благословил всех молящихся и вступил в местный образ справа от царских врат. Преподобный Серафим, в духовном восторге взирая на дивное явление, не мог ни слова проговорить, ни сойти с места. Его увели под руки в алтарь, где он простоял еще три часа, меняясь в лице от озарившей его великой благодати. После видения преподобный усилил подвиги: днем он трудился в обители, а ночи проводил в молитве в лесной пустынной келии.

В 1793 году, в возрасте 39 лет, преподобный Серафим был рукоположен в сан иеромонаха и продолжал служение в храме. После смерти настоятеля, отца Пахомия, преподобный Серафим, имея его предсмертное благословение на новый подвиг пустынножительство, взял также благословение у нового настоятеля — отца Исаии — и ушел в пустынную келию в нескольких километрах от монастыря, в глухом лесу. Здесь стал он предаваться уединенным молитвам, приходя в обитель лишь в субботу, перед всенощной и, возвращаясь к себе в келию после литургии, за которой причащался Святых Таин.

Преподобный проводил жизнь в суровых подвигах. Свое келейное молитвенное правило он совершал по уставу древних пустынных обителей; со Святым Евангелием никогда не расставался, прочитывая в течение недели весь Новый Завет, читал также святоотеческие и Богослужебные книги. Преподобный выучил наизусть много церковных песнопений и воспевал их в часы работы в лесу. Около келии он развел огород и устроил пчельник. Сам себе добывая пропитание, преподобный держал очень строгий пост, ел один раз в сутки, а в среду и пятницу совершенно воздерживался от пищи. В первую неделю Святой Четыредесятницы он не принимал пищи до субботы, когда причащался Святых Таин. Святой старец в уединении настолько иногда погружался во внутреннюю сердечную молитву, что подолгу оставался неподвижным, ничего не слыша и не видя вокруг. Навещавшие его изредка пустынники — схимонах Марк Молчальник и иеродиакон Александр, застав святого в такой молитве, с благоговением тихо удалялись, чтобы не нарушать его созерцания.

В летнюю жару преподобный собирал на болоте мох для удобрения огорода; комары нещадно жалили его, но он благодушно терпел это страдание, говоря: «Страсти истребляются страданием и скорбью, или произвольными, или посылаемыми Промыслом». Около трех лет преподобный питался только одной травой снитью, которая росла вокруг его келии. К нему все чаще стали приходить, кроме братии, миряне — за советом и благословением. Это нарушало его уединение. Испросив благословение настоятеля, преподобный преградил к себе доступ женщинам, а затем и всем остальным, получив знамение, что Господь одобряет его мысль о полном безмолвии. По молитве преподобного, дорогу в его пустынную келию преградили огромные сучья вековых сосен. Теперь только птицы, слетавшиеся во множестве к преподобному, и дикие звери посещали его. Преподобный из рук кормил медведя хлебом, когда из монастыря приносили ему хлеб.

Видя подвиги преподобного Серафима, враг рода человеческого вооружился против него и, желая принудить святого оставить безмолвие, решил устрашать его, но преподобный ограждал себя молитвой и силой Животворящего Креста. Диавол навел на святого «мысленную брань» — упорное продолжительное искушение. Для отражения натиска врага преподобный Серафим усугубил труды, взяв на себя подвиг столпничества. Каждую ночь он поднимался на огромный камень в лесу и молился с воздетыми руками, взывая: «Боже, милостив буди мне грешному». Днем же он молился в келлии, также на камне, который принес из леса, сходя с него только для краткого отдыха и подкрепления тела скудной пищей. Так молился преподобный 1000 дней и ночей.

Диавол, посрамленный преподобным, задумал умертвить его и наслал грабителей. Подойдя к святому, работавшему на огороде, разбойники стали требовать от него деньги. У преподобного в это время был в руках топор, он был физически силен и мог бы обороняться, но не захотел этого делать, вспомнив слова Господа: «Взявшие меч мечом погибнут» (Мф. 26, 52). Святой, опустив топор на землю, сказал: «Делайте, что вам надобно». Разбойники стали бить преподобного, обухом проломили голову, сломали несколько ребер, потом, связав его, хотели бросить в реку, но сначала обыскали келию в поисках денег. Все сокрушив в келии и ничего не найдя в ней, кроме иконы и нескольких картофелин, они устыдились своего злодеяния и ушли. Преподобный, придя в сознание, дополз до келии и, жестоко страдая, пролежал всю ночь.

Наутро с великим трудом он добрел до обители. Братия ужаснулись, увидев израненного подвижника. Восемь суток пролежал преподобный, страдая от ран; к нему были вызваны врачи, удивившиеся тому, что Серафим после таких побоев остался жив. Но преподобный не от врачей получил исцеление: Царица Небесная явилась ему в тонком сне с апостолами Петром и Иоанном. Коснувшись головы преподобного, Пресвятая Дева даровала ему исцеление.

После этого случая преподобному Серафиму пришлось провести около пяти месяцев в обители, а затем он опять ушел в пустынную келлию. Оставшись навсегда согбенным, преподобный ходил, опираясь на посох или топорик, однако своих обидчиков простил и просил не наказывать. После смерти настоятеля отца Исаии, бывшего с юности преподобного его другом, он взял на себя подвиг молчальничества, совершенно отрекаясь от всех житейских помыслов для чистейшего предстояния Богу в непрестанной молитве. Если святому в лесу встречался человек, он падал ниц и не вставал, пока прохожий не удалялся. В таком безмолвии старец провел около трех лет, перестав даже посещать обитель в воскресные дни.

Плодом молчания явилось для преподобного Серафима стяжание мира души и радости о Святом Духе. Великий подвижник так впоследствии говорил одному из монахов монастыря: «…радость моя, молю тебя, стяги дух мирен, и тогда тысячи душ спасутся около тебя».

Новый настоятель, отец Нифонт, и старшая братия обители предложили отцу Серафиму или по-прежнему приходить в монастырь по воскресеньям для участия в богослужении и причащения в обители Святых Таин, или вернуться в обитель. Преподобный избрал последнее, так как ему стало трудно ходить из пустыни в монастырь. Весной 1810 года он возвратился в обитель после 15 лет пребывания в пустыни. Не прерывая молчания, он к этому подвигу прибавил еще и затвор и, никуда не выходя и никого у себя не принимая, непрестанно находился в молитве и Богомыслии. В затворе преподобный Серафим приобрел высокую душевную чистоту и сподобился от Бога особых благодатных даров прозорливости и чудотворения. Тогда Господь поставил Своего избранника на служение людям в самом высшем монашеском подвиге старчестве.

25 ноября 1825 года Матерь Божия вместе с празднуемыми в этот день двумя святителями явилась в сонном видении старцу и повелела ему выйти из затвора и принимать у себя немощные души человеческие, требующие наставления, утешения, руководства и исцеления. Благословившись у настоятеля на изменение образа жизни, преподобный открыл двери своей келии для всех.

Старец видел сердца людей, и он, как духовный врач, исцелял душевные и телесные болезни молитвой к Богу и благодатным словом. Приходившие к преподобному Серафиму чувствовали его великую любовь и с умилением слушали ласковые слова, с которыми он обращался к людям: «радость моя, сокровище мое». Старец стал посещать свою пустынную келию и родник, называемый Богословским, около которого ему выстроили маленькую келейку. Выходя из келии, старец всегда нес за плечами котомку с камнями. На вопрос, зачем он это делает, святой смиренно отвечал: «Томлю томящего меня».

В последний период земной жизни преподобный Серафим особенно заботился о своем любимом детище — Дивеевской женской обители. Еще в сане иеродиакона он сопровождал покойного настоятеля отца Пахомия в Дивеевскую общину к настоятельнице монахине Александре, великой подвижнице, и тогда отец Пахомий благословил преподобного всегда заботиться о «Дивеевских сиротах». Он был подлинным отцом для сестер, обращавшихся к нему во всех своих духовных и житейских затруднениях. Ученики и духовные друзья помогали святому окормлять Дивеевскую общину — Михаил Васильевич Мантуров, исцеленный преподобным от тяжкой болезни и по совету старца принявший на себя подвиг добровольной нищеты.

Елена Васильевна Мантурова, одна из сестер Дивеевских, добровольно согласившаяся умереть из послушания старцу за своего брата, который был еще нужен в этой жизни; Николай Александрович Мотовилов, также исцеленный преподобным. Н. А. Мотовилов записал замечательное поучение преподобного Серафима о цели христианской жизни. В последние годы жизни преподобного Серафима один исцеленный им видел его стоявшим на воздухе во время молитвы. Святой строго запретил рассказывать об этом ранее его смерти. Все знали и чтили преподобного Серафима как великого подвижника и чудотворца.

За год и десять месяцев до своей кончины, в праздник Благовещения, преподобный Серафим еще раз сподобился явления Царицы Небесной в сопровождении Крестителя Господня Иоанна, апостола Иоанна Богослова и двенадцати дев, святых мучениц и преподобных. Пресвятая Дева долго беседовала с преподобным, поручая ему Дивеевских сестер. Закончив беседу, Она сказала ему: «Скоро, любимиче Мой, будешь с нами». При этом явлении, при дивном посещении Богоматери, присутствовала одна Дивеевская старица, по молитве за нее преподобного.

В последний год жизни преподобный Серафим стал заметно слабеть и говорил многим о близкой кончине. В это время его часто видели у гроба, стоявшего в сенях его келии и приготовленного им для себя. Преподобный сам указал место, где следовало похоронить его, — близ алтаря Успенского собора. 1 января 1833 года преподобный Серафим в последний раз пришел в больничную Зосимо-Савватиевскую церковь к литургии и причастился Святых Таин, после чего благословил братию и простился, сказав: «Спасайтесь, не унывайте, бодрствуйте, днесь нам венцы готовятся».

Второго января келейник преподобного, отец Павел, в шестом часу утра вышел из своей келии, направляясь в церковь, и почувствовал запах гари, исходивший из келлии преподобного; в келии святого всегда горели свечи, и он говорил: «Пока я жив, пожара не будет, а когда я умру, кончина моя откроется пожаром». Когда двери открыли, оказалось, что книги и другие вещи тлели, а сам преподобный стоял на коленях перед иконой Божией Матери в молитвенном положении, но уже бездыханный. Его чистая душа во время молитвы была взята Ангелами и взлетела к Престолу Бога Вседержителя, верным рабом и служителем Которого преподобный Серафим был всю жизнь.

(Краткое житие с сайта: www.kamgor.ierei.ru)

Пять чудес Серафима Саровского. Зачем люди шли к святому старцу?

1 августа в Дивееве состоятся торжества в честь Серафима Саровского. Тысячи паломников со всего мира приедут почтить память преподобного старца. «АиФ-НН» вспоминает пять чудес одного из самых чтимых святых России.

Чудо спасения

О том, что преподобный Серафим Саровский избранник божий стало ясно, когда он был ещё с виду простым курским мальчиком Прохором Мошниным.

В 7 лет Прохор вместе с матерью Агафьей Мошниной пришёл на стройку храма Сергиево-Казанского собора. Возведение церкви начинал отец мальчика, известный в Курске купец Исидор. Перед смертью он поручил закончить дело своей жене. Агафия Мошнина незаметно дошла с Прохором до самого верха строившейся колокольни храма. Мать не уследила, и быстрый мальчик перевесился через перила многоэтажного строения и упал на землю. Агафья в ужасе сбежала с колокольни и вдруг увидела, что ребёнок стоит целый и невредимый на своих ногах.

Чудо исцеления

Преподобный Серафим Саровский был известен тем, что исцелял людей от болезней, а некоторых, буквально, поднимал со смертного одра.

Однажды преподобный старец спас своего будущего ученика, распорядителя Серафимо-Дивеевской обители Михаила Мантурова. Дворянин-помещик Манутров служил в Эстонии, но сильно заболел, оставил службу и вернулся в родовое имение в селе Нуча Ардатовского уезда Нижегородской губернии. Доктора Михаилу Васильевичу помочь были бессильны. Слава о батюшке Серафиме уже шла по России. Мантуров решился ехать в Саров. До келии старца его под руки вели крепостные — так далеко зашла болезнь. Обратно Мантуров вышел не только на своих ногах, но ещё держа довольно тяжёлую груду сухарей, которые выдал старец.

Чудо прозорливости

По свидетельствам современников, кроме дара исцеления, преподобный Серафим Саровский был прозорлив. Как-то из любопытства приехал в Саров заслуженный генерал-лейтенант. Из кельи старца он вышел в рыданиях без орденов. Предание гласит, что они упали с кителя сами во время беседы с батюшкой Серафимом. Генерал рассказал, что старец знал все мельчайшие подробности его жизни. Когда награды упали на пол, сказал: «Это потому, что ты получил их незаслуженно».

Своему ученику Алексею Гурьевичу Воротилову отец Серафим не раз говорил, что некогда на Россию восстанут три державы и много изнурят ее. Но за православие Господь помилует и сохранит нашу страну. Дальнейшие события объяснили, что старец говорил так о Крымской кампании.

Чудо утешения

С 1815 года преподобный Серафим Саровский стал принимать всех без исключения в своей келье в Саровской обители. По свидетельствам очевидцев, за день старец принимал сотни людей. Чудотворец Серафим всех встречал возгласом: «Радость моя! Христос воскресе!». Кому-то кланялся в ноги, кому-то целовал руки. Люди сперва смущались, но после чувствовали такую любовь и смирение, исходящие от отца Серафима, что тут же открывали ему душу. В беседах своих он любил повторять: «Радость моя, молю тебя, стяжи дух мирен, и тогда тысяча душ спасется около тебя».

Чудо созидания

Преподобный Серафим Саровский не был в буквальном смысле слова основателем Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского женского монастыря. Он духовный покровитель женской обители, что намного важнее.

Основательницей монастыря была рязанская помещица Агафья Мельгунова (в монашестве —Александра), которая перед смертью просила тогда ещё относительно молодого отца Серафима позаботиться о дивеевских сёстрах.

Отец Серафим сразу после похорон матушки Александры ушел пешком в Саров. С тех пор он никогда в Дивеево не бывал, но всегда был главным духовным наставником дивеевских сестёр.

С чем сегодня связывают чудеса Серафима Саровского?

— Святые мощи преподобного Серафима Саровского (Дивеево)

— Вещи преподобного Серафима Саровского (Дивеево)

— Камень, на котором тысячу дней и ночей молился преподобный Серафим (Саров)

— Святая Канавка Царицы Небесной (Дивеево)

— Источник преподобного Серафима в посёлке Цыгановка (Дивеевский район)

Серафим Саровский — разные пути «превращения» портрета в икону.

Иконописцы любят изображать преподобного Серафима кормящим медведя, но этот сюжет типичен в ряду других святых. Гораздо показательней следующая сцена: однажды в поисках Преподобного сестра Ксения Кузминишна наткнулась на него, сидящего на сваленном древе….

Ранние и неизвестные иконы Серафима Саровского

Перед началом работы над иконой современный иконописец… нет, не постится 40 дней, а просматривает доступные ему изображения того святого, чей лик должен быть изображен на доске….
При современном развитии информационных технологий не проблема забить в строке «яндекса» СЕРАФИМ САРОВСКИЙ и получить сотни разных изображений. Проблемой является, извините за тавтологию, проблема выбора. В этом море изображений и СПАМа отличным навигационным подспорьем является наука Иконография, которая группирует изображения по различным иконографическим типам. Дело это нужное, но достаточно скучноватое (к тому же, нормальные иконописцы никогда не работают только по репродукциям, а стараются «вживую» соприкоснуться с творениями предшественников), поэтому мы попробуем на примере ранних и малоизвестных икон св. Серафима ответить на другой вопрос: какая из них является наиболее адекватным слепком с личности старца?

Для начала составим Сurriculum vitae, сокращенно CV (в переводе с лат. — «ход жизни») — краткое описание жизни и профессиональных навыков саровского старца. В этом нам поможет ресурс deisis.ru

СЕРАФИМ
curriculum vitae
(19 июля 1758 г. — 1 января 1833 г.)

Серафим, имя принятое при монашеском постриге, от евр. seraphim, «огненный ангел». В миру Прохор Исидорович Машнин. Наиболее почитаемый подвижник Нового времени в Русской Православной церкви. Сформулировал цель христианской жизни; приложил много усилий для распространения в России женского монашества. Русский. Родился в Ильинском приходе города Курска (ныне двор д. 13 по ул. Мажаевской), Россия. Мать, Агафья Фатеевна Завозгряева, происходила из потомственных посадских города Курска. Отец, Исидор Иванович Машнин, курский купец. Имел старшего брата Алексея и сестру Параскеву. Обладал высоким ростом, был строен, физически развит, однако после тяжёлых увечий, нанесённых ему в зрелом возрасте, сгорбился (см. ниже). Волосы светло-каштановые, густые; носил бороду. Имеются прижизненные изображения, в том числе на холсте маслом в Сергиево-Казанском кафедральном соборе города Курска. Два раза волосяной покров полностью сходил (после болезни в период послушничества и после нападения разбойников). Из особых примет на теле известны: шрам между лопатками (по словам о.Серафима, «за избавление души человеческой»); 12.09.1804 г. грабители из с. Кременки нанесли ему тяжкие увечья (проломлен череп, перебиты рёбра, разбита грудная клетки и др.); в последние годы открылись язвы на ногах, из которых текла сукровица. В браке не состоял. Образование получил церковно-домашнее. Занимался торговлей. 13.08.1786 пострижен в монашество в Саровской пустыне. В 1788 г. рукоположен в иеродиакона, 2.09.1793 посвящён в иеромонахи. Проходил различные стадии православной аскезы и послушаний: затворничество, столпничество, молчальничество, духовничество. Имел множество духовных чад. Исповедывал православную христианскую веру. Принадлежал к Греко-Российской Кафолической Церкви. Определённые черты религиозного быта Серафима имеют около-старообрядческие формы, хотя его высказывания о староверии носили критический характер. Никогда не был судим и не покидал пределы Российской Империи. Скончался в келье Саровской Успенской пустыни, Тамбовской епархии. Погребён в самолично выточенной дубовой колоде под алтарной стеной Успенского собора Саровской пустыни. После официальной канонизации в 1903 г., мощи преподобного Серафима помещены в кипарисовый гроб, вложенный в дубовый, а затем — в раку из белого мрамора. После закрытия монастыря конфискованы, след их потерян. Снова обретены в 1991 году и торжественно перенесены в Дивеевский женский монастырь.

НЕИЗВЕСТНЫЕ ПОДРОБНОСТИ

Просматривая редкие и неизвеcтные изображения святого, исследователь знакомится и с письменными источниками, недавно опубликованными архивными записями. После прочтения этих документов получаешь некоторый инсайт: крутой пророческий замес Серафима, помноженный на женский коллектив Дивеева в условиях травли и гонений – совершенно непонятно как «упаковать» в сознании эту зажигательную смесь. До сих пор среди ученых не смолкают ожесточенные споры, так как существует несколько житий святого, не стыкующихся друг с другом, что немудрено – его образ выпадает из привычных схем, рождая веер интерпретаций.

Преподобный Серафим Саровский выпестовал новый тип духовности, отличный от суровости средневекового монашества и «Добротолюбия». Хорошо понимая специфику женской души, он старался не утомлять учениц, а вдохновлять их. Поощрял круглосуточное пребывание в храме, серьезно относился ко всем их снам, видениям и чудесным посещениям, в противовес господствовавшей в то время практике благословлял часто приобщаться, некоторым давал читать сложную аскетическую литературу. Св. Серафим неизменно поддерживал приподнятый настрой, чего было не легко добиться, ибо двенадцати девушкам не слишком-то весело с нуля возводить монастырь.

ОТ ПОРТРЕТА К ИКОНЕ

«Кто я, убогий, чтобы писать с меня вид мой? Изображают лики Божии и Святых, а мы — люди, и люди-то грешные», — ответил некогда саровский старец на просьбу «списать» с него портрет. Уже спустя столетие интенсивно развивалась богатая традиция его иконографии, открытие и изучение которой сейчас только начинается. Задолго до официальной канонизации образ святого был запечатлен в самых разных материалах: живописи, гравюре, литографии, резьбе по дереву, на камне, но даже ранние образы преподобного Серафима, как правило, имеют иконописный характер.

В кельях саровского игумена сохранялись прижизненные портреты старца работы Д.Евстафьева и инока Иосифа (Серебрякова) — по-видимому, выпускника арзамасской художественной школы. Первый портрет был написан в начале XIX столетия, «когда старцу было около пятидесяти лет», второй — «с натуры лет за пять до кончины», то есть около 1828 года.

Именно портрет Серебрякова стал излюбленным образцом для копирования, а затем — основой самого распространенного иконописного извода образа святого. Что известно об этом, скорее всего, утраченном изображении?

Самым ранним, вероятно, созданным еще во время преподобного, является список из частного собрания с надписью на обороте холста: «1829 года нарисовано Художникомъ В.Ф.Бихо..». Не только особенности стиля и иконографии, но и выражение лика старца, «со следами «иноческих подвигов», буквально соответствует описаниям. Список доносит до нас подлинные, характерные особенности лица святого, его взгляда. Портрет, заключенный в овал с перспективной рамкой, его теплый оливковый колорит типичны для живописи первой трети XIX века.

На образцах «серебряковской» иконографии можно проследить и разные пути «превращения» портрета в икону. Многие из них имеют нимб и надпись, дополнившие образ после Саровских торжеств 1903 года. В ХIX веке официально считалось, что почитать человека во святых можно только по епархиальной указке «сверху» — соответственно, первые хромолитографии с нимбом и надписью «преподобный» были пропущены цензурой и увидели свет только в 1902 году. Даже в Дивеево, где глубоко верили в святость основателя и молились ему, не дерзали открыто свидетельствовать об этом. Его портреты носили на крестных ходах вместе с иконами, перед одним из них, в келье игуменьи, горела лампада, от масла которой происходили исцеления. На портретах, картинах и литографиях дивеевского происхождения святой именуется «приснопамятным старцем», «иеромонахом» или просто «отцом Серафимом».

По мере распространения славы нового чудотворца по всей России, освящение во имя его храмов и приделов вызвали необходимость создания всё большего и большего количества икон. И вот за основу чисто иконописного образа опять был взят тот же «серебряковский» извод: поясное изображение святого вполоборота, в мантии и епитрахили, с поднятой к груди правой рукой. Именно так он наиболее часто писался на иконах, теперь уже на золотом фоне. Изменилась техника и приемы письма, но сохранилась иконография.


Вторая треть XIX века. Холст, масло. Скит прп. Сергия Радонежского Данилова мужского монастыря в Москве.

В одном из альбомов рисунков художника арзамасской школы В.Е.Раева под названием «Россия» имеются карандашные зарисовки вида Саровской пустыни и лесных мест уединения саровских подвижников («Пустынь схимника Марка», «В Саровском лесу»). В саровский цикл вставлен лист меньшего формата с наброском поясной фигуры преподобного Серафима — в белом балахоне и скуфье («Серафимъ Саровскiй Пустынножитель»). Это наиболее ранний, известный на сегодня образец данной иконографии. По штемпелю на бумаге лист датируется 1828 годом, временем жизни старца. Из воспоминаний Раева известно, что во время обучения он дважды, в конце 1820-х годов, бывал в Саровской пустыни, куда его вызвали написать портрет епархиального архиерея. Видел он и «самогó»: «Это был маленькой, в дугу согнутой старичок с кротким и любезным взором. Он больше жил в лесу и редко приходил в монастырь. Мы ходили и вглубь Саровского леса и видели там уединенные келейки отца Серафима, им самим выстроенные» — вспоминал Раев.

По-видимому, при жизни преподобного появились и его портреты в клобуке с полумантией, на пути в пустыньку, с суковатой палкой в руке — ростовые, поколенные, по плечо (оплечные). На одной из фотораспечаток конца XIX — начала XX века из частного собрания есть примечательная надпись: «Снимок с портрета преподобного отца Серафима Саровского Чудотворца, писанного в 1833 году Е.М.Журавлевой». При всем непрофессионализме рисунка, важно одно из свидетельств существования таких изображений в год преставления святого.

Преподобный Серафим Саровский на пути в пустыньку
Фотoграфия портрета 1833 г. работы Е. М. Журавлевой. Конец XIX — начало ХХ века.

Также известен большой посмертный портрет, созданный саровскими иноками, висевший на стене кельи святого. На нем Серафим был представлен стоящим на дощатом полу, в белом балахоне и темной шапочке (скуфье), с поднятой благословляющей десницей и старообрядческими четками в левой руке, на его груди меднолитой крест, материнское благословение. Введение в образ мемориальных вещей, реликвий — характерная особенность иконописи этого времени.

Преподобный Серафим Саровский
1830-е годы. Холст, масло. Серафимо-Дивеевский Троицкий женский монастырь.

Несмотря на «неканоничный» тип одеяния, появились варианты полного перевода в икону и такого «келейного» извода. Один из них непосредственно связан с Царской семьей: складень-ларец для реликвий, из Александровского дворца Царского Села, созданный около 1903 года.

Младший современник преподобного Серафима, саровский послушник Иван Толстошеев, (впоследствии иеромонах Иоасаф, в схиме Серафим, известный попытками подчинить себе Дивеевскую обитель после кончины старца) в монастыре овладел искусством живописи.

В первом издании «Сказаний о подвигах и событиях жизни старца Серафима…», составленных этим самым иеромонахом Иоасафом, упоминается, что старец благословил его растирать краски «для писания икон» на своем моленном камне: «…ныне же вместо меня это послушание исполняют сестры Дивеевской обители, которые, по благодати Божией и по молитвам и благословению отца Серафима, выучились самоучкою этому благодатному занятию, и теперь уже сами, к общему утешению всех, любящих Господа, украшают храм обительский произведениями своего художества, совершенствуясь в нем все более и более».

Справедливости ради стоит отметить, что эти сведения отца Иоасафа нуждаются в дополнительной проверке, так как известно, что сам преподобный Серафим проводил сущностное различие между монахинями-девами и монахинями, вступившими в общину после брака. Для этого он даже специально отделил дев от вдовиц. В супружеской жизни, пояснял старец, женщина часто приобретает специфическую настойчивость, упрямство, которая затрудняет ее духовное руководство. По этой причине он не благословлял девам увлекаться традиционными для женских монастырей ремеслами, требующими большой концентрации (шитьем, живописью и т.п.). Вместо этого дивеевским послушницам рекомендовались разведение цветов, садоводство и те из рукоделий, которые легче сочетать с внутренней молитвой и требуемым эмоциональным настроем. После смерти преподобного вдовы и девы были вновь «слиты» воедино и сделал это никто иной, как о. Иоасаф.

Иконописная мастерская Серафимо-Дивеевского монастыря
Конец 1900-х годов. Фотография. Серафимо-Дивеевский Троицкий женский монастырь.

Благодаря петербургским связям о. Иоасафа, в 1850-е годы несколько сестер общины обучались «греческой иконописи и мозаическому искусству» в Санкт-Петербурге, где им покровительствовала великая княгиня Мария Николаевна, почетный президент Академии художеств. Дивеевские сестры копировали полотна, выполненные для Исаакиевского собора. Петербургская выучка послужила стимулом для создания в обители собственной живописной мастерской.

Преподобный Серафим Саровский, молящийся на камне
Середина XIX века. Саров — Дивеево (?). Камень, грунт, масло.

Первыми образцами творчества сестер, по-видимому, были изображения на осколках того самого моленного камня, на котором преподобный Серафим «боролся с бесами и победил их». Позднее в Дивееве писались иконы различных изводов Иисуса Христа, Богородицы, праздников и целые иконостасы, преимущественно маслом по золоту, изобильно украшенном гравировкой и орнаментом. В начале XX века существовали отдельные помещения для обучения рисунку, левкасной работы, чеканки по грунту и золочения, живописная и иконописная мастерские.

Пигменты, которыми писали сестры Серафимо-Дивеевского монастыря

Судя по многочисленности дошедших до нас произведений, излюбленным сюжетом мастерской вплоть до начала XX века являлся образ святого на пути в пустыньку, в разных вариантах. Обычно писали голубой фон, переходящий к горизонту в розовый, каменистый позем с травами, условные маленькие деревца, выполненные аккуратными и меткими движениями кисти. Типичная для XIX столетия «гладкопись» в света́х оживлялась пастозными мазками. Сестры особый вкус к белому цвету, чувствовали его светосилу. На холстах надписи и нимбы почти всегда выполняли разбеленной жёлтой.

Преподобный Серафим Саровский на пути в пустыньку
Последняя треть XIX века. Мастерская Серафимо-Дивеевского монастыря. Холст, масло.

К началу XX века монастырь стал крупным иноческим общежитием: в 1917 году в нём проживало по списку 270 монахинь и 1474 послушницы — при численности населения села Дивеева 520 человек.

В 1919 году монастырь был зарегистрирован как трудовая артель и продолжал действовать. 21 сентября 1927 года — закрыт. Некоторые насельницы рассеялись по округе и пытались сохранить часть дивеевских святынь. Одной из немногих дивеевских сестер, доживших до восстановления обители была монахиня Серафима (Булгакова), сохранившая и передавшая монастырю некоторые личные вещи преподобного.

Часть сруба кельи преподобного Серафима Саровского, с его изображением в келье
Вторая треть ХХ века. Монахиня Серафима (Булгакова). Дерево, масло. Серафимо-Дивеевский Троицкий женский монастырь.

МОЩИ

После закрытия монастыря мощи святого несколько десятков лет пролежали в Музее истории религии и атеизма. По рассказам сотрудников, это была простая картонная коробка с надписью СЕРАФИМ САРОВСКИЙ. В 1991 году верующие добились выдачи и перезахоронения мощей.
Поэт Сергей Калугин вспоминает: «Как состоялось перенесение мощей Св.Серафима? Св.Серафим напророчил, что когда его обретут и понесут обратно, то будут «петь Пасху летом». Пасху летом сроду никто никогда не пел. Когда же мощи действительно переносили — то стояло именно лето. И народ, провожавший мощи, который знал о пророчестве, некоторое время благочестиво подождал — не донесётся ли откуда обещанное песнопение. Оно не донеслось. Что, в общем, неудивительно. И тогда все помялись, да грянули Пасхальные. Ибо.
В результате образовался такой причинно-следственный парадокс, что куда там Брэдбери. Народ пел, поскольку знал о пророчестве, да. Так, что вроде никакого чуда нет. Но пророчество-то сбылось! Значит — это было настоящее пророчество, а не тюлька какая—то! И чудо имело место!»

Остается только добавить, что пророк не прогнозирует будущее, а, скорее, заклинает его: «Будь!»

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Иконописцы любят изображать преподобного Серафима кормящим медведя, но этот сюжет типичен в ряду других святых. Гораздо показательней следующая сцена: однажды в поисках Преподобного сестра Ксения Кузминишна наткнулась на него, сидящего на сваленном древе. Ксения подумала: «Что бы батюшка дал отдохнуть, как я устала…». Серафим поманил ее к себе и приказал сесть на кочку, а сам примостился ниже, склонивши голову ей на колени. Как вспоминает сестра, Серафим попросил поискать у него вшей. «А головка-то у него грязная, сколько земли, сору, так он и уснул».
Священник, старец, пророк, спящий на коленях у девушки-послушницы. А рядом – вывороченное вековое древо – пока никем не изображенное иконное клеймо.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *