Савельева Ольга

Токсичные сборы и топовые блогеры. История громкого скандала

Скандалы, интриги и расследования постоянно захлестывают Фейсбук. Иногда капли долетают даже до ТВ. Вчера на ранее мне не известном телеканале Царьград состаялся неслабый такой батл с участием топовых блогеров ФБ. И на этом эфире было все: слезы, крики, разоблачения.
И тема на самом деле очень важная: токсичные сборы. Участники дискуссии: Ольга Савельева (ФБ), адвокат Сталина Гуревич и Ульяна Меньшикова (ФБ).
История вопроса. Не так давно в эфире того же самого Царьграда шёл разговор о токсичных сборах, то есть о тех сборах на благотворительность, по котором не ведётся заслуживающая доверия отчетность. Чаще всего сборы без отчетности проводят именно блогеры. Они предлагают своим читателям перечислить тому или иному герою их постов какую-нибудь сумму. Все это абсолютно на добровольной основе, под честное имя блогера.
И адвокат Сталина (Гуревич), говоря о подобных сборах, упомянула Ольгу Савельеву. Во весь экран показали фотографию Ольги:

Та разразилась гневным постом и потребовала у телеканала сатисфакции.

Лучше бы она этого не делала. Потому что сам эфир получился разгромным для неё самой. Адвокат задавала достаточно конкретные и жесткие вопросы. Ольга пыталась рассуждать о добре, игнорируя прямые обвинения, вызванные студию при помощи скайпа свидетели подбросили хвороста в пылающий огонь дискуссии.
Всплывали разные истории, цитировались столетней давности записи, слезы лились рекой.
Здесь много, можете перелистнуть в самый конец, там все понятно.
Здесь , кстати, ещё и о том, как кто умеет позиционировать себя перед большой аудиторией. Казалось, Савельеву разбили в пух и прах, она рыдала и кричала:» Блин, блин…» Не могла внятно ответить ни на один вопрос. Но лично у меня симпатии не вызвала и ехидная улыбка постоянной гости канала Сталины, которая гораздо лучше была знакома с форматом передачи и с самой ведущей, кстати.
Когда одна рыдает, а вторая ухмыляется, забываешь о сути вопроса, начинаешь невольно жалеть того, кто плачет.
Достаточно непорядочно, на мой непредвзятый взгляд, поступил и сам канал, разместив сразу после эфира вот такой материал:

Тогда как в процессе разговора ведущая-модератор не раз подчеркивала, что тв-журналисты в этой ситуации не принимают чью-либо сторону. Ну это так, к слову.
Что же касается сборов без отчетности — то это абсолютная норма для блогеров. За многие годы я видела сотни сборов на личных страничках в ФБ и ЖЖ, и только в журнале доктора Лизы были регулярные развёрнутые отчеты. Но это уже был фонд.
Может, блогеры в своём праве, когда так поступают? Они же дают не свои реквизиты, а реквизиты нуждающегося. Как они могут отчитаться за чужого человека? Или обязаны? А как заставишь другого отчитаться по форме? Он хвостом вильнул и исчез. Отчитаться можно, когда сам получил и сам потратил. Но тут вообще начнётся беда-беда: забрал деньги благотворительные!
Ольга Савельева рассказала, что помогает только тем, с кем лично встречалась. Но это тоже ничего не гарантирует. Увы.
Вообще не помогать, предоставить эту работу официальным фондам? Так, мне кажется, тоже неправильно. Блогеры быстро и эффективно собирают средства для тех, кому фонды помогают крайне неохотно. Например, для взрослых.
С другой стороны, отсутствие отчетности порождает чудовищ — профессиональных попрошаек, люди помогают им, а потом, поняв, что их грубо использовали, завязывают с благотворительностью полностью.
Что же делать? Достаточная ли гарантия для сборов имя блогера? Как обязать блогера отчитаться за героя своего материала? Это же практически невозможно! Особенно спустя некоторое время.
И рыдающая Ольга выкопала себе новую яму, пообещав на большую аудиторию, что принесёт в клювике все отчеты. Ага, ага. Ищи ветра в поле. Все герои сборов прям хранили свои чеки десять лет.
Что касается личностей, упомянутых здесь, то через близких друзей заочно знаю только Ульяну, талантливого автора и интересного исследователя жизни православных приходов. Она, кстати,тоже активно занимается благотворительностью, размещая посты о людях, которые нуждаются.
Ольгу Савельеву не знаю совсем. Но речь не о ней.
Я с огромным уважением отношусь ко всем тем, кто пытается помочь. Именно поэтому и поставила этот материал. Чтобы никто не попадал в ситуацию скользкую, когда твою помощь рассматривают как мошенничество.
Поэтому интересует меня здесь одна-единственная проблема: может ли блогер под свое честное имя делать сборы, не гарантируя никаких отчетов? Как вы понимаете, этот вопрос лежит исключительно в плоскости журналистской этики. Никаких правонарушений человек не совершает, рассказывая о беде другого человека и предлагая помочь. Так ведь?

Тряхнула стариной, написала отзыв на книгу: «активной мамы, популярного блогера, нескучного чиновника, мотивирующего лектора» (так там написано) Ольги Савельевой.
«Апельсинки. Честная история одного взросления»
За 310 рублей вы получите книжечку в 10 с половиной авторских листов, состоящую из зарисовок в старом-добром ЖЖ-стиле. Впрочем, и выходит она в серии «Зарисовки российских блогеров».
Рассказики автора посвящены, в основном, двум темам: 1) мать моя была плохая, 2) а я хорошая. Основная фишка — в узнаваемости. У Савельевой было типичное советское детство, с типичными бедами и радостями советского ребенка. По идее, должен возникать эффект гришковца, «у меня такое же было!» Возникнуть ему мешает постоянный подтекст «а я святая» — ассоциироваться с настолько светлой личностью не хочется.
Семейная история складывается грустная: старший брат Савельевой пропал без вести, отец после этого запил и пил всю оставшуюся жизнь, мать к старости получила психиатрический диагноз, лежала в больнице, требовала постоянного ухода.(Впрочем, по словам автора все дело в том, что мать сама хотела болеть и страдать). В детстве Савельеву сбагрили бабушке с дедушкой лет на 11, что ли. Когда те умерли, забрали, но дочка не оправдала ожиданий родителей, а они — дочкиных. Впрочем, в конце концов, Савельева благополучно сбежала от родни замуж, родила двух детей и, вроде бы, довольна результатами.
Помимо прочего, Савельева является еще и типичной верующей. Хорошенько перемыв кости родственнице, она спохватывается «Не суди!» Отказывается назвать сына именем пропавшего брата, чтобы тот не повторил судьбу дяди и от страха, бежит ставить свечки в церковь. А когда хочет найти брата — обращается к экстрасенсу. Незнакомой женщине на улице читает лекцию об ангеле-хранителе, который каждому исполняет его мысли. Подумала, что ребенок в легкой обуви на улице простудится — он простудится, заболеет. Подумаешь, что ребенок отлично прогуляется — вернется домой здоровенький и в хорошем настроении. Слыхали, православные? Вот так все устроено.
Еще одно типичное качество — мягкое и душевное отношение к отцу-алкоголику. Ребенком она его жалеет, пока его пилит зарабатывающая на семью мать. Взрослой — щедро прощает на похоронах.
Мать, кстати, Савельева тоже простила. После ее смерти. Книга никак не подводит нас к этому неожиданному повороту. Из каждого рассказа сочится ненависть к предавшей матери: «Однако все эти факторы и тогда, и сейчас не кажутся мне весомыми аргументами. Наверное, потому что я смотрела на них глазами ребенка, скучающего по матери». Но в эпилоге она — р-раз — и простила. И от души советует читателям перестать упиваться страдашечками, простить и обнять своих неидеальных матерей. До похорон подождать почему-то не советует.
Сама же Савельева — прекрасная мать и жена. Мы знаем, что она не забывает о женственности, даже уставшая и с грудничком, что она никогда не врет детям, а они ей, что она всегда внимательна к ним и относится к ним с уважением, как ко взрослым. Например, когда у ее ребенка в садике другой мальчик отнял игрушку и требовал 50 рублей за нее, мама посоветовала малышу вместо этого спрятать ботинки обидчика.
Интересно, что всякое дурное обращение с собой Савельева объясняет тем, что недоброжелатели хотели компенсировать что-то за ее счет. Например, учительница в кружке кройки и шитья вынуждала бедного ребенка строчить неподходящий ей сарафан, потому что, видимо, сама мечтала о таком.
Стиль, кстати, тоже типичный: канцелярит отличницы по литературе и красоты слога типа «волосяное месиво конфликта» (это каламбур — до того шла речь о конфликте из-за длины волос), «устаканить ливер» или «филигранная мудрость».
Судя по всему, даже «Мама, не читай» является более достойной русскоязычной представительницей жанра Misery Lit, чем это.

Ольга Савельева и опека


Ольга Савельева регулярно пренебрегает родительскими обязанностями по отношению с своим детям, публикует фотографии своих детей в виде, унижающем их честь и достоинство, а также изображающие их в опасных для жизни ситуациях.
Примеры:


Граждане с активной жизненной позицией, стремясь помочь детям, обратились в органы опеки с просьбой проверить условия их проживания и провести беседу с родителями.
В заявлении было сказано следующее:
Уже несколько лет я являюсь подписчицей Ольги Александровны Савельевой, 1981 г.р. проживающей по адресу ****.
Савельева О.А. на ее страницах в социальных сетях Фейсбук, Вконтакте и Инстаграм, ссылки на страницы прилагаю.
Как неравнодушный человек, не могу больше смотреть на то, каким образом Ольга и ее муж, Володько Михаил, 1982 г.р. обращаются со своими детьми и недобросовестно выполняют свои родительские обязанности и нарушают права своих детей на надлежащие питание, жилище, развлечения и медицинское обслуживание, см. Конвенцию о правах ребенка, ратифицированную в РФ и ФЗ «Об основных гарантиях прав ребёнка в РФ».
В семье двое детей, Даня (24.06.2009) и Катя (2015 г.р.). Дети носят фамилию мужа – Володько.
В 2016 году младшей девочке, Кате, сделали операцию по установке кохлеарных имплантов после осложнения менингита. После этого ребенку была назначена реабилитация слуха, включающая в себя как занятия со специалистами, так и занятия с родителями на дому.
Родители маленькой девочки с инвалидностью по слуху установили ей импланты за государственный счет, но не вкладываются в реабилитацию ребенка. Не проводятся специализированные занятия, ребенок не посещает специалистов, зато его отдали в частный детский сад, где двухлетняя девочка проводит все будние дни. Таким образом нарушаются права ребенка на медицинское обслуживание.
Пользуясь беспомощным положением девочки-инвалида, Ольга Савельева допускает пренебрежительное и грубое отношение к ребенку, в том числе пользуясь ей как рекламным баннером (фотография в приложении).
В семье есть старший мальчик, над которым родители регулярно издеваются и пишут об этом в открытом доступе в социальных сетях. Оба ребенка регулярно сдаются дедушке с бабушкой, кто их возит в школу и садик — не понятно. Мать вышла из родительского чата в ватсапе и не имеет актуальной информации об успеваемости сына и его успехах в обучении.
Ольга Савельева, позиционируя себя как популярный блогер, ведет несколько публичных страниц в социальных сетях, в которых регулярно показывает фотографии детей в полуобнаженном виде (см. приложения), а также в виде, порочащем их достоинство. Это нарушает статью 65 СК РФ:
«Способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей.»

Оба родителя являются безработными, Ольга неоднократно демонстрировала на фотографиях обстановку в квартире и упоминала, что у них нет шкафа, дивана и даже плиты, а младшая дочь спит с родителями в одной кровати.
Кроме того, на фотографиях видно, что дети не обеспечены одеждой по сезону и размеру, регулярно оказываются в опасных для жизни ситуациях, например, мать ставит плачущую Катю на рельсы и фотографирует.
Родители не соблюдают право детей на любовь, понимание, моральную и материальную обеспеченность, а также на образование, которое должно быть направлено на развитие личности, талантов и умственных и физических способностей ребенка в их самом полном объеме.
Родители косвенным образом эксплуатируют детей, используя их изображения и сведения об их личной жизни для получения прибыли. Родители злоупотребляют своими правами, создавая неподходящую психологическую обстановку для развития.
В соответствии со ст. 54 СК РФ ребенок имеет права на воспитание своими родителями, обеспечение его интересов, всестороннее развитие, уважение его человеческого достоинства.
Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.
На основании изложенного и руководствуясь положениями Семейного кодекса РФ,
ПРОШУ
— взять на контроль ситуацию в семье Савельевой О.А и Володько М.М.
— проверить условия жизни и воспитания детей
— провести профилактические беседы с родителями
О результатах предпринятых действий прошу сообщить мне по электронной почте *****
В связи с тем, что Ольга является публичным человеком и обладает неограниченными возможностями для травли, преследования и запугивания, прошу так же не сообщать ей мои личные контактные данные, так как это нарушит мои права.
В документе были указаны реальные контактные данные заявителя, поскольку согласно закону, анонимные обращения не рассматриваются органами опеки и попечительства.
Официальный ответ Отдела социальной защиты населения района Зябликово Южного Административного округа г. Москвы:

Как следует из текста, сотрудники органы опеки приходили к Савельевой 2 раза.
Первый визит органов опеки к Ольге Савельевой через несколько дней после обращения.
Второй визит состоялся позже. Второй визит назначается тогда, когда после первого и жильё, и родители производят плохое впечатление и у опеки появляются замечания. На исправление замечаний даётся время, и второй визит визит был сделан с целью проверки.
По результатам обоих визитов, семью Савельевых поставили на профилактический учёт в органах опеки и попечительства с заведением учётно-профилактического дела, провели беседу о недопустимости нарушения прав ребенка, о необходимости уважать достоинство детей и обеспечивать им одежду, обувь и питание по потребностям.
Были также отправлены запрос в поликлинику по месту жительства, чтобы выяснить подробности реабилитации Кати, а также в школу сына.
Теперь, согласно межведомственной программе реабилитации семьи, находящейся в социально опасном положении, к Ольге Савельевой могут быть применены следующие меры:

  • наблюдение (регулярные посещения семьи, визуальное наблюдение за несовершеннолетними детьми по месту учёбы, контроль за посещаемостью детьми занятий, привлечение медицинских работников),
  • направление информации в вышестоящие органы,
  • постановка на учет в центр занятости населения по месту жительства и пр.

Савельева же 27 июля написала длинный пост, где умолчала о ключевом моменте постановки на учёт и попыталась намекнуть о неформальных отношениях с сотрудниками органов опеки.
Цитата:
Приходившие люди из органов опеки, выполняющие свою работу, более чем адекватны. Спасибо им.
Мы подружились.
Теперь они мои подписчики. И даже, надеюсь, поклонники.
Однако, после этих визитов дети было спешно вывезены на море, а у Кати появилось несколько новых платьев. После возвращения из поездки Ольга начапа каждый день публиковать посты о реабилитации девочки в центре, где они проходили недельный курс и по его итогам получили рекомендации на 8 (восьми) листах. Как эти рекомендации будут выполняться — большой вопрос, поскольку Ольга продолжает нарушать правила эксплутации приборов кохлеарной имплантации (КИ) и регулярно демонстирует подписчикам фото и видео с дочерью то в море, то в сухом бассейне, которые противопоказаны при использовании данных приборов.
Савельева между тем продолжает врать о том, что обращение было анонимным и сотрудники опеки извинялись перед ней, напрямую обманывает подписчиков и искажает факты:

Как получилось, что вы стали блогером?

Я много лет работаю чиновником, руковожу пресс-службой. У меня есть муж, сын-школьник и маленькая дочка Катя, у которой проблемы со слухом. Сейчас я официально в декрете. В декрете у тебя начинается совсем другая жизнь. Вот ты бежишь вся такая востребованная с двумя телефонами, все время что-то организовываешь, и вдруг картинка резко меняется, остаются кашки, подгузники и молчащий телефон. И вот, чтобы не сойти с ума, я стала что-то писать и вести блог. И в какой-то момент я поняла, что на меня уже подписано очень много людей. Теперь у меня только официальных подписчиков 50 тысяч. А есть же еще люди, которые меня просто читают.

И сколько вам понадобилось времени, чтобы набрать столько подписчиков?

Первые свои заметки я стала писать шесть лет назад. Но поначалу я даже не знала, где посмотреть, сколько людей на тебя подписано. И когда мне первый раз сказали: «Ну как, вы же популярный блогер!», я говорю: «Да ладно?!» Хотя я, конечно, видела, что под постами все больше и больше комментариев и лайков — сначала два-три, потом сто, а потом уже и тысяча.

Сейчас меня узнают на улице и в метро, подходят, трогают за руку и просят сделать селфи.

Ольга Савельева

Популярный блогер, мама двоих детей

Вам это приятно?

Поначалу я даже не знала, как реагировать. Такое странное чувство, что человек знает про тебя все, а ты про него ничего. Он спрашивает, как моя Катюня, как у нее с ухом, спрашивает про успехи в школе моего сына, а я даже имени его не знаю.

Ну и если раньше брали автографы, то сейчас «берут селфи». Самое сложное в этом — быть все время при параде. А я, может, просто вышла погулять на площадку с пучком на голове и не накрашенная. От этого мне, конечно, немножко не по себе. Как-то это обязывает все время быть в тонусе.

А как вы сами объясняете успех своего блога?

Знаете, одно время по телевидению шло очень популярное шоу «За стеклом». Вроде ничего особенного, но оно порвало все рейтинги. Просто на экране появились обычные люди, живые, с недостатками, они ссорились, матом ругались. И вот тогда я еще подумала, что быть собой – это прям круто.

Моя фишка в том, что я не боюсь сказать, что я где-то не была или вот тут была неправа, не боюсь сказать, что мне стыдно, больно и страшно. Я не стараюсь выглядеть идеальной.

Еще у меня нет репостов, это принципиально. Репосты – это когда ты чужую мысль доносишь, а мои мысли – они только мои.

Сложно ли совмещать блогерство с детьми? Когда вы пишете?

Блогерство никто не воспринимает как работу и, конечно, мне не говорят: «Иди в свой кабинет, поработай».

Поэтому пишу я в основном ночью, когда дети спят. Ну а днем — урывками. Бывает, что я пошла в ванну, нанесла бальзам на волосы, с меня все стекает, а я пишу – это ж целая минута свободного времени!

Я очень люблю водить машину, но за рулем ты не можешь писать. И я открыла для себя общественный транспорт. Вот я села на маршрутку и могу целых полчаса писать. Это огого.

И как устроен день блогера?

Если твой блог достаточно популярен, то на тебя ежедневно выходит очень много проектов и предложений. Предлагают куда-то приехать, где-то выступить. Обычно с утра я еду на какие-то встречи, а 3-4 дня в неделю я гастролирую, как я это называю, – выступаю с лекциями, рассказываю, к примеру, о чем писать, чтобы было интересно.

Так, и что нужно писать?

Многие люди хотят стать блогерами, но не понимают, что они делают не так. К примеру, человек проснулся утром, выглянул в окно и увидел первый снег. Он это все быстро снял и выложил. Смотрит — а в ленте у всех то же самое.

Так вот, большинство контента – оно именно такое. Помните, что у других людей тоже есть окно! А надо писать что-то такое, что заметил только ты. Для этого нужно уметь замечать.

Я к тому, что ничего уникального я не делаю. Ничего того, что не мог бы делать кто-то другой. Просто почему-то другие люди этого не делают.

Вы никогда ничего не придумываете? Все берете из жизни?

Я никогда не пишу про людей, с которыми я не знакома. Вот я написала про девочку Лизу с больным позвоночником. Мы с ней встретились, познакомились, она на коляске ездит всю жизнь, она мне рассказала про себя. Я побывала у нее в гостях, все про нее поняла, я ей верю, понимаю, что она не мошенница. Я написала про нее пост, и мы собрали деньги ей на титановый протез позвоночника.

Многие считают, что частное лицо не может собирать деньги, этим должны заниматься фонды.

Так я не собираю деньги. Я рассказываю историю.

Вот девочка, у нее больной позвоночник, чтобы не было адских болей, ей нужен титановый протез. А дальше люди сами идут к ней на страницу и там уже видят реквизиты.

А когда мне самой понадобились деньги на лечение, я устроила рекламную неделю. Я не могу собирать деньги с протянутой рукой, хотя я бы их собрала. Я должна заработать, только тогда эти деньги кажутся мне правильными.

И много у вас рекламных постов? Вообще, как это работает?

Рекламных постов у меня было до определенного времени очень мало. Ну например, мне предлагают протестировать аппарат для ног. А у меня как раз после каждого мероприятия адская боль в ногах. Я беру на тест, но у меня правило – я пишу правду. Если аппарат не работает, я так и напишу – ребята, не работает. На такие условия соглашаются только те, кто действительно уверен в своем продукте. А таких не так много.

Бывает, что производитель предлагает мне деньги, мол, работает-не работает, напиши, что все хорошо. Но это не моя история, я не могу обмануть доверие моих подписчиков.

Перед тем, как что-то рекламировать, я знакомлюсь с людьми, выясняю, что за продукт. Это реально прям работа. И потом пишу пост, с юмором с приколами. Такую рекламу человек читает и она его не раздражает.

Многие мне потом писали спасибо, что они столько полезного узнали.

Когда у тебя столько подписчиков, то, наверное, они пишут не только хорошее. Пишут ли вам гадости, и очень ли это расстраивает?

Виртуальное сообщество в концентрированном виде отражает наше обычное общество. Под каждым постом обязательно найдется человек, который напишет какую-то гадость. Если везу что-то в детский дом, обязательно напишут, что это пиар.

Или вот был у меня пост про бабушку. Я делала маникюр, тут пришла бабушка и спросила, сколько стоит маникюр. Ей не хватило денег, я добавила. Ну и сделала фото, а там на заднем плане оказалась чья-то шуба. Конечно, написали, что ага, ей легко помогать, если она ходит в норковой шубе.

Люди, которые пишут гадости, будут всегда. Я принципиально никогда никого не банила, но и в дискуссию с ними не вступаю.

Это жизнь, и она состоит не только из единомышленников. Это нормально. Чтобы это принять, надо понять, что каждый человек пишет про себя. Каждый комментарий – это визитная карточка того, кто его написал. И если человек написал наглую гадость – он прям представился.

Вы много пишете про мужа и детей. А ваша семья не возражает, что вы выставляете их жизнь напоказ?

Ну, эта проблема была, но мы уже согласовали эту тему. Теперь, прежде чем поставить что-то личное, я согласовываю с домашними: «Ничего, если я про это напишу?»

Я могу написать про нашу с мужем ссору, но когда она уже отработана, и выводы сделаны. Вообще, после таких постов мне часто люди пишут: «О, мы тоже по этому поводу ссоримся», а я говорю : «Так люди все похожи, как батоны!»

Но когда заболела моя дочь, у меня был такой переломный момент. Когда тебе страшно за своего ребенка, меньше всего хочется публичности.

И вы перестали писать?

До этого у меня было правило – я каждый день что-то пишу какой-то пост, или рассказ, или фотографию. И люди привыкли. И вдруг дочка заболевает, в 9 месяцев, совершенно неожиданно. Я резко пропала из сети. И когда через какое-то время я, наконец, вышла в интернет, у меня моментально сел телефон от огромного количества уведомлений. Во все мессенджеры, во все соцсети сразу упало миллион сообщений – как ты? где ты? что ты?

Я поняла, что каждому ответить невозможно. Было два варианта – либо вообще удалить все, либо все честно рассказать. И тут я подумала, что я ведь сама выбрала для себя жанр «за стеклом». Легко писать, когда у тебя все хорошо. Посмотрите, мол, на каком я мероприятии. А вот теперь ты в инфекционной больнице сидишь у кроватки своей дочери, которая на грани жизни и смерти. А слабо тебе про это написать – сказала я сама себе. Я поняла что раз уж я иду по этому пути, надо идти по нему до конца.

А подписчиков не напугал такой поворот?

Я писала не только про болезнь, но и про то, что я чувствую. Один из самых популярных постов из больницы был про поддержку. Когда тебе очень плохо, люди вокруг тебя тоже волнуются – друзья, родные, знакомые. Но желая меня поддержать, друзья говорили и делали совершенно не то. Мне говорили: «Срочно веди батюшку в больницу, срочно вези дочку в Израиль». А ей летать нельзя, ребенок нетранспортабельный, и все что мы можем – это лежать в подмосковной клинике под капельницами и молиться о чуде, потому что по прогнозам она вообще не должна была выжить. И вот, не понимая ситуации, люди дают советы.

В этот момент я написала – мне сейчас нужно, чтобы вы меня не дергали вопросами, не пишите и не звоните мне. Когда я найду в себе силы, я обязательно напишу. После этого поста количество звонков увеличилось в два раза, и все они начинались с фразы «ты просила не звонить и не писать, но я все-таки не могу». На это очень сложно не злиться. Потому что в том момент меньше всего хочется отвечать на вопросы и бесконечно описывать страшные симптомы.

И я написала пост, что если человек находится в такой сложной ситуации – пожалуйста, слушайте его. Если ему нужен кофе и чистые простыни – дайте ему кофе и чистые простыни. Ничего больше не надо! Все! Не надо звонить, писать, передавать еду. Я вот есть не могла ничего, и когда мне передавали огромные корзины с едой – я их сразу отдавала охранникам. А люди в этот момент думали, что они молодцы, что они меня поддержали.

То есть ваши подписчики на тот момент вам скорее мешали, чем помогали?

Но эти же самые люди меня и спасли. Когда я написала, что все плохо, но есть шанс сделать операцию – нужна имплантация, но на нее огромная очередь по всей России. А операцию надо сделать очень быстро. Если не успеть, то уже ничего не спасешь. И я описала ситуацию – есть моя глухая дочь, есть столько то времени и есть необходимость попасть в эту больницу. Я написала в субботу, и уже в понедельник в 8 утра мы с дочкой были в этой больнице, а вечером у меня уже была дата операции. Операцию уже сделали, мы успели, вернули слух.

И все благодаря моей армии волшебников. Эти люди, подписчики – я их так называю. Каждый из них это, конечно, ресурс, и это очень здорово. Я говорю не только про кошелек. У каждого, как минимум, есть какая-то профессия, интересы в жизни. И если исходить из мысли, что все люди друг другу могут быть чем-то полезны, то армия волшебников – это прям сила. Я очень ими дорожу. Они не только меня читают, они спасают жизни и судьбы, включая мою.

Вы говорили, что ваша дочка получила инвалидность. Тяжело было с этим смириться?

Когда дочери поставили диагноз «двухсторонняя глухота», я начала оформлять инвалидность. Кстати, чтобы ее оформить нужно столько кругов пройти бюрократических – заполнить тысячу бумаг, сто раз объяснить, и все время рефреном идет эта фраза «категория ребенок-инвалид». Как будто это тебе в голову вдалбливают специально. Конечно, ты этому новому факту сопротивляешься, хочется закрыть глаза, проснуться и все это неправда. Но потом ты это уже принимаешь.

Инвалидность — это вообще отдельная тема.

Как только я нашла в себе силы написать пост, что моя дочь инвалид, то люди, с которыми я пять лет дружила в социальных сетях виртуально, стали мне писать — у меня тоже ребенок-инвалид. Для меня это был шок, я не могла понять, почему я знаю, что ты ешь на завтрак, но не знаю, что у тебя ребенок инвалид? Почему вы это скрывали?

А они говорят – ну это не то, чем хочется гордиться. И вот тогда я поняла, что мой блог — это будет еще и рупор.

И что вы пытаетесь сказать в этот рупор?

Я рассказываю, что инвалидность – это не приговор. В инвалидности никто не виноват. И доступная среда для инвалидов это не пандусы, это отношение к ним как к нормальным людям.

Это отношение, когда тебе не стыдно признаться, что у тебя ребенок инвалид.

Потому что, ну ребята, от этого никто не застрахован. От того менингита, которым заболела моя дочь, даже прививки нет. И на вопрос, что делать, чтобы не оказаться на моем месте, ответ – ничего.

Это просто люди. И если все будут прятаться по домам, мы никогда не будем иметь никакой доступной среды.

Была ли у вас депрессия после всего этого, и как вы выбирались из нее?

Это очень важная тема, да. В момент, когда это случилось, мы с мужем очень мобилизовались. Перед нами встала задача – у нас оглох ребенок, но мы можем спасти ей слух. И нужно было вести обычную жизнь – ходить в магазин, готовить, решать вопросы. И вот, когда мы сделали операцию, вернулись домой и я поняла, что все самое страшное позади, что дочь больше не будут резать, давать наркоз – и вот в этот момент мы с мужем провалились в страшную депрессию. «Ну, хватит, похандрил и возьми себя в руки», — говорят друзья. А ты не можешь. Ты бутерброд себе сделать не можешь. В этот момент надо просто признать, что у тебя есть эта проблема и пойти ее решить к специалистам. Депрессия – это болезнь и ее надо лечить.

Что вы посоветуете родителям, которые сталкиваются с такими же проблемами?

Когда у вас проблемы с ребенком, не забывайте заботиться о себе – отдыхайте, пейте витамины, берегите себя. Если вы себе посадите батарейку, то вы ребенка не спасете. Ваше состояние напрямую с этим связано.

Интересуетесь ли вы психологией?

Я принципиально не хочу получать образование психолога, у нас и так каждый второй психолог.

Я не ставлю диагнозов, я не знаю, как это называется в теории и что по этому поводу думает Фрейд, Юнг и все остальные. Я знаю, что думаю я, Оля Савельева.

Когда люди делятся со мной своими проблемами, и я им говорю – я могу вам сказать, как поступила бы я. Я никого не учу жить. Я не эксперт, но у меня есть опыт, очень большой круг общения, двое детей, я 15 лет замужем.

Ко мне часто приходят люди, которые уже были у всех психологов на свете. И когда я говорю, что я вообще не психолог, они отвечают: «Вот, это то, что надо!»

И много к вам обращаются за помощью?

Много. 50 писем в день точно приходит. Раньше я на каждое письмо отвечала, а сейчас я даже прочитывать все не успеваю. Иногда получается в постах ответить на какие-то вопросы. Я вижу какую-то общую проблему. Сейчас, например, среди моих подписчиков эпидемия разводов. И я пишу какие-то вещи про взаимопонимание, про то, как надо разводиться. Конечно, я никогда не открою, кто именно и чем со мной поделился в личном письме.

Используете ли вы психологические теории в воспитании детей?

Я считаю, что единственное, чему родители должны научить своих детей – это быть счастливыми.

Мне должно быть хорошо с детьми. Мои дети должны видеть счастливую успешную маму. Пусть и не всегда причесанную (хохочет).

То есть надо делать то, что делает вас счастливой. Хочется на работу – идти на работу. Или, может быть, я сейчас возьму и рожу третьего.

Я просто живу, проживаю каждый день. И вот сегодня мне хорошо.

Чтобы не пропустить ничего полезного и интересного о детских развлечениях, развитии и психологии, подписывайтесь на наш канал в Telegram. Всего 1-2 поста в день.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *