Православная церковь в гамбурге

Протоиерей Сергий Бабурин: Наш приход в Гамбурге просто был обречен стать миссионерским

Интервью продолжает рубрику культурно-просветительского и паломнического центра святого апостола Фомы – Христианская Европа» – рассказы о православных приходах, истории христианских святынь и современной жизни европейских христиан.

— Отец Сергий, расскажите, как в Гамбурге, который всем известен как один из крупнейших портов мира, появилась русская паства?

Протоиерей Сергий Бабурин

— Порт предполагает терпимое отношение к иностранцам, потому что, подразумевает много торговых взаимодействий. Кроме того, Гамбург был одним из центров знаменитого торгового ганзейского союза. В это сообщество торговых городов входил также и наш Великий Новгород, поэтому русские купцы в Гамбурге и Любеке издревле были нередким явлением.

С городом Любек связан один интересный факт: известный русский святой блаженный Прокопий Устюжский был родом из северогерманских земель. В молодые годы он был успешным купцом в Любеке. Его торговые связи с Русью привели к тому, что в далеком XIII веке он не только принял Православие, но и стал одним из первых русских юродивых.

В начале XX столетия в Гамбурге было уже не только торговое русское население, дипломаты, но и представительство Свято-Владимирского братства. Именно оно начинает сборы средств для строительства первого храма в Гамбурге. В 1908 году на собранные средства был приобретен особняк в центре города, в котором и был освящен домовый храм во имя святителя Николая.

В этом храме служил будущий патриарх Тихон, по дороге к месту своего епископского служения в Америке. Тогда он молитвенно пожелал городу и его православной общине процветания.

— По сути, преподал благословение этой земле, это очень важно.

— Да. Есть замечательные слова, оставленные им в книге почетных гостей прихода, это напутствие гамбургской православной общине, чтобы она расцвела в древо благосеннолиственное (т.е. в большое дерево с пышной кроной дарующее в тени своей спасительную прохладу). Домовый храм долгое время был духовным центром и местом, где собиралась русская эмиграция. Он пережил печальные годы революции. Через Гамбург многие уезжали в Америку. Храм был постоянным прибежищем людей, которые часто находясь в сильной нужде, ждали своего выезда. После революции этот храм перешел в руки Свято- Владимирского братства, но со временем дом с храмом, к сожалению, был продан братством.

В другом гамбургском храме св. Прокопия Устюжского Русской Зарубежной Церкви устроен музей, рассказывающий о лишениях и трудностях людей, оказавшихся в Гамбурге после Второй Мировой войны. В Гамбурге было много лагерей перемещенных лиц. Внутри этих лагерей сооружались домовые храмы.

В музее собраны экспонаты, связанные с этими лагерными храмами: чаши для Святых Даров, кадила, которые собственными руками делали эти мужественные люди. Когда они уже имели возможность жить открыто, самостоятельно, они первым делом приступили к формированию своей новой православной общины. Вот эта многострадальная, послевоенная община смогла добиться того, что немецкая власть выдала земельный участок для строительства храма. Так в Гамбурге был построен небольшой храм. Со временем он был снесен, потому что, началась перестройка города. В качестве компенсации город выделил другое место под строительство храма. В 1965-м году было совершено освящение красивой церкви в псевдорусском стиле, в строительстве которой участвовал и город. Долгое время этот храм, музей которого упомянут выше, был единственным и главным прибежищем всех русских православных людей.

Но, когда, в начале 90-х годов, хлынул поток эмигрантов из России, этот храм уже не мог вместить всех молящихся, всех желающих обрести духовное утешение. Возникла инициативная группа, ставшая семечком новой общины Русской Православной Церкви.

— Что естественно, потому что, Гамбург очень большой город.

— Да, Гамбург — это второй по величине город в Германии, крупнейший работодатель. Поэтому многие русские эмигранты сюда стремятся. В 2001 году решением Священного Синода Русской Православной Церкви Московского Патриархата был открыт новый приход в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского.

По благословению архиепископа Феофана протоиерей Борис Устименко первым начал возделывать целину нового прихода. Отец Борис, является не только благочинным Северной Германии, но и фактически новым миссионером этих мест, поскольку является отцом основателем большинства северогерманских общин. Приезд отца Бориса в Гамбург совпал с тем, что приход Сербской Православной Церкви выходил из того помещения, которое они долгое время снимали у Евангелической Церкви. Получилось так, что то намоленное место, где около 20 лет совершалась Божественная Литургия, перешло в наследство новой общине.

Однако, проблема заключалась в том, что была очень высокая арендная стоимость. Это помещение представляло собой спортивный зал в лютеранском детском садике. По договору за него нужно было платить полторы тысячи евро в месяц. В 2003 году ваш покорный слуга был назначен в Гамбург. Главным делом моего служения стал поиск нового помещения. Господь нас щедро утешил тем величественным собором, где община располагается ныне. На тот момент это был храм Лютеранской Церкви, но богослужебная жизнь в нем практически сошла на нет. Для нас же этот храм был интересен тем, что помимо того, что он находится в центре города, по своей архитектуре он не типичен для лютеранских северогерманских храмов, так как в свое время строился для армянской общины.

Архитектор Лоренце учился в Тифлисе и свою любовь к кавказской архитектуре воплотил в этом проекте. Тут конечно не только Кавказ угадывается. Это неороманский стиль с элементами готики. При этом сохраняется крестово — купольная система, с большим алтарем, что опять же, нетипично для лютеран, но было желательно армянам и оказалось радостным сюрпризом для нас. На стадии согласования проекта с городом, армянская община от строительства отказалась, но архитектор убедил синод Лютеранской Церкви реализовать проект. Одним из аргументов было то, что присутствующая в проекте система круга, по мысли архитектора, наиболее соответствует лютеранскому пониманию проповеди слова Божия. Ведь длинные соборы для органов и помпезных служб. А лютеранам важно слово и люди собираются вокруг пастыря.

— И вот опять же, идея круга обращает к древней, еще катакомбной церкви.

— Да. В итоге этот аргумент очень понравился лютеранам. Когда мы впервые увидели этот храм, то поняли, что он выглядит как готовый православный и сразу начали переговоры.

Тогдашний епископ города Гамбурга – госпожа Мария Эпсон (теперь уже традиционно, что лютеранский епископ города Гамбурга – женщина) была большой почитательницей России, русской культуры и поклонницей Петербурга. Существовала тесная связь между Североэльбской епархией Евангелическо-Лютеранской Церкви и Санкт- Петербургской митрополией Русской Православной Церкви. Этот благоприятный фон межцерковных отношений помог нам в переговорах с Лютеранской Церковью. Долгое время решали, какая будет форма передачи храма. Но выяснилось, что земля, на которой стоит храм, принадлежит городу, а не церковной общине, так как находится в центральной части Гамбурга.

По немецкому закону владеет зданием тот, кто владеет землей. Поэтому, пришлось к нашим переговорам привлекать третью сторону, уже город Гамбург. И в итоге мы пришли к тому, что Евангелическая Церковь нам передала этот собор символически за 1 евро, но при условии, что мы по рыночной стоимости покупаем у города землю под собором. Вот так, при личном благословении и участии тогда митрополита Кирилла, нынешнего Святейшего Патриарха (который нашел средства для покупки земли) был приобретен земельный участок с собором. В конце декабря 2004 года была совершена последняя месса Лютеранской Церкви в храме и сразу по окончании мессы своды храма наполнились гимнами благодарственного молебна. Для Лютеранской Церкви было важно и радостно, что храм переходил в собственность христианским общины.

— Почему храм освящен во имя святого праведного Иоанна Кронштадтского?

— В этом, конечно, есть и глубокий смысл и логика. Ведь Гамбург является городом-побратимом или, лучше сказать, партнером (как говорят немцы) города Санкт- Петербурга. И поэтому хотелось провести духовную нить между нашими городами. Отец Иоанн не только один из самых почитаемых святых русской северной столицы, но покровитель моряков, которых он окормлял в Кронштадте.

— Это очень важно, потому что он служил в Андреевском соборе, который, как мы помним из его жития, он увидел во сне.

Протоиерей Сергий Бабурин

— Я вам про благословение и сны еще интереснее расскажу! Когда Свято – Владимирское братство в начале XX столетия объявило по всей России сбор средств на храм в Гамбурге, один из первых, кто откликнулся на этот призыв, был отец Иоанн Кронштадтский. Господь, видимо, подсказал ему, что здесь со временем придется еще потрудиться. Для нас это прижизненное внимание батюшки к Гамбургу очень важно.

-На самом деле это очень важно, потому что, мы сейчас как раз переходим к современности. Православный храм во имя св. Иоанна Кронштадтского сейчас является одним из самых крупных православных центров в Германии. Расскажите об этом отдельно, чем живет современный приход?

— Во-первых, люди, оказавшиеся заграницей, особенно в первое время, переживают очень тяжелый период адаптации. Этот интеграционный процесс некоторым оказывается вообще не под силу. Большинство людей, (русские люди талантливы и активны) очень быстро учат язык, находят работу и сразу же ведут насыщенную жизнь, но все равно, жизнь в рассеянии не сладкая, хлеб дается большим трудом.

Поэтому, когда все эти интеграционные тяготы обрушиваются на человека, вопросы духовной жизни обостряются, и люди начинают искать храм, где они могли бы получить какую-то духовную поддержку и утешение, где они могли бы встретить единомышленников, соотечественников, просто поговорить на родном языке, вспомнить свою Родину. Такой душевный фактор важен, поэтому храм заграницей, становится не просто приходским храмом, но и фактически родным домом. Эта особенность присутствует почти во всех заграничных приходах.

Другая интересная особенность прихода заключается в том, что большинство людей, влившихся в жизнь общины активно и с удовольствием, не имели за своими плечами в странах бывшего Советского Союза опыта церковной жизни. Впервые переступили порог храма именно здесь, заграницей. Поэтому, я не знаю, как другие приходы, но наш просто обречен был стать миссионерским. На приходе довольна большая «текучка». Мы периодически со слезами провожаем какую-нибудь семью, в силу того, что люди нашли работу в другом городе. При этом, тут же появляются минимум две новых семьи. И перед нами встает задача опять, с начала все рассказывать и объяснять. Это, конечно, тоже требует и времени и определенных площадей. А ситуация возникла такая, что хоть мы и стали собственниками крупнейшего в Германии собора, однако при нем совершенно отсутствовали подсобные помещения.

Была только маленькая кухня, которая, нам постоянно демонстрировала чудеса растяжения стен, потому что, в эту кухню постоянно помещалось немыслимое количество людей. В ней хор проводил спевки. В ней была и воскресная школа, и рисование, и пили чай, кого-то постоянно поздравляли и поминали. Маленькая каморка стала точкой постоянного кипения. Это было не просто. При этом, несмотря на дружную атмосферу, было понятно, что долго мы так не протянем, начнем понемногу есть друг друга.

Кроме миссионерских трудов, другая важнейшая задача, которая стоит перед каждым приходом за рубежом — образование наших детей. Вот основные грани современного прихода — миссионерская, образовательная, культурная и праздничная.

Все это вместе привело нас к тому, чтобы мы начали активно думать и о возможности получения каких-то дополнительных площадей для вне богослужебной деятельности. Буквально рядом с нашим храмом стоял старый двухэтажный дом. Не буду рассказывать о всех трудностей и скорбях, однако сегодня на месте того ветхого строения красуется большой новый дом, ставший духовно-культурным и образовательным центром нашей общины. Несмотря на то, что часть площадей мы сдаем в аренду для получения средств, позволяющих нам гасить полученный на строительство банковский кредит, большинство площадей служит благу общины. Зал русского языка и литературы с библиотекой, художественная школа, курсы русского языка и литературы, математики, группы воскресной школы.

Комнаты для гостей общины (в которые гостеприимно приглашаем всех читателей). Центр физиотерапии, где прихожане могут восстановиться для дальнейших подвигов. В нашем доме расположился большой зал, где община проводит свои праздники и встречи. В зале постоянно проводятся концерты классической музыки и литературные встречи. Сам дом было решено назвать Дом Чайковского. Сейчас этот дом известен многим гамбуржцам как место русско-немецкого культурного обмена. Есть дом, есть площади, есть множество талантливых людей, которые могут воплощать свои идеи. Продолжаем активно трудиться. Удивительное чудо — за 15 лет своего существования община из маленькой группы энтузиастов, ютившихся в спортзале лютеранского детсада, стала крупной, крепкой общиной на ответственности которой находится собор, духовно-культурный и образовательный центр (дом Чайковского) и православное кладбище с деревянным храмом.

— Как появилась идея создания православного кладбища?

— Думы о важности такого проекта возникли давно. Мыслей «за» было много. Это и возможность компактно, согласно православным традициям, погребать православных людей, это и важность систематической литургической молитвы об усопших: есть сложности согласования наших традиций со сложившейся погребальной практикой в некоторый землях Германии. Но, вот был найден участок, нашлись доброхоты взявшиеся помочь построить храм и создать целый парк с деревянной архитектурой. Православные гамбуржцы очень полюбили уютный храм. Наши батюшки совершают богослужения в нем в 1 и 3 субботу месяца, (причем в первую субботу Литургию поет детский хор нашего прихода) а по воскресениям получила возможность совершать свои регулярные богослужения немецкоязычная православная община свв. Кирилла и Мефодия.

— Отец Сергий, как, по Вашему мнению, воспринимают русский православный храм наши соотечественники, из-за тех или иных обстоятельств жизни оказавшиеся в Дальнем Зарубежье? Они приходят в храм, потому что видят в нем, прежде всего, островок Отчизны, место, где можно получить помощь и утешение, или же главное — что это Дом Божий, где можно молиться на знакомом языке и в соответствии с традициями Русской Церкви?

— Главное, что радует каждого священника, встречающего своего соотечественника в храме, — это восприятие им храма как Дома Божия и чувство благоговения, присущее нашему народу. Но спектр отношения к храму различный. Все больше людей проходят период воцерковления — это самая большая радость.

Действительно, храм в диаспоре — это и место утешения человека, тяжело переживающего разрыв с Родиной и постигающего горький вкус эмигрантского хлеба. Конечно, встречаются люди, которые с головой окунаются в процесс ассимиляции, стараются стать немцами больше, чем сами немцы, но чаще всего именно здесь, в отрыве от Родины, люди впервые переступают порог храма. Искренне стараются участвовать в мероприятиях общины, приобщать детей к Церкви.

Но мы, как и все, пожинаем плоды религиозного невежества наших соотечественников. Порой степень невежества и язычества потрясает, особенно странно видеть это в сочетании с хорошей образованностью и желанием иметь и постоянно озвучивать свое мнение. Храм открыт каждый день, и подготовленные дежурные с любовью стараются встречать каждого.

— Ваш приход — один из самых «молодых» среди приходов Берлинской и Германской епархииРусской Православной Церкви, его история насчитывает немногим более десяти лет. Не могли бы Вы рассказать о том, как начиналась его история?

— Начиналось все с инициативы нескольких семей, обратившихся к архиепископу Берлинскому и Германскому Феофану с просьбой прислать священника. Произошло это в крещенские дни 2001 года.

Первым пастырем и духовником общины был протоиерей Борис Устименко. Вначале жизнь была исполнена лишений, поскольку община ютилась в спортзале лютеранского детского садика, за который приходилось отдавать непосильную для общины арендную плату. Но именно там община родилась и прошла первые шаги духовного становления. Первые трудности очень сплотили людей. Там у нас была возможность часто собираться, и в храме проходили постоянные беседы и совместное изучение Священного Писания.

Можно сказать, в новый храм переехала уже крепкая, дружная и состоявшаяся община.

— Ныне местом молитвы Вашего многочисленного прихода является церковь, освященная во имя одного из особо почитаемых Русской Церковью святых, — праведного Иоанна Кронштадтского. Расскажите, пожалуйста, как несколько лет назад это построенное в неороманском стиле величественное церковное здание стало православным приходским храмом.

— Храм, действительно, очень красив. Он нетипичен для северной Германии. Изначально храм проектировался для армянской общины, поэтому имеет много знакомых для нас элементов православной архитектуры. Затем, когда армянская община на стадии согласования проекта от него отказалась, архитектор убедил руководство Лютеранской Церкви воплотить этот проект в жизнь для лютеранской общины. В борьбе за свой проект он приводил аргументы, что длинные базилики — наследие Католической Церкви — не подходят лютеранам, которые должны, сидя кружком вокруг пастора, изучать Писание. Этот аргумент понравился, и в Гамбурге в начале XX века появился напоминающий древние ротонды храм с алтарной апсидой, развернутой на восток.

Несмотря на центральное положение храма, к концу прошлого столетия лютеранская община в нем почти распалась. Он был приписан к соседнему приходу, в этом здании проходили концерты и выставки. Он также сдавался в аренду разным иностранным общинам. Неизбежность капитального ремонта страшила Лютеранскую Церковь.

Нам удалось провести переговоры таким образом, что храм был передан нам за символическую цену в один евро при условии, что православная община по рыночной цене выкупит у города земельный участок под храмом. Так в центре Гамбурга появился островок русской земли с храмовым зданием. В дело его ремонта и благоукрашения с головой окунулась вся община, и теперь уже совершенно невозможно узнать в нем когда-то полузаброшенный храм.

Храм венчает купол и пять золотых крестов, сооружен фресковый иконостас и мозаичный пол. Процесс благоукрашения продолжается.

— На сайте одного из русских приходов за рубежом некоторое время назад была опубликована фотография, на которой видно, что во время богослужения площадка перед храмом превращается в «парковку» для самых разнообразных колясок, которые оставили пришедшие на службу мамы с детьми. Сейчас и в России уходит в историю стереотип о том, что в храмах бывают одни бабушки. А как можно охарактеризовать состав гамбургского прихода, кто составляет его основную часть?

— Действительно, очень много в храме деток. По воскресеньям около ста детей причащаем. На Рождество раздали 400 детских подарков. Очень радует, что у прихода есть будущее.

Много в храме и подростков, молодежи. С ними проводятся регулярные встречи. Существует молодежная интернет-рассылка, в которой участвует около восьмидесяти ребят. Они с радостью откликаются на социальные проекты, охотно помогают приезжающим из России на лечение больным людям.

Кроме того, осуществляется проект семейного лагеря — смены проходят в осенние и весенние каникулы.

Естественно, любви к Богу «все возрасты покорны». Много у нас и людей преклонных лет. Слабеющие прихожане подвигли нас к идее перейти с единичной помощи на систематическую. Члены нашей приходской общины создали патронажную службу по уходу за больными и престарелыми «Покров», она обслуживает уже около восьмидесяти человек. Все сотрудники получают зарплату от немецкого государства.

— Богослужения в храме святого Иоанна Кронштадтского совершаются не только на церковнославянском, но и на немецком языке. Значит ли это, что для значимой части ваших прихожан родной является немецкая речь? Кто они, потомки эмигрантов или коренные жители, принявшие Православие?

— Немецкоязычная часть нашего прихода незначительна, чаще всего это представители смешанных семей. Есть и коренные немцы, принявшие Православие. Интересная группа — молодые представители других Поместных Православных Церквей, которые чувствуют себя на наших немецкоязычных службах более уютно, чем в собственных общинах, где часто царит национально-семейный дух.

С сожалением следует отметить и неизбежное явление — потерю русского языка нашими детьми. Стараемся всеми силами этому противостоять, но факт остается фактом: все более родным для многих становится немецкий, и молиться многим детям легче на немецком языке.

Раз в месяц у нас совершается богослужение целиком на немецком языке. Все больше немецких вкраплений появляется также в воскресном богослужении.

— Гамбургский приход активно занимается просветительской работой: действует воскресная школа, проходят публичные лекции… Не могли бы Вы познакомить наших читателей с этой стороной деятельности прихода?

— У нас две группы воскресной школы. В младшей с детьми занимаются рукоделиями, читают рассказы и сказки. Малыши учат вместе молитвы. В старшей группе детям предлагается более серьезный материал. Мы отказались от попытки давать систематический курс, поскольку регулярно посещать храм получается далеко не у всех семей. Беседы строятся как самостоятельный урок с темой, которая раскрывается в рамках одной встречи.

Дети занимаются в школе во время богослужения до Евхаристического канона и затем приводятся в храм. В первое воскресенье месяца часть богослужения поет наш детский хор, занятия в котором проводятся каждый воскресный день после Причастия.

Кроме того, в нашем храме раз в три месяца проводятся спецкурсы, для чтения которых мы приглашаем лекторов из России. По средам и по воскресеньям, когда храм не занят (два раза в месяц у нас после воскресной Литургии совершается богослужение на грузинском языке), в нем проходят беседы.

— Есть ли у прихожан возможность проводить вместе внебогослужебное время? Организовываются ли совместные праздники, спортивные или иные досуговые проекты?

— Кроме организации семейного лагеря, о котором я рассказывал, проводим время от времени детские праздники. В городе очень много разных кружков, курсов, спортивных секций, в которых активно занимаются наши прихожане. Спонтанно возникли внутри прихода боксерская и волейбольная группы.

Хотелось бы проводить больше приходских праздников, но мы скованы отсутствием помещения для внебогослужебной деятельности. Сейчас начато строительство духовно-культурного и образовательного центра, и теперь это предмет главных беспокойств и молитв наших прихожан.

— В России мы нередко слышим о различных процессах в Западной Европе, которые вызывают у верующих обоснованные опасения. Среди них — официальное признание однополых браков в ряде стран, обязательное внедрение в государственных школах «полового просвещения», вмешательство социальных служб некоторых государств во внутреннюю жизнь верующих семей, в том числе в вопросы соблюдения детьми постов. Встречаются ли православные в Германии с какими-либо негативными явлениями в обществе, которые оказывали бы непосредственное влияние на их жизнь?

— Если честно, то острых проблем я не встречал, хотя часто что-то об этом приходится слышать. Во всяком случае, тем, кто желает быть серьезным, строгим к себе христианином, ничто не помешает в современной Германии. Трудно, конечно, молодым сохранять себя среди развращенного общества, но эти процессы глобальны.

— В Гамбурге есть еще община Русской Зарубежной Церкви. Как бы Вы охарактеризовали отношения между приходами?

— Как искренне братские.

— Являются ли православные приходы, их деятельность заметным явлением в жизни германского общества?

— В Германии интерес общества к Православной Церкви все пристальнее. С огромной симпатией и заинтересованностью немецкое общество наблюдает за кипучей деятельностью православных приходов и их многолюдностью. Огромен интерес к эстетической стороне жизни Православной Церкви. Священник присутствует и в больницах, и в тюрьме, постоянно поступают от местных школ просьбы привести детей в храм для рассказа о Православной Церкви.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *