Покаяние отверзи ми двери

Астанайское Православное Молодёжное Движение

Протоиерей Андрей Николаиди, проректор Одесской духовной семинарии

В самом начале весны Церковь вводит нас в особые дни, которые святые отцы называют духовной весной, весной духа, – наступает Великий пост. Эти семь недель подготавливают нас к самому великому и радостному празднику праздников и торжеству торжеств – Светлому Христову Воскресению, ко святой Пасхе. Это время воздержания, когда Церковь предписывает нам ограничить себя в пище, не вкушать мясного и молочного, чтобы, не будучи связанными чрезмерными заботами о теле, больше времени уделять душе и внутреннему совершенствованию. Но пост – это не только и не столько диета. Это, прежде всего, время, когда Церковь призывает каждого вглядеться в свою душу – все ли там хорошо, испытать свою совесть – не обвиняет ли она нас во грехах, вглядеться в собственную жизнь – соответствует ли она заповедям Божиим. И помочь каждому христианину в этом призвано православное богослужение – молитвы и песнопения, в словах которых находят свое выражение чувства и мысли их составителей – святых отцов и подвижников благочестия.

Можно сказать, что богослужения являются вербальным, словесным выражением нашей веры, ничем иным как осуществлением необходимости верующего сердца петь, благодарить и славословить Бога, ничем иным как разговором человека со своим Творцом. Слова богослужебных молитв и песнопений, если следовать образному определению одного из подвижников благочестия, – это своеобразное русло, по которому должна течь наша личная молитва.

Подготовительные недели к Великому посту

И Церковь, подвигая всех к осознанию значения поста в нашей духовной жизни, в своем богослужении начинает готовить нас к его наступлению за три недели, когда в воскресенье за литургией читается евангельская притча о мытаре и фарисее. С этого дня за праздничным богослужением уже звучит песнопение, призывающее нас к покаянию.

Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче, утренюет бо дух мой ко храму святому Твоему, храм носяй телесный весь осквернен; но яко щедр, очисти благоутробною Твоею милостию. (Жизнодавец! открой мне двери покаяния, ибо душа моя с раннего утра стремится к Твоему святому храму, так как ее храм телесный весь осквернен; но Ты, Щедрый, очисти его по Твоей безмерной милости).

На спасения стези настави мя, Богородице, студными бо окалях душу грехми и в лености все житие мое иждих; но Твоими молитвами избави мя от всякия нечистоты. (Богородица! наставь меня на путь спасения, ибо я осквернил душу свою постыдными грехами и всю жизнь свою провел в лености; но Ты Своими молитвами избавь меня от всякой нечистоты).

Множества содеянных мною лютых помышляя окаянный, трепещу страшнаго дне суднаго, но надеяся на милость благоутробия Твоего, яко Давид вопию Ти: помилуй мя, Боже, по велицей Твоей милости. (Я, несчастный, помышляя о множестве совершенных мною беззаконий, трепещу в ожидании страшного дня суда; но, надеясь на Твою безмерную милость, как Давид, взываю к Тебе: помилуй меня, Боже, по великой Твоей милости).

Удивительные стихиры, т. е. молитвы, в греческом оригинале построенные в определенном стихотворном размере, основанные на покаянных мотивах великой книги молитв – Псалтири, вновь возводят наши сердца и умы к небу, позволяя приподняться над плоскостью будничной суетливости, на мгновение остановиться и задуматься, все ли верно, ровно, правильно и, самое главное, праведно в нашей жизни.

Ответом на этот вопрос самому себе становятся слова песнопения: «Множества содеянных мною лютых помышляя, окаянный, трепещу», т. е. я, окаянный, прихожу в трепет, вспоминая все содеянные мною беззаконные дела. Именно это осознание собственной обремененности грехом, который не приносит ничего, кроме страданий и боли отчуждения от Бога и людей, побуждает нас вновь и вновь обращаться к Богу: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче».

Эти слова мы услышим еще не раз. На протяжении всего Великого поста они будут сопровождать нас за воскресным богослужением, ободряя и возрождая в наших душах образы покаяния. А в следующий воскресный день, когда за литургией читается притча о блудном сыне, в храмах звучит еще одно умилительное песнопение, напоминающее о нашем Небесном Отечестве, о долгой дороге домой. Как и большинство богослужебных гимнов, оно родилось во времена ветхозаветной древности, когда изгнанные из своей милой родины в воинственную Вавилонию древние израильтяне вспоминали родные священные места и оплакивали свое бедственное положение.

«На реках Вавилона, там мы сидели и плакали, когда вспоминали Сион» – такими словами начинается 136-й псалом, который поется в самый важный момент вечернего богослужения. Он как бы наслаивается на торжествующие возгласы полиелейных ликующих и радостных псалмов, восклицающих: «Хвалите Имя Господне, хвалите раби Господа, Аллилуиа». Этим контрастом величественно хвалебных и молитвенно-покаянных мотивов подчеркивается, что для того, чтобы достойно возносить песнь хвалы Господу, необходимо, прежде всего, покаяние – возвращение домой, в озаренные вечной любовью чертоги Отца из горькой страны изгнания, из страны греха.

Следующий воскресный день напоминает нам о конце человеческой истории, о дне Второго и Великого пришествия в мир Христа Спасителя и о Страшном Суде. А последний день перед Великим постом называется Прощеным воскресеньем, потому что в этот день, подготавливая себя к подвигу святой Четыредесятницы, как еще называется Великий пост, христиане испрашивают друг у друга прощение и примиряются, чтобы очистить души для молитвенного подвига.

Особое великопостное богослужение – Литургия Преждеосвященных Даров

Примирившись с ближними и Богом, православные христиане вступают на поприще святого поста. Первая неделя – самая строгая и очень насыщена духовными переживаниями. Они находят свое отражение в богослужении. Изменяется сам ход общественного богослужения. Облачения храма и священнослужителей, светлые и радостные в дни праздников, сменяются на скромные темные. Звучат другие распевы, которые в обиходе принято называть постовыми, молитва наполняется усиленным обращением к Псалтири, которая начинает звучать гораздо чаще, и, что самое главное, в будничные дни Великого поста не совершается самое важное и торжественное общественное богослужение – божественная литургия. Это происходит потому, что она наполнена яркими праздничными переживаниями Воскресения Христова, а они не сочетаются с общим молитвенным настроением постового богослужения. Вместо этого в среду и пятницу каждой недели Устав, регламентирующий общественное богослужение, предписывает совершение особой службы – Литургии Преждеосвященных Даров. Так эта служба называется потому, что верующие на ней причащаются Святых Даров, которые были освящены заранее, за предыдущей полной литургией.

Покаянный канон преподобного Андрея Критского – великий по красоте и глубине

Первые четыре дня Великого поста – в понедельник, вторник, среду и четверг – в каждом православном храме за вечерним богослужением читается удивительное по своей красоте и глубине чувств православное богослужебное произведение – великий Покаянный канон преподобного Андрея Критского.

Он называется великим как по своему объему – в нем более двухсот поэтических строф, так и по содержанию и глубине. В его прекрасных возвышенных славянских выражениях проходят пред нашим мысленным взором древние ветхозаветные и новозаветные праведники и грешники, люди, своею жизнью воплотившие идеал человеческого существования и сумевшие преодолеть грех, и люди, явившие своими делами глубину падения. Все они становятся для нас образцом, жизнь каждого и поступки каждого гениальный песнописец, автор канона преподобный Андрей, призывает примерить на себя: а я, разве я не так же поступаю и есть ли у меня силы принести искреннее раскаяние? Каждая строфа начинается удивительным припевом, восклицанием: Помилуй мя, Боже, помилуй мя. Многократно повторенная, эта фраза становится стержнем, раскрывающим суть канона. В этих словах слышатся и скорбь о грехах, и покаяние, и желание исправиться, и надежда на прощение, и мольба о помощи Божией. В них заключена великая сила – они разбивают оковы греха, вырывают душу из объятий смерти, побеждают демонов, укрощают страсти, открывают затворенные грехом врата рая. С этих слов начинается покаяние, начинается долгая дорога домой – в потерянный праотцами рай, в вечное блаженное Царство Бога. И потому, предваряя каждую строфу, каждый библейский образ, призывающий нас к исправлению собственной жизни и покаянию, Церковь взывает: Помилуй мя, Боже, помилуй мя. Конечно, трудно неподготовленному богомольцу на слух воспринимать достаточно сложную византийскую церковную поэзию, но сейчас издано множество брошюрок, в которых текст канона дан с переводом на русский язык и подстрочными объяснениями.

Молитва преподобного Ефрема Сирина

И, наверное, самым важным отличительным моментом великопостного богослужения является молитва преподобного Ефрема Сирина, которая произносится много-много раз. При этом сама молитва, излагающая основные прошения кающегося человека, произносится особым образом. Она разделяется на три части, после каждой совершается один великий поклон – молящийся преклоняет колени и касается главой пола. Затем с внутренней молитвой об очищении грехов молящийся совершает двенадцать малых поклонов, при которых колени не преклоняются, и затем молитва читается еще раз без разделения на части, и в конце ее кладется еще один великий поклон. Текст этой молитвы очень важен для понимания внутренней основы покаяния. Составленный в конце IV века, он не потерял актуальности и для нас.

Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми.
Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему.
Ей, Господи, Царю, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков. Аминь.

(Господи и Владыка моей жизни. Дух праздности, уныния, желания властвовать и пустословия не дай мне.
Дух же целомудрия, смирения, терпения и любви даруй мне, Твоему рабу.
Господи, Царь, даруй мне видеть мои прегрешения и не осуждать моего брата. Аминь).

Покаянная молитва святого Ефрема Сирина вдохновила Александра Сергеевича Пушкина на создание прекрасного стихотворения:

Отцы пустынники и жены непорочны, Чтоб сердцем возлетать во области заочны, Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв, Сложили множество божественных молитв; Но ни одна из них меня не умиляет, Как та, которую священник повторяет Во дни печальные Великого поста; Всех чаще мне она приходит на уста И падшего крепит неведомою силой: Владыко дней моих! дух праздности унылой, Любоначалия, змеи сокрытой сей, И празднословия не дай душе моей. Но дай мне зреть мои, о Боже, прегрешенья, Да брат мой от меня не примет осужденья, И дух смирения, терпения, любви

И целомудрия мне в сердце оживи.

Именно в этой молитве находит свое отражение стержень поста – очищение души для достойной встречи с Воскресшим Христом.

Источник: Информ-листок
† Отдел религиозного образования, катехизации и миссионерства Одесской епархии УПЦ

  • Просмотров: 4820

«Покаяния двери отверзи мне…»

Еще за восемьсот лет до Рождества Христова у пророка Исайи в его книге записаны такие слова Господни: «Глаголи ты беззакония твоя прежде, да оправдишися» (Ис. 43. 26).

И не только эти восемьсот лет до Рождества Христова имели силу эти слова. Они имеют эту силу и будут иметь ее до скончания века, ибо все мы – грешники, и к сердцу каждого из нас обращены эти слова.

Мы с вами, дорогие мои, вступили на поприще Великого поста. Одни из нас будут «говорить» Господу грехи свои на первой неделе, другие – на предстоящих неделях. Но от каждого из нас Святая Церковь, Мать наша, ждет в эти дни нашего покаяния.

Некоторых из тех, кто в прошлом году встречал и проводил святую Четыредесятницу, уже нет в живых. Они уже ушли в Жизнь Вечную, и закрылись для них двери терпения Божия и милосердия Божия, и уже каждый из них получает должное по своим делам.

О, если бы мы, дорогие мои, восчувствовали в эти дни покаяния – а это надо восчувствовать! – сколько любви и долготерпения у нашего Небесного Отца! Мы все должны были бы быть уже наказаны судом праведного гнева Божия, а Господь благословляет нас с вами еще раз проходить эти спасительные дни.

О, если бы мы могли сознать всей глубиной своей души, что мы достойны ада за грехи свои, а нам Отец чадолюбивый предлагает рай и вечное блаженство. Если бы мы могли пережить это всем своим существом, каким было бы наше раскаяние! Слезы сами текли бы из наших глаз, и сердце наше всей силой своей жаждало бы помилования у Господа и прощения множества наших согрешений.

Какое драгоценное время наступает для каждого из нас! Какое бесценное богатство, несказанное сокровище предлагает нам Господь в эти дни: прощение и помилование кающимся грешникам! Господь еще раз готовит явить нам всю неистощимую и неисчислимую меру Своего милосердия.

Что может быть счастливее участи прощенного и помилованного в своем раскаянии человека, когда он смотрит светлым взором на небо, чистыми глазами вокруг себя, когда покойно в его прощенной Господом при его раскаянии душе?

И что может быть злосчастнее участи нераскаянного грешника, который прилагает грехи ко грехам, который продолжает из года в год жить со своими нераскаянными грехами?

Здесь, пока мы живем на земле, не видно различия между большими и меньшими грешниками. Но придет время, когда откроются все помышления сердец человеческих. И что должен будет испытать нераскаянный грешник, когда услышит голос Праведного Судии: «Идите от Меня в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его»?

И какой радостью наполнится сердце верных рабов Божиих, которые в дни земной своей жизни прибегали со слезным раскаянием к ногам Христовым и получали прощение в своих согрешениях, и доброй своею жизнью искупали свои греховные проступки и преступления! Какое счастье охватит их сердца, когда они услышат голос, призывающий их войти в вечную радость Господа своего, как благословенных детей Небесного Отца!

И вот для каждого из нас Господом приготовлено средство избежать вечной казни, вечного отчуждения от Господа – это наше слезное покаяние, это исправление нашей греховной жизни, это заглаждение наших грехов доброй христианской жизнью. К этому зовет нас Святая Церковь: «Глаголи ты беззакония твоя прежде, да оправдишися».

«Если исповедуем грехи наши, – говорит Слово Божие, – то Он… простит нам грехи наши…» (1Ин. 1, 9). И наше покаяние, которого ждет от нас Господь, должно быть полным, совершенным, ибо Сердцеведец знает всё: знает даже тайные помышления, какие только зачинались в нас. От Его всевидящего взора ничто не укроется: Ему ведомы все грехи, о которых никто не знает, кроме нас самих.

Святая Церковь и призывает нас в эти дни к исповеданию наших грехов, к открытой с сокрушенным сердцем исповеди перед духовным отцом во всех наших грехах и беззакониях. Эта исповедь перед духовным отцом необходима для нас, потому что в ней проявление живой потребности каждого кающегося сердца, потому что в исповеди начало исцеления нас от болезни греховной и средство облегчения нас от греховной тяжести.

Казалось бы, ничто, и никто ближе к человеку не может быть, как сам человек. Никто не может знать так человека, как он сам. И, казалось бы, нетрудно принести нам полное и совершенное покаяние в грехах своих, во всех нечистых помышлениях, во всех скверных движениях своей грешной, немощной души.

Но отчего так нередко получается, что приходит христианин на исповедь и как будто и нечего ему сказать, кроме неизменных, обычных для всех грешников греховных поступков. И нередко слышит пастырь: «Грешен во всем, а особенно ни в чем…»

Отчего получается так, что мы не умеем осознать свои грехи? Это оттого, что мы невнимательны к своей совести, что мы рассеянны и не умеем принести покаяние, которое ждет от нас Святая Церковь.

Ведь как проходит день у большинства из людей? Встает человек от своего ложа, и начинается день забот, трудов, волнений; всякие впечатления заполняют его сердце. К вечеру он устает и торопится изможденное тело успокоить сном. И так день он провел как бы вне себя: у него не осталось ни одной минуты заглянуть в свое сердце и осудить себя за греховные и нечистые свои помыслы и деяния или хотя бы подумать о том грязном и скверном, что он соделал за этот день.

Так идет день за днем, проходят месяцы, проходят годы и может пройти и вся жизнь на земле; и мглою покроется все прошедшее, и сердце становится для носителя его покрытым какой‑то непроницаемой корой; нам уже трудно углубиться в самого себя, вспомнить и осудить свои помышления, движения, поступки; и грехи, изо дня в день содеянные нами, остаются на нашей совести и невспомянутые и нераскаянные.

Вот почему Святая Церковь завещает нам – увы! это завещание мы так плохо исполняем или не исполняем совсем на вечерней нашей молитве вспоминать согрешения, содеянные в течение дня, просить себе у Господа в них прощения, чтобы не оставались эти наши согрешения прожитого дня забвенными и покрытыми пылью последующих дней. Если этого мы не делаем, если мы до сих пор не умеем испытывать своей совести в вечер каждого дня, пусть каждый приступающий к исповеди, накануне ее или в дни приготовления к исповеди, найдет, непременно найдет такое время вечером или даже ночью, не дав сна себе, чтобы испытать самого себя прежде, чем он придет к исповеди, прежде, чем будет говорить о своих грехах духовному отцу.

Пусть каждый, вспомнив о содеянных согрешениях, сумеет еще до исповеди пережить тяжесть своих грехопадений. Нельзя ожидать, чтобы духовный отец назвал все те согрешения, которыми полна душа кающегося. Надо самому кающемуся, самому будущему исповеднику накануне своей исповеди осудить себя за свои грехопадения, начать тот плач о грехах, который омоет кающуюся душу пред лицом Господа.

Вот такое полное, искреннее, совершенное исповедание грехов своих, когда мы их осуждаем, когда мы все их – в чем не изменяет память – оплакиваем, надо приносить на исповедь. Всё, что содеяно нами грязного, скверного, греховного, мы должны сложить у ног Христовых, ожидая своей скорбящей, кающейся душой, что Господь, как Отец чадолюбивый, снимет с нас тяжкое греховное бремя, покроет благодатью покаяния кающуюся душу и не вспомянет тех согрешений, в которых мы приносим покаяние, там, в жизни вечной, на Своем последнем, Страшном Суде.

Мы должны приносить Господу искреннее покаяние без всякого желания и стремления в чем‑либо себя оправдать. Тем и отличается Суд Божий от суда человеческого, что на суде земном, человеческом, подсудимый как можно больше хочет себя обелить и оправдать. А на Суде Божием чем больше себя обвиняем, тем больше оправдываем в очах Божиих.

И Господь ждет от нас такого покаяния, когда мы не других обвиняем в своих согрешениях, не что‑либо и не кого‑либо, а только самих себя.

Врагом нашим в деле искреннего покаяния является наше самообольщение, когда мы не хотим замечать за собой тех согрешений, мыслей, движении греховных, которыми так переполнено наше грязное сердце.

Если человек впадает в какой‑нибудь явный тяжкий грех и если совесть в нем не совсем сожженная и погибшая, она будет обличать в этом явном тяжком грехе. Но если изо дня в день мы повторяем одни и те же грехи, мы легко впадаем в это состояние самоуспокоения: нам кажется, что мы не грешнее других, и мы утешаем себя тем, что есть люди более грешные, чем мы с вами.

Мы знаем, как праведники боялись такого состояния духа и как они молились Господу в своих молитвах о том, чтобы Он освободил их от этого пагубного духа, препятствующего принести Господу раскаяние во всех согрешениях.

Опорой в этом самообольщении служат и наши малые добрые дела, которые, может быть, есть и у каждого из нас. Но вместо того, чтобы не думать о них, думать только о множестве и тяжести своих грехов, многие из нас услаждают грешную совесть памятью о своих добрых делах и заглушают ее голос самоубеждением в том, что этими малыми добрыми делами будто покрываются наши согрешения. Это – тяжкое и греховное состояние, губящее нашу душу.

Не с другими грешниками мы должны сравнивать себя. Мы должны сравнивать себя с теми, кто пребывает в вечной славе у Господа, с теми, кто просиял добрыми делами. И тогда какими ничтожными окажутся те малые добрые дела, которые с помощью Божией, может быть, мы и совершаем на своем земном пути!

Пусть вот так, заглядывая в глубину своей души, спросит себя каждый из нас: есть ли у меня такая вера, какая была у ветхозаветного праведника Авраама, которому Бог повелел оставить свое жительство и идти в незнакомую страну? А он нимало не колебался, веруя в то, что должен сделать всё, что Господь повелевает, встал и пошел в неведомую страну, ибо так глубока была его вера.

Есть ли у нас кротость Моисеева? Народ часто восставал против него или враждовал между собой, а Моисей являл перед народом великую кротость своего духа. Этой кротостью он побеждал своих врагов, тех, кто клеветал на него, лгал, озлоблялся на него. Кротостью своей он смирял непокорных, гордых и ожесточенных.

Есть ли у нас целомудрие Иосифа, ветхозаветного праведника, который подвергался соблазнам, искушениям и устоял перед ними, ибо всегда видел своими духовными очами перед собою Господа и говорил: «. как. сделаю я сие великое зло и согрешу пред Богом?» (Быт. 39, 9).

Есть ли терпение мучеников, которые претерпевали за имя Христово величайшие пытки и страдания? Нас никто не пытает и никаким страданиям не подвергает. Но есть ли у нас терпение в болезнях, скорбях, неизбежных на земном нашем пути? Хотя бы часть того терпения, которое являли святые мученики?

И когда мы сравниваем себя с этими великими носителями добродетелей, мы видим только скверны свои, в которых должны перед лицом Господа принести свое покаяние.

Истинное покаяние должно быть слезным, жгучим. Мы должны переживать в самой глубине своего духа это чувство раскаяния во грехах своих, оно должно сотрясать наше внутреннее существо.

Вы слышали, перед Великим постом исполнялся псалом: «На реках Вавилонских, тамо седохом и плакахом…» (Пс. 136, 1). Еврейский народ, плененный врагами, в чужой стране на берегах Вавилонских рек плакал жгучими, горькими слезами о Сионе, о своем священном Иерусалиме, из которого увел его враг.

Это песнопение о слезах плененных иудеев Святая Церковь напоминает нам для того, чтобы сказать, что наше покаяние должно быть таким же горячим.

О, если бы мы представляли, какая участь грешника, с которого не сняты его согрешения, ожидает его в Жизни Вечной, в вечном отчуждении от света, от лица Божия, – слезы раскаяния обильно омочили бы лицо наше!

И Святая Церковь ждет от нас не холодного, не внешнего покаяния – не оно спасает нас и оправдывает нас перед лицом Господа, принимающего покаяние, – а слезного, исходящего из недр нашего духа, когда мы всем своим «внутренним человеком» сознаем, что оскорбляли и огорчали нашего чадолюбивого Отца. Ведь как мы поступаем? В ответ на Его любовь мы не исполняем Его волю, оскверняем свое тело, загрязняем свой бессмертный дух и делаемся достойными тяжкого наказания от Господа.

Истинное покаяние должно быть невозвратным. Надо каяться для того, чтобы не возвращаться на путь греха. Если мы приносим покаяние и в то же время знаем, что будем идти по этой же дороге, какая цена такому покаянию? Это значит как бы похитить себе прощение у Господа, обмануть Госиода в самые священные минуты покаяния. Но если мы по немощи вновь впадаем в те же согрешения, для нас никогда не закрыты двери к покаянию, ибо Господь повелел прощать кающихся столько раз, сколько раз кается грешник перед Ним.

Вот, мои дорогие исповедники первой недели, исповедники грядущих седмиц Великого поста, о чем хотело напомнить мое сердце вам в эти дни, когда мы собираемся для молитвы покаянной, когда мы много раз повторяем святые слова: «Помилуй мя, Боже, помилуй мя!»

Господь помилует нас, ибо Он обещал милость каждому кающемуся грешнику. Но помилует тогда, когда мы принесем Ему полное, искреннее, чистосердечное и слезное покаяние в своих грехах. Такое покаяние угодно Небесному Отцу: Он примет его Своими Пречистыми руками и через духовного отца ниспошлет Отеческое благословение нашей кающейся душе, даст нам радость прощения и вслед за этим прощением дарует нам, помилованным и прощенным после такого раскаяния, счастье приступить и к Божественной Трапезе Пречистого Тела и Животворящей Крови Господних.

Ведь Он сказал: «. не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был» (Иез. 33, 11).

Он хочет, чтобы мы были живыми в бесконечных веках, пребывая с Господом, и на последнем Суде Божием стали бы не ошуюю, с нераскаянными грешниками, не по левую сторону Праведного Судии, а одесную, по правую сторону, вместе с теми святыми, которые в жизни угодили Господу и уже пребывают у Него во славе вечной.

Помоги же, Господи, всем нам принести истинное покаяние во всех наших согрешениях!

ЖМП № 3 за 1955 г.

Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче

Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче — первый из покаянных тропарей, которые мы можем слышать во время богослужения еще даже до начала самого Великого поста.

За три недели до наступления Великого поста начинается подготовительный период, который подводит нас к посту особыми чтениями и песнопениями. Каждое из подготовительных воскресений имеет свое название в соответствие с читаемым на Литургии Евангелиям. Первая из них называется Неделей о мытаре и фарисее. В 2020 году — 9 февраля.

Начиная с этой недели до воскресенья пятой недели поста на Утрене после песни «Воскресение Христово видевше» поются покаянные тропари.

«Покаяния отверзи ми двери..» музыка А. Веделя.

Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче, утренюет бо дух мой ко храму святому Твоему, храм носяй телесный весь осквернен; но яко щедр, очисти благоутробною Твоею милостию.

Перевод: Жизнодавец! открой мне двери покаяния, ибо душа моя с раннего утра стремится к Твоему святому храму, так как ее храм телесный весь осквернен; но Ты, как щедрый, очисти его по Твоей безмерной милости.

На спасения стези настави мя, Богородице, студными бо окалях душу грехми и в лености все житие мое иждих; но Твоими молитвами избави мя от всякия нечистоты.

Перевод: Богородица! наставь меня на путь спасения, ибо я осквернил душу свою постыдными грехами и всю жизнь свою провел в лености; но Ты Своими молитвами избавь меня от всякой нечистоты.

Множества содеянных мною лютых помышляя окаянный, трепещу страшнаго дне суднаго, но надеяся на милость благоутробия Твоего, яко Давид вопию Ти: помилуй мя, Боже, по велицей Твоей милости.

Перевод: Я, несчастный, помышляя о множестве совершенных мною беззаконий, трепещу страшного дня суда; но, надеясь на Твою безмерную милость, как Давид, взываю к Тебе: помилуй меня, Боже, по великой Твоей милости.

Артемий Лукьянович Ведель (1767-1808) – украинский композитор, хоровой дирижер, певец. Был регентом в Москве, Киеве, Харькове. В начале 1799 года он стал послушником Киево-Печерской Лавры. В конце весны того же года была найдена книга «Служба Нилу Столбенскому», где на пустых страницах якобы рукою Веделя в символической форме было написано пророчество об убийстве действующего царя Павла I. Против Веделя немедленно возбудили «секретное дело». Ведель был объявлен сумасшедшим и передан киевскому коменданту под стражу. Осенью того же года Веделя поместили в Киевский сумасшедший дом, где он провел 9 лет, почти до самой смерти. Произведения Веделя долгое время были запрещены и распространялись в рукописях, но их знали и выполняли, несмотря на запрет. На сегодняшний день известно около 80 музыкальных произведений.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *