Поэтика абсурда в петербургских повестях гоголя

Глава I. Понятие абсурда в литературоведении

Горит бессмыслицы звезда,

Она одна без дна.

Введенский

Абсурд (от лат. absurdus — нелепый) – бессмыслица, нелепость. Это мир наоборот, мир наизнанку, антимир. Истоки абсурда лежат в карнавальной культуре средневековья, одной из функций которой являлось узаконенное нарушение запрета. Европейский карнавал давал возможность человеку реализовать идею двумирности, то есть совершить перевертывание, оборотничество. Верх и низ менялись местами. В основе мира абсурда лежит сознательная игра с логикой, здравым смыслом .

Абсурд, по определению Т.Б.Любимовой, это — отсутствие единого прямого, схватываемого разумом смысла. Вместо действия – то есть линейных, следующих друг за другом событий, вместо «геометрии драмы» – сверкания, блики, отблески или, напротив, затемнения, провалы, перерывы, то есть как бы кривые и разбитые зеркала загадок и шарад. Отсюда и фарсовость, клоунада, «пресонажность», «кукольность», марионеточность – излюбленные качества искусства абсурда» .

Итак, абсурд в эстетическом смысле представляет собой художественный прием, способ осмысления художником окружающей его действительности и человека как главного субъекта и объекта новых отношений между вещами.

Тема «абсурдности бытия» не нова. В основе литературного явления, которое получило название абсурдизма, театра абсурда или просто абсурда, лежит мысль о бессмысленности бытия. Такая бессмысленность лишает всякой значимости любое человеческое существование как его целостности, так и в каждом отдельном проявлении – поступке, чувстве, устремлении. Как художественное течение абсурд – исключительно явление литературного порядка, чем он отличается от большинства сопредельных с ним явлений и течений художественной культуры XX., нашедших выражение в различных видах искусства – живописи, музыке, кино, скульптуре.

Идея абсурда сложилась в XX веке. Но определение появилось благодаря изданию книги английского исследователя М. Эсслина «Театр абсурда» (1961). Критики постоянно вращались в кругу абсурдистских идей, но они рассматривали только отдельные наблюдения и частные случаи. Эсслин предложил рассмотреть абсурд как особое художественное явление. Его книга была открытием, представив анализ, характеристику и целостное видение абсурда как литературного явления.

Заметим, что абсурд охватывает драму и прозу, оставляя почти без внимания поэзию.

Основой абсурда как литературного направления Эсслин называет миропонимание, смысловой фокус которого – идея тотальной абсурдности бытия, охватившая мир Запада после второй мировой войны. «Театр абсурда», по его мнению, «можно рассматривать как отражение взгляда, поистине, кажется, наиболее репрезентативного» для нашего времени. Определяющим в нем Эсслин считает «ощущение того, что несомненные истины и краеугольные понятия минувших веков были сметены, что подвергнутые проверке они были сочтены негодными и дискредитированы как дешевые и несколько ребяческие иллюзии» .

Само представление о бессмысленности бытия отнюдь не было открытием XX в. Мысль эта стара, как мир, и век от века притягивала к себе внимание – столько, сколько существует жизнь. Сопровождая человечество на протяжении истории, она содержится и в древнейших пластах литературы.

В определенном смысле драма абсурда опирается на художественные открытия новой драмы в конце XIX — начале XX в., в первую очередь Чехова, благодаря которым действие было преобразовано в преимущественно внутреннее. Переместившись из внешнего мира в пространство души, оно привело к взаимному перераспределению значимости его отдельных элементов (снижение роли сюжета, динамика, развития действия и т.д.). Однако поиски писателей — абсурдистов хотя и отталкивались от этих завоеваний новой драмы и аналогичных явлений в прозе, шли во многом в прямо противоположном направлении (отказ от психологизма, от идеи характера как сложного единства социально – исторических и специфических индивидуально – личностных черт и свойств и т.д).

По-новому осмысленное действие – главная несущая конструкция любого абсурдистского произведения, будь то в драме или в прозе. Представлением о действии как о развертывании картины определяются остальные черты поэтики абсурдизма. Оно естественно привело к полному устранению сюжета, фактически сведенного на нет, а также отказу от конфликта, развитие которого, собственно, и задает направленность сюжета.

Таким образом, теория абсурда появилась в XX веке. Мы считаем, что некие принципы поэтики абсурда выделялись и в XIX веке, в частности в творчестве Н.В. Гоголя. Попытаемся доказать, что его творчество частично развивало принципы поэтики абсурда. Одним из принципов является сочетание фантастики с реальностью в изображении окружающей жизни. Это мы и будем рассматривать в «петербургских повестях» писателя.

Глава II. Повести петербургского цикла Н.В.Гоголя с точки зрения поэтики абсурда

В основе петербургских повестей лежит необыкновенная история, чрезвычайное происшествие. У человека пропал нос, у другого сняли новую шинель, приобрести которую он дерзновенно мечтал всю жизнь, третий воскресает в фигуре директора департамента, мечтающего об ордене.

Каждая повесть выражает одну из характерных особенностей поэтики абсурда Гоголя – сочетание фантастического происшествия и реально-бытовых подробностей в описании жизни чиновничьего Петербурга.

2.1 Повесть «Нос» как «чрезвычайно странная история».

Самой абсурдной из петербургских повестей Н.В.Гоголя, на наш взгляд, является повесть «Нос».

Для творчества Гоголя характерна особая черта – он никогда не придумывал сюжет для своих произведений, он за ними «охотился» или просил знакомых рассказать ему анекдот, такой подход к творчеству связан исключительно с личностью писателя.

Сюжет основан на совершенно нереальных событиях.

Ковалеву приснился странный сон, будто от него убежал нос. Нос начал жить своей самостоятельной жизнью. Получил высокую должность и свободно прогуливался по городу. От такого недоумения, Ковалев принял все приснившееся ему за действительность, за жизнь. Но он даже не понял, что благодаря такому положению, в какое он попал во время сновидения, раскрылась вся пустота его жизни, вся унизительность – состоять при собственном носе. Эта не значительная часть тела на самом деле имеет важнейшее значение в его жизни.

Событие – находка носа в печёном хлебе невероятное, но и вероятности своей оплошности исключить герой не может: «Черт его знает, как это сделалось… Пьян ли я вчера возвратился или нет, уж наверно сказать не могу» что равносильно признанию своей вины. Испорченность и глупость Ивана Яковлевича не реальность?

В жалкой душе Ковалева, в его мелкой, никому не нужной работе, в циничной жизненной позиции автор прозрел вероятность кризиса. Пытаясь раскрыть проблему Ковалева, писатель ставит проблему и дает нам возможность увидеть в сновидениях героя свои собственные сны, призывает к сознанию и критической оценки жизни и деятельности «майора» Ковалева.

«Глупая речь и тем более речь сумасшедшего алогичны, бессмысленны, но характеризуют субъект речи, и потому это реальный речевой акт метафорический характер носа, условное «как если бы: …» «снимаются» сущностью персонажей, глубокой их жизненностью.

«Слухи, молва – это коллективное «творчество», в котором сложно отличить правду от вымысла, и этот плод праздного воображения постоянно привлекал внимание писателя; в нем видел он замысловатый синтез правды и вымысла, весьма актуальный для его творчества, в центре которого феномен «фантастического» человека. Ведь слухи, даже самые невероятные, это детище человека, человека что ни на есть реального. Вот почему и фантастические приключения носа и его «посессора» майора Ковалева отражают реалии человеческого бытия» .

Все в этой повести кажется абсолютно достоверным. Все происходит «как в жизни». А. Григорьев называл «Нос» «оригинальнейшим и причудливейшим произведением, где все фантастично и вместе с тем все в высшей степени поэтическая правда» .

Повесть начинается в стиле точной протокольной записи: «Марта 25 числа случилось в Петербурге необыкновенно странное происшествие». Ровно через две недели, когда нос Ковалева был найден, — снова фраза в той же манере достоверной газетной хроники: «Это случилось уже апреля 7 числа». И хотя странности происшествия удивляются и цирюльник Иван Яковлевич, и чиновник газетной экспедиции, и даже сам Ковалев, никто из них не отрицает его реальности: чего, дескать, не случается на белом свете, бывает и такое!

Вся история с пропажей и возвращением носа рассказана Гоголем, как история совершенно бытовая. Ничего ирреального, сверхъестественного! Как если бы речь шла об эпизоде удивительном, но, в конце концов вполне возможном.

Фантастический сюжет рассказан Гоголем, как история абсолютно реальная. В этом соединении фантастики и реальности особенно интересен знаменитый эпизод в Казанском соборе. Ковалев встречает там свой собственный нос, который стоял в стороне и с выражением величайшей набожности предавался своим религиозным чувствам. Нос, судя по его мундиру и шляпе с плюмажем, оказался статским советником, т.е. чином старше Ковалева. Нос Ковалева зажил самостоятельной жизнью. Нетрудно представить себе, сколь велико было возмущение коллежского асессора. Но беда-то заключается в том, что Ковалев не может дать волю своему возмущению, ибо его собственный нос состоял в чине гораздо более высоком, чем он сам. Диалог коллежского асессора со своим носом точно имитирует разговор двух неравных по рангу чиновников: смиренно просительную интонацию речи Ковалева и самодовольно — начальственную фразеологию носа. И нет здесь ни малейшей пародии, диалог выдержан в совершенно реалистическом духе, он абсолютно правдоподобен.

Интересно, что в первоначальном варианте повести все случившееся с Ковалевым происходит во сне. Этот мотив сновидения проскальзывает уже в самом начале. Встав утром и обнаружив вместо носа «совершенно гладкое место», Ковалев испугался, ущипнув себя, чтобы узнать, не спит ли он. Это место почти в таком же виде сохранилось в окончательной редакции. Но вот в конце повести есть существенное разночтение между обеими редакциями. В черновом тексте читаем: «Впрочем все это, что ни описано здесь, виделось майору во сне». В окончательной редакции мотив сновидения устранен. Таким образом, писатель сознательно подчеркивает эффект «совместимости» фантастического происшествия и ненормальность царящих в мире человеческих отношений.

Абсурд «Носа» нисколько не мешает нам ощутить реалистическую картину жизни чиновничьего Петербурга.

2.2 «Шинель» — самая загадочная повесть петербургского цикла.

«Шинель – самая загадочная, на наш взгляд, повесть петербургского цикла Н.В.Гоголя. В ней так же, как и в повести «Нос», по словам В.М.Марковича, «реальность и фантастика переплетаются, их границы неразличимы».

Абсурд вырастает в повести писателя из повседневной действительности, казалось бы понятной, прозаичной и естественной. Но такой она только кажется. Сам город, где живут герои Н.В.Гоголя, в известной степени ненормален. Климат его губителен, и время течет не так, как везде. От первых морозов, заставивших Акакия Акакиевича задуматься о новой шинели, до получения ее проходит полгода. На дворе апрель-май, а между тем «начались уже довольно крепкие морозы, и, казалось, грозили еще более усилиться» Видимо, холод воспринимается как непреходящее состояние изображаемого мира. Холод ассоциируется с севером, а север в мифологическом сознании – царство мертвых. Ледяным холодом пронизаны и отношения между людьми, потому что определяющим является не любовь, не дружеские чувства, а место в Табели о рангах, чин. В этом ненормальном мире люди стремятся избавиться от души, мешающей им «встроиться» в бюрократическую систему, а вещи «очеловечиваются». Шинель делается Акакию Акакиевичу «приятной подругой жизни», согласившейся «проходить вместе жизненную дорогу». Именно шинель становится заглавной героиней повести, определяя перепетии сюжета, неся свою «вечную идею».

В мире абсурда Гоголя может все измениться на свою противоположность. Так, кроткий титулярный советник становится грозным разбойником, а строгий генерал, приводящий в трепет подчиненных, сам дрожит от страха. Площадь, на которой ограбили Башмачкина, названа автором «бесконечной». Она одновременно и «пустыня, и «море». Но мир, где все непрерывно меняется, по сути своей неподвижен и в этой неподвижности вечен.

Скорбная повесть об украденной шинели, по словам Н.В. Гоголя, «неожиданно принимает фантастическое окончание». Привидение, в котором был узнан скончавшийся Акакий Акакиевич, сдирало со всех шинели, «не разбирая чина и звания».

Для передачи событий широко используется форма слухов, вводится особый тип сообщения от повествователя – сообщения о факте, якобы случившемся в действительности, но не имевшем законченного определенного результата. Особенно тонко обработано то место, где повествуется о нападении «мертвеца» на значительное лицо.

Замечательная особенность этого текста в том, что в нем опущен «утаен» глагол, выражающий «акт слушания». Значительное лицо не слышало реплику «мертвеца». Оно ее видело. Реплика была немой, она озвучена внутренним потрясенным чувством другого лица. Перед этим почти незаметно проведена психологическая мотивировка «встречи…». Сообщается о добрых задатках значительного лица, говорится о том впечатлении, какое произвела на него смерть Акакия Акакиевича. Благодаря этому, по словам Ю.В. Манна «фантастика искусственно придвинута к самой грани реального» .

В повести «Шинель» Н.В.Гоголь использует особую форму фантастики — алогизм в речи повествователя.

При этом явлении констатируются какие-то черты и качества персонажей, требующие при этом подтверждения, но утверждающие совсем другое. Мы можем рассмотреть это явление как элемент нефантастической фантастики. Итак, в одном департаменте служил один чиновник, чиновник нельзя сказать чтобы очень замечательный: низенького роста, несколько рябоват, несколько рыжеват, несколько даже на вид подслеповат, с небольшой лысиной на лбу, с морщинами по обеим сторонам щек и цветом лица что называется геморроидальным… Явление алогизма заключается во вполне логичном повествовании. Алогизм в «Шинели» также связан и с фамилией персонажа. Рассказывая о том, что фамилия Башмачкина «произошла от башмака» и что «каким образом произошла она от башмака, ничего этого не известно», повествователь добавляет: «И отец, и дед, и даже шурин и все совершенно Башмачкины ходили в сапогах».

Таким образом, и в повести «Шинель» мы наблюдаем мир абсурда, сочетание реальности и фантастики.

2.3. Повесть «Записки сумасшедшего» — «связь реального с нелепицами».

В повести «Записки сумасшедшего» мы наблюдаем связь реального с нелепицами, несвязицами мышления психологически забавного человека.

«Сегодняшнего дня случилось необыкновенное приключение», — такова первая фраза «Записок сумасшедшего» . Фраза, которая сразу же предупреждает нас, читателей, что речь пойдет о событиях из ряда вон выходящих, необычных, исключительных.

И в самом деле: герой повести идет по Невскому проспекту, направляясь в департамент, и неожиданно слышит… разговор двух собачек. Ситуация совершенно неправдоподобная, абсурдная. Но фантастика эта вторгается в обыкновенную, обыденную жизнь и… становится ее неотъемлемой стороной.

Разумеется, поначалу беседа собак на человеческом языке воспринимается как нечто не только необычное, но и невероятное. Таково восприятие не только читателя, но и повествователя: «Эге! – сказал я сам себе, — да полно, не пьян ли я?» Только это, кажется, со мною редко случается»

Гоголь вводит в текст произведения одну из распространенных мотивировок, при помощи которых современные ему писатели объяснили вторжение фантастики в их повествование. Вводится не для того, чтобы «правдоподобно» мотивировать свое обращение к фантастике, а, наоборот, для того, чтобы отвергнуть такое объяснение.

Конечно, этот разговор удивляет его, но вскоре удивление проходит: «Ах ты ж, собачонка! Признаюсь, я очень удивился, услышав ее говорящею по-человечески. Но после, когда я сообразил все это хорошенько, то тогда же перестал удивляться. Действительно, на свете уже случилось множество подобных примеров. Говорят, в Англии выплыла рыба, которая сказала два слова на таком странном языке, что ученые уже три года стараются понять и еще до сих пор ничего не открыли. Я читал тоже в газетах о двух коровах, которые пришли в лавку и спросили себе фунт чаю».

Оба приведенные примера – явный абсурд.

Но о подобного рода нелепостях говорят как о реально случившемся.

Введя в повествование упоминание о двух совершенно фантастических происшествиях, о которых тем не менее «говорят», а подчас даже пишут в «газетах», как о чем-то достоверном, реально случившемся, Гоголь тем самым обосновывал правомерность избранного им литературного приема: если о таких нелепостях говорится как о реальных фактах, то почему же тогда не могут разговаривать собачонки? И не где-то в Англии, а здесь, В Петербурге, на Невском проспекте! В конце концов говорящие собачки – это даже нечто более правдоподобное, чем… говорящие рыбы!

Далее выясняется, что собачонки не только разговаривают, но и переписываются. Это обстоятельство еще более удивляет Поприщина, но и его он в общем-то принимает как должное: «Признаюсь, с недавнего времени я начинаю иногда слышать и видеть такие вещи, которых никто еще не видел и не слыхивал».

Поприщин обладает особенным, необычным видением действительности: он слышит и видит то, чего другие люди не слышат и не видят.

Гоголь одним из первых в русской литературе использовал прием, который позднее подхватил Л.Толстой. Суть его состоит в том, чтобы на явления, вещи, ситуации обычные и привычные взглянуть как бы заново, свежим, непредупрежденным взором. Вот тогда-то и становится ясной полнейшая противоестественность, ненормальность, абсурдность многого из того, что принято считать естественным и нормальным .

В данном случае свежим взором Гоголь взглянул на такое характерное для чиновно-иерархического общества явление, как погоня за орденами.

И сразу же стала очевидной никчемность, мелочность, нелепость этих тщеславных потуг. Воистину смешным оказывается человек, употребляющий множество сил и изворотливости ради того, чтобы заполучить «какую-то ленточку», у которой нет «решительно… никакого аромата».

Невоспитанная, простодушная собачонка и без всякого стеснения сравнивает директора департамента, «государственного человека» с… «странным догом», который останавливается иногда перед ее окном.. И этот дог оказывается… «целою головою выше» высокопоставленного лица.

Все приведенное рассуждение нелепо, алогично, фантастично.

ЗАСЕДАТЕЛЬ

Смотреть что такое «ЗАСЕДАТЕЛЬ» в других словарях:

  • ЗАСЕДАТЕЛЬ — ЗАСЕДАТЕЛЬ, заседателя, муж. (ист.). Выборный депутат, представитель от населения или от сословия в каком нибудь учреждении, ведомстве. Заседатель от купечества. Дворянский заседатель. Присяжный заседатель. (см. присяжный). ❖ Народный заседатель… … Толковый словарь Ушакова

  • ЗАСЕДАТЕЛЬ — ЗАСЕДАТЕЛЬ, я, муж. (устар.). Выборное должностное лицо, участвующее в работе какого н. учреждения. • Народный заседатель лицо, избранное для участия в рассмотрении судебных дел первой инстанции. | прил. заседательский, ая, ое. Толковый словарь… … Толковый словарь Ожегова

  • заседатель — асессор, кивала, аудитор Словарь русских синонимов. заседатель сущ., кол во синонимов: 4 • асессор (2) • ауд … Словарь синонимов

  • ЗАСЕДАТЕЛЬ — в Российской империи в 1775 1864 лица, избранные для участия в работе некоторых местных государственных и судебных учреждений. Представляли различные сословия (дворян, горожан, иногда государственных крестьян) … Большой Энциклопедический словарь

  • Заседатель — в Российской империи в 1775 1864 лица, избранные для участия в работе некоторых местных государственных и судебных учреждений. Представляли различные сословия (дворян, горожан, иногда государственных крестьян). Политическая наука: Словарь… … Политология. Словарь.

  • ЗАСЕДАТЕЛЬ — я; м. 1. Выборный представитель народа в суде. Заседатели вынесли приговор. Избрать заседателей. Народный з. (лицо, избранное для участия в рассмотрении судебных дел первой инстанции). 2. В России до 1917 г.: выборный представитель для участия в… … Энциклопедический словарь

  • заседатель — , я, м. * Народный заседатель. Лицо, избранное в установленном законом порядке для участия в рассмотрении гражданских и уголовных дел. ◘ Народным заседателем может быть избран гражданин, достигший 25 летнего возраста. Народные заседатели… … Толковый словарь языка Совдепии

  • Заседатель — м. 1. Лицо, избранное в установленном порядке для участия в рассмотрении уголовных и гражданских дел в суде. 2. Лицо, избиравшееся для участия в работе некоторых местных государственных и судебных органов (в Российском государстве до 1917 г.).… … Современный толковый словарь русского языка Ефремовой

  • заседатель — заседатель, заседатели, заседателя, заседателей, заседателю, заседателям, заседателя, заседателей, заседателем, заседателями, заседателе, заседателях (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А. Зализняку») … Формы слов

  • заседатель — в Российской империи в 1775 1864 гг. лица, избранные для участия в работе некоторых местных государственных и судебных учреждений. Представляли различные сословия (дворян, горожан, иногда государственных крестьян) … Большой юридический словарь

Нос (Гоголь)

Деление на главы — условное.

Цирюльник находит нос

25 марта цирюльник Иван Яковлевич сел завтракать.

Иван Яковлевич — цирюльник, пьяница, циник и грязнуля.

Разрезав испечённый его почтенной супругой хлеб, цирюльник обнаружил в нём нос. Испуганный Иван Яковлевич сразу узнал нос коллежского асессора Ковалёва, которого брил дважды в неделю.

Ковалёв, Платон Кузьмич — коллежский асессор, румяный, с огромными бакенбардами, самовлюблённый и глупый, гордится своим званием.

Пьян ли я вчера возвратился или нет, уж наверное сказать не могу. А по всем приметам должно быть происшествие несбыточное: ибо хлеб — дело печёное, а нос совсем не то. Ничего не разберу!…

Деспотичная супруга цирюльника немедленно решила, что Иван Яковлевич кому-то отрезал нос. Ругая мужа последними словами, она велела убрать из дому эту пакость.

Завернув нос в тряпку, Иван Яковлевич долго ходил по улицам, пытаясь от него избавиться. Как назло, с ним то и дело здоровались знакомые, а улицы заполнялись народом. Наконец, цирюльник бросил нос с моста в Неву и уже решил отправиться в трактир, как вдруг его окликнул квартальный и поинтересовался, что Иван Яковлевич делал на мосту. Дальнейшее закрыто туманом, и что произошло с цирюльником — неизвестно.

Поиски носа

Тем же утром коллежский асессор Ковалёв обнаружил на месте своего носа «совершенно гладкое место». Ковалёв был не из тех коллежских асессоров, которые получили звание «с помощью учёных аттестатов». Он получил свой чин на Кавказе, где всё происходило намного проще.

Коллежским асессором Ковалёв был всего лишь два года. Он гордился своим чином и для солидности называл себя майором. В Петербург майор приехал, чтобы выхлопотать себе достойную его звания должность и выгодно жениться. Он ежедневно прогуливался по Невскому проспекту, по вечерам ходил в гости и в театр, и теперь не понимал, как он будет всё это делать без носа.

Закутавшись в плащ и прикрыв «гладкое место» платком, Ковалёв отправился к начальнику полиции Петербурга. По дороге он увидел, как какой-то господин, одетый в мундир статского советника, входит в подъезд дома, и узнал в нём свой нос. Через несколько минут нос вышел и уехал.

Ковалёв не знал, что и думать.

Как же можно, в самом деле, чтобы нос, который ещё вчера был у него на лице, не мог ездить и ходить, — был в мундире!

Он бросился за каретой, которая остановилась перед Казанским собором. Нос вошёл в собор, майор протиснулся к нему и попытался объяснить беглецу, что он его нос и должен немедленно вернуться на своё законное место. Нос сделал вид, что ничего не понимает. В этот момент к ним подошли дама и хорошенькая барышня. Ковалёв загляделся на барышню, а нос тем временем исчез.

Несчастный майор отправился к начальнику полиции, но его не оказалось дома. Немного поразмыслив, Ковалёв решил отправиться в редакцию газеты и дать объявление о пропаже носа, чтобы каждый, кто его встретит, сообщил о его местоположении.

Чиновник из редакции отказался подавать такое объявление, ссылаясь на то, что из-за него газета потеряет репутацию, и посоветовал заказать о пропаже носа статью «для пользы юношества или так, для общего любопытства».

Выйдя из редакции, раздосадованный Ковалёв отправился к частному приставу (начальнику полицейской части). У того был послеобеденный отдых, поэтому он отказался «производить следствие», заявив, что у порядочного человека нос не оторвут и что нечего всяким майорам таскаться по непристойным местам.

Ковалёв не смог простить частному приставу оскорбления своего чина и гордо удалился.

Нос возвращают владельцу

Домой майор вернулся усталый и печальный.

…без носа человек — чёрт знает что: птица не птица, гражданин не гражданин, — просто возьми да и вышвырни за окошко!

Носом, отрубленным на войне или дуэли, он мог бы гордиться, как боевой раной, но нос просто сбежал, и это было оскорбительно. Подумав, майор решил, что это дело рук штаб-офицерши Подточиной, на дочери которой он не захотел жениться.

Подточина, Александра Григорьевна — штаб-офицерша, мать незамужней дочери.

Наверняка Подточина решила отомстить, наняв «каких-нибудь колдовок-баб». Ведь в среду, когда его брил Иван Яковлевич, нос был ещё на месте.

Размышления Ковалёва прервал квартальный полицейский. Он сообщил, что нос майора найден — его перехватили, когда он пытался удрать в Ригу. В деле замешан и цирюльник Иван Яковлевич, который сидит теперь в полицейском участке. Затем квартальный вернул майору нос и удалился.

Когда радость Ковалёва поутихла, он обнаружил, что нос не желает прирастать к положенному ему месту. Тогда майор послал лакея за доктором, жившем в том же доме. Доктор не знал, как приставить нос на место, поэтому сказал оставить всё как есть, чтобы не сделать ещё хуже. Нос же посоветовал заспиртовать и продать.

Отчаявшийся Ковалёв решил на следующий же день подать жалобу на Подточину, но перед этим он написал ей и попросил «без бою» возвратить ему нос. Из ответного письма майор понял, что Подточина не виновна, и только чёрт разберёт, каким образом всё это произошло.

История с носом тем временем распространилась по Петербургу, чему способствовало увлечение петербуржцев магнетизмом. Нос Ковалёва замечали в разных частях города. Некоторые ловкие господа даже начали продавать билеты на это зрелище, а у посетителей светских вечеринок появилась новая тема для шуток.

Нос прирастает на место

Проснувшись утром 7 апреля, Ковалёв обнаружил, что его нос находится в положенном ему месте. Обрадованный майор побрился с помощью Ивана Яковлевича, при этом запрещая ему браться рукой за драгоценный нос.

«Вишь ты! — сказал сам себе Иван Яковлевич, взглянувши на нос, и потом перегнул голову на другую сторону и посмотрел на него сбоку. — Вона! эк его, право, как подумаешь»…

Затем Ковалёв объехал все возможные места, чтобы все знакомые увидели его с носом.

С тех пор майор Ковалёв всегда пребывал в отличном настроении, посещал все спектакли и вечера и улыбался всем хорошеньким дамам.

Выводы рассказчика

Рассказчик считает, что в этой истории есть много неправдоподобного. Если не считать «сверхъестественного отделения носа» и появления его в виде статского советника, остаётся непонятным, как Ковалёв не сообразил, что подавать объявление в газету просто неприлично. К тому же всё ещё неясно, как же нос оказался в хлебе Ивана Яковлевича.

Рассказчик не понимает, как могут некоторые авторы брать подобные сюжеты, от которых нет решительно никакой пользы отечеству. Однако, с другой стороны, несообразности встречаются повсюду, и, если поразмыслить, подобные происшествия редко, но бывают.

Сквозные темы в «Петербургских повестях» (Гоголь Н. В.)

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ
ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Как стать экспертом?

Так, от множества правдоподобных масок, погибают оставшиеся в этом мире единицы доверчивых людей.

После прочтения этого замечательно произведения, у меня появилось множество мыслей. Люди осуждают других людей за их обман, за их маски, но сами не замечают масок на своих лицах, они срослись в единое, что уже невозможно разлучить. Но никто не задумывался о том, откуда они, как появились на наших лицах, почему же люди обманывают друг друга, причиняя этим боль. А еще меньше людей догадываются о том, что эти «плохие» люди, не всегда были плохими, они становятся ими от времени, для кого-то это время долгое, а кто с юношества. Конечно, не само время в этом виновато, нет, от общения с другими людьми, которые заставили поменять внутренний взгляд на окружающих их мир, предательства и обманы других людей. Из этого всего, можно сделать вывод, что обманы и лживость никогда не исчезнут из нашего мира, он как вирус, передающийся от индивида индивиду, и нет абсолютной уверенности, что он не коснется нас, каждого из нас, возможно, кто-то им уже заражен, но пока не догадывается об этом.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id60082

Обновлено: 2019-07-11 Опубликовал(а): Oikawushka

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *