Питирим душанбинский и таджикистанский

Содержание

Русская Православная Церковь

Питирим, епископ Звенигородский, викарий Святейшего Патриарха Московского и всея Руси (Творогов Константин Викторович)

Дата рождения: 7 июня 1967 г.

Дата хиротонии: 1 августа 2012 г. Дата пострига: 22 апреля 2005 г.

Страна: Россия Биография:

Родился 7 июня 1967 г. в г. Загорск (Сергиев Посад) Московской обл. в семье служащих. Крещен в младенчестве.

В 1984 г. окончил Загорскую среднюю школу № 11 и поступил в Московский областной педагогический институт на факультет русского языка и литературы. После первого курса института был призван в ряды Вооруженных сил. Службу проходил в Монголии.

В 1991 г. закончил Московский областной педагогический институт по специальности учитель русского языка и литературы. Работал учителем русского языка и литературы в старших классах Сергиево-Посадской средней школы № 19, а также был сотрудником ряда коммерческих организациях.

В 1997 г. работал алтарником и чтецом в храме Живоначальной Троицы на Пятницком кладбище в Москве. С ноября 1999 г. по июнь 2000 г. был трудником в Троицком монастыре свв. Праотец в г. Хевроне.

В 2000 г. поступил в Московскую духовную семинарию, которую окончил в 2004 г. По окончании семинарии поступил в Московскую духовную академию. Будучи послушником при академии, в течение трех лет нес послушание в тюремном отделе, отвечая на письма заключенных, собирая им посылки и посещая тюрьмы.

22 апреля 2005 г. пострижен в монашество.

11 сентября 2005 г. рукоположен во диакона, 12 марта 2006 г. — во иерея. В течение шести лет по воскресным и праздничным дням служил Литургию в Покровском академическом храме, а также нес послушание в приходском храме, приписанном к Покровскому Хотькову женскому монастырю в д. Каменки Сергиево-Посадского р-на Московской обл.

В 2007 г. окончил Московскую духовную академию.

С 2005 г. нес послушание референта ректора Московских духовных школ архиепископа Верейского Евгения. С 2008 г. преподавал гомилетику в МДС. В 2009/2010 учебном году преподавал в МДА русский язык для иностранцев. С 2011 г. преподавал гомилетику в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете.

Распоряжением Святейшего Патриарха Кирилла от 23 января 2012 г. определен в состав коллегии Издательского Совета Русской Православной Церкви по рецензированию и экспертной оценке на 2012-2013 гг.

Принимал активное участие в работе миссионерского отдела Московской духовной академии. Выступал с докладами на Рождественских чтениях и на Всемирном русском народном соборе. Участвовал в организации студенческих конференций в рамках проекта Издательского Совета Русской Православной Церкви по изданию Полного собрания творений свт. Феофана Затворника.

Решением Священного Синода от 26 июля 2012 г. (журнал № 66) избран епископом Душанбинским и Таджикистанским.

29 июля 2012 г. управляющим делами Московской Патриархии митрополитом Саранским и Мордовским Варсонофием возведен в сан архимандрита.

Наречен во епископа 31 июля 2012 г. в крестовом храме в честь Владимирской иконы Божией Матери Патриаршей резиденции в Чистом переулке в Москве. Хиротонисан 1 августа за Божественной литургией в Серафимо-Дивеевском монастыре. Богослужения возглавил Святейший Патриарх Кирилл.

Решением Священного Синода от 30 августа 2019 г. (журнал № 104) назначен ректором Московской духовной академии с освобождением от управления Душанбинской епархией. Определено быть епископом Звенигородским, викарием Святейшего Патриарха Московского и всея Руси.

Сопредседатель Комиссии по работе с вузами и научным сообществом при Епархиальном совете г. Москвы (с 2019 г.).

Образование:

1991 г. — Московский областной педагогический институт.

2004 г. — Московская духовная семинария.

2007 г. — Московская духовная академия.

Место работы: Московская духовная академия и семинария (Ректор) Епархия: Московская епархия (городская) (Викарий Патриарха Московского и всея Руси) Научные труды, публикации:

Слово архимандрита Питирима (Творогова) при наречении во епископа Душанбинского и Таджикистанского.

Награды: Церковные:

  • 2017 г. — орден прп. Серафима Саровского III ст.

Правила жизни епископа Душанбинского Питирима

Епископ Душанбинский и Таджикистанский Питирим (Творогов) родился в 1967 году в Загорске (ныне Сергиев Посад) в семье служащих. После школы окончил Московский педагогический институт по специальности учитель русского языка и литературы. Работал учителем в школе.

В 1997 году был алтарником и чтецом в храме Живоначальной Троицы на Пятницком кладбище в Москве. Окончил Московскую духовную семинарию, а затем академию. В 2005 году пострижен в монашество архиепископом Верейским Евгением. В Московской духовной семинарии преподавал гомилетику и русский язык для иностранцев.

В 2012 году распоряжением Патриарха Кирилла определен в состав коллегии Издательского Совета Русской Православной Церкви по рецензированию и экспертной оценке. Принимал активное участие в работе миссионерского отдела Московской духовной академии.

26 июля 2012 года избран епископом Душанбинским и Таджикистанским.

Крещение на озере Искандеркуль

– Владыка Питирим, хочу начать наш разговор с таджикских лимонов и пянджских фисташек, о которых я прочитала на вашей странице в Facebook. Вы их периодически привозите в Москву для продажи на православной ярмарке и таким образом собираете средства на строительство епархиального духовно-просветительского центра в Душанбе. Вы так аппетитно описали вкус и полезность этих восточных даров. Кстати, как москвичи покупают ваш товар?

– Да смели всё за один день. Правда, пока рекламу не дал на Facebook, никто не покупал. Лимоны действительно очень вкусные. Как были в моем детстве – с тонкой корочкой, ароматные. Они когда полежат, становятся оранжевыми и по вкусу уже ближе к апельсину, сладкие. Такие лимоны можно еще встретить в Москве, а вот фисташки, которые я привожу из Душанбе, вообще в Москве не купить. Они до нас не доходят, поскольку урожай небольшой.

Растут они на границе с Афганистаном, это Пянджский район. На вид они, может быть, не такие презентабельные, маленькие, но удивительно вкусные и полезные. Вообще в Таджикистане вкуснейшие фрукты, овощи. Гранаты, абрикосы, яблоки, совершенно шикарный виноград. У него очень тонкая кожица, поэтому он быстро портится и к нам сюда его не довезти.

– Слушаю ваш рассказ и понимаю: эта богатая южная природа вас сильно утешила и примирила с переездом в столь далекие от родных мест края.

– Да, во многом, конечно. Природа Таджикистана очень красива, это известно. И для нас, людей средней полосы России, непривычная и неожиданная.

Душанбе, к примеру, окружен Фанскими горами и находится как бы в каменной чаше. И когда в середине июля наступает чилля – изнуряющая жара, длящаяся сорок дней, ночью с гор спускается спасительная прохлада и можно хоть как-то вздохнуть. В отличие от Ташкента, в котором в это время и ночью нет спасения от духоты.

– Читала на сайте вашей епархии замечательный репортаж о том, как в июле этого года, в день памяти святого равноапостольного князя Владимира вы отправились в горы и там, в горном озере, крестили людей.

– Это было уникальное событие. Крещение в этих местах проходило впервые. Озеро называется Искандеркуль в честь Александра Македонского. Сохранились свидетельства, что он проходил в этих местах, когда шел из Средней Азии в Индию. Есть легенда, что здесь умер его знаменитый конь Буцефал. И вот мы освятили озеро. Отслужили литургию на его берегу. Что тоже, думаю, впервые за всю его историю.

В эту поездку мы взяли с собой всю молодежь из наших таджикистанских приходов. Семеро человек окрестили прямо в Искандеркуле. Все, кто с нами был, причастились. Ощущение было совершенно необыкновенное и благодати, и красоты места. И природа постоянно менялась – то дождь, то солнце, такая была красивейшая игра света, всё было такое потрясающее.

Озеро Искандеркуль

Вообще в эту поездку было немало чудес. Мы пошли на Фанский водопад, который еще называют Фанская Ниагара, и, проходя мимо огромной скалы, я увидел на ней проступившую икону Казанской Божьей Матери, у меня даже есть снимок. А пошли на следующий день посмотреть, святого лика уже не было. Чудо ведь!

В эту поездку мы взяли с собой трэвел-журналиста, в дороге выяснили, что он некрещеный. Я его спросил: «Будешь креститься?» – «Буду». И пока мы ехали около пяти часов от Душанбе до Искандеркуля, я его катехизировал. Причем мы совершенно не рассчитывали, что он будет креститься, поэтому на него не взяли крестильную рубашку, но каким-то удивительным образом она для него нашлась.

Сразу после крещения он сильно заболел, и ему пришлось неделю побыть в Душанбе, хотя он собирался сразу уехать в очередное свое путешествие. За эту неделю мы его просветили, наставили в вере, и уже потом выздоровевшего отправили с Богом в дорогу. До сих пор пишет мне письма и с восторгом вспоминает свое крещение как чудо.

– Понятно, что вы закрепите этот опыт с крещением на озере Искандеркуль.

– Да, мы сейчас как раз закладываем православные традиции, которых здесь просто никогда не было. И крещение на озере в день памяти святого равноапостольного князя Владимира будет у нас ежегодным.

В следующем году это будет происходить в рамках молодежного форума. Мы уже позовем студентов из духовных академий Москвы, Ташкента, Казани. И можно будет удалиться поглубже, на Алаудинские озера, которые тоже необыкновенной красоты. И уже не на три дня ехать, а подольше побыть, до начала августа и отметить день памяти преподобного Серафима Саровского и Ильин день.

Вообще начало августа для меня знаковое время. Я прилетел служить в Душанбе 2 августа, на праздник пророка Божьего Ильи. А накануне была моя епископская хиротония в Дивеево, после которой владыка Викентий, глава Среднеазиатского митрополичьего округа, даже не дал мне на праздничном обеде побыть. «Всё, – говорит, – давай быстрей, поехали, у нас уже самолет».

И крестили меня в Ильинской церкви города Загорска, а сейчас Сергиева Посада. И первая моя исповедь произошла тоже с 1-го на 2-е августа, когда уже совершалась служба пророку Божьему Илье, и заканчивался день преподобного Серафима Саровского. Это не просто совпадения, а знаки свыше, важно их замечать и понимать, что они не просто так в жизни даются.

«Анчихрист» и первое причастие

– В вашей биографии написано, что вас крестили в младенчестве. Но для конца 60-х годов решение крестить ребенка было довольно смелым поступком – родители могли за это поплатиться работой. Но всё-таки они сделали этот шаг – они были верующими, или жизнь в таком святом месте их обязывала?

– Нет, и не верующие были, и жизнь в святом месте, может, и имеет какое-то значение, но в моем случае это было сделано по традиции – всех крестили, и меня крестили. Причем, если мою сестру крестили как-то без последствий, то за мое крещение отец схлопотал строгий выговор, а он был парторгом и руководителем на стройке. Но мое религиозное воспитание крещением и ограничилось. Родители были неверующие.

Тем не менее у меня сохранились детские воспоминания, связанные с церковью. Я помню, как моя двоюродная бабушка, сейчас уже почившая, привозила нам маленькую просфорку, и она мне казалась такой вкусной, что мне не нужно было ни конфет, ни каких-то других гостинцев. Я только ждал, когда она из своей сумочки достанет эту маленькую просфорку, и я ее съем. Иногда она бывала даже такая уже подсохшая, но она всё равно мне казалась удивительно вкусной.

Потом были какие-то разговоры о том, что меня нужно причастить, это я тоже помню. Я спросил: «Что такое причастить?» Мне сказали: «Тебе дадут кагорчика». Я говорю: «Что такое кагорчик?» – «Это что-то такое сладкое, как мед». Мне так хотелось чего-то такого сладкого, как мед, а мне его не давали, все только говорили-говорили, но так и не причастили. Настолько трудно людям не церковным сделать самые простые, элементарные и нужные вещи. Хотя моя детская душа, помню, стремилась – и просфорку мне хотелось, и причаститься, хотя я не понимал, что это такое.

Единственный раз, по-моему, меня причастили, когда я был в Курске, у другой бабушки. Она была верующая. Но темная, всё меня пугала «анчихристом», ведьмами. В тех краях была Курская магнитная аномалия и постоянно молнии шаровые летали, для них это и были ведьмы.

Я там сильно заболел. Помню, меня чем-то растерли и уложили спать. Моя сестра, на пять лет старше меня, пожалела меня, вытащила из-под одеяла, и мы пошли с ней гулять. Я так набегался, что температура уже была под 40.

Я терял сознание, может, даже умирал. И бабушка бухнулась на колени и начала усиленно молиться. И вымолила меня.

Когда я выздоровел, мы с ней пошли в церковь и вот тогда я впервые причастился. Мне было тогда около семи лет.

– Родители вас в вере не воспитывали, но вы росли в святом месте – Сергиевом Посаде, центром которого даже в советское время была Лавра. Как это на вас влияло?

– Я каждый день бегал в Лавру, потому что некуда было больше бегать нам, детям. Прибежишь туда, посмотришь. Что там мощи преподобного Сергия находятся, нам не рассказывали, да мы и не понимали, что это такое – мощи.

Нам говорили, что преподобный Сергий – основатель нашего города. Но что он был монахом, и не рассказывали, видимо, чтобы нас не пугать и не смущать, не дай Бог, мы начнем дальше про это думать. Знаменитая серебряная рака с мощами преподобного Сергия – все люди прикладывались к святым мощам, но нам нельзя было это делать.

Я вам больше скажу: вот мы бегали в Лавру, а монахов не видели. Я не помню ни одного монаха, ни одного священника, хотя вот они мимо нас проходили. Да, в церкви всегда было хорошо. Всегда. Но что касается веры, то это полностью было закрыто от нас, хотя мы и выросли в таком городе.

Надо еще учитывать, что в таких святых местах особо усиливалась антирелигиозная пропаганда. За нами следили.

На Пасху было оцепление из учителей, чтобы нас вылавливать.

Иногда из-за дерзости мальчишеской хотелось прорваться через этот кордон, посмотреть, не ради веры, естественно. Но стояли наши учителя, поэтому мы как-то не рисковали. Напротив Лавры был открыт кинотеатр «Мир» (сейчас его снесли, слава Богу), и всегда на Пасху там шли ночные сеансы каких-то интересных фильмов, чтобы нас туда завлечь.

Архангел Михаил спас

–В одном из ваших интервью вы рассказываете, что в Сергиевом Посаде живут подчеркнуто нерелигиозные люди, которые могут иметь дом рядом с Троице-Сергиевой Лаврой и ни разу в ней не побывать, которые не выносят колокольного звона. И вы подчеркиваете, что это характерно не только для Посада, но и для всех таких городов. Как вы это объясняете?

– Объяснить это несложно, потому что именно в эти святые места специально заселяли самых ревностных богоборцев, такая политика была у государства. Священников, дьяконов, церковных служителей арестовывали, дома отбирали, и на их место заселяли комиссаров и таких вот оголтелых атеистов. Хотя рядом с ними продолжали селиться и верующие.

Это происходило не только в Сергиевом Посаде, но и в Дивеево и в других святых местах. Например, в том же самом Сергиевом Посаде, когда верующий человек покупает какую-то недвижимость, у него, как правило, возникают конфликты с соседями. Я даже знаю удивительный случай, когда одна женщина, духовное чадо старца Кирилла Павлова, купила себе часть дома, соседи ее оказались алкоголиками, между комнатами перегородка была очень тонкая, и она постоянно слышала их дебоши.

Как-то она пожаловалась отцу Кириллу: «Я не могу больше жить. Батюшка, благословите меня, я эту часть дома продам или вообще уеду из Загорска, или другое жилье себе здесь найду». На что старец ответил: «Нет, ни в коем случае. Ты должна тут оставаться жить. Этими скорбями мы выживаем нечистую силу из святого места». И вскоре с женщиной произошла удивительная история. У соседей случилась очередная пьянка, на которой они договорились убить свою соседку и подослали к ней свою собутыльницу: «Иди, посмотри, что она делает».

Женщина услышала всё это, упала на колени и стала горячо молиться архистратигу Михаилу: «Помоги, меня сейчас убьют». И вдруг она слышит, как посланная к ней собутыльница в ужасе возвращается к своей компании и говорит: «Я к ней больше не пойду, у нее кто-то в белом стоит, не пускает». Так вот сам архангел Михаил ее сохранил. Соседи в скором времени спились и друг за другом поумирали. У меня был свой сосед, от которого я тоже натерпелся. Редко кому удавалось поселиться в этом городе без скорбей, без каких-то искушений.

– А что из детства вспоминается? Как вас воспитывали с сестрой, баловали?

– Да жизнь была такая, что не до баловства. Отец сначала работал в Загорском монтажном управлении, а потом на кирпичном заводе. А в конце 80-х открыл один из первых в городе кооперативов и к нему все пошли работать. И 90-е годы, которые все вспоминают как голодные, нищие, мы как раз пережили очень безболезненно. У нас дома стояли коробки с деньгами этого кооператива, которые не знали, куда девать, потому что купить на них уже ничего нельзя было. Но на плаву они нас продержали.

После педагогического института я устроился работать в школу и, получив первую зарплату, понял, что ее хватит на три дня, но у меня дома стояла коробка с деньгами, в которую я мог всегда залезть и купить себе всё, что я хочу. Под конец жизни отец оставил бизнес, когда начались бандитские разборки, он в это всё не вписался. И жил простым пенсионером.

А вообще из детства вспоминаются болезни (я часто простужался и подолгу болел) и книги. Поскольку, болея дома, очень любил читать. А когда выздоравливал, то пропадал в библиотеке, в читальном зале. Причем читал всё подряд.

Помню красные толстые тома Дюма, мне нужно было обязательно их все перечитать. Потом пошел Бальзак, Дрюон и все французы. Потом я перешел на англоязычных писателей – Драйзер и так далее. Потом до русской классики дошел, пока всё не перечитал, не успокоился.

Если книжка попадется, я всю ночь не сплю, потом в пять утра уроки делаю. Эта страсть у меня от мамы. Она тоже читала запойно, было совершенно невозможно от нее ничего добиться, когда она с книгой уединялась, подойдешь к ней: «Мам, мам», – канючишь и ждешь, когда она страницу начнет перелистывать, тогда можно успеть ей что-то сказать, и она тебя услышит, но если не успел, то стоишь, ждешь следующей страницы.

У меня до сих пор этот порок сохранился – пока книжку не «прикончу», не успокоюсь. Это, конечно, вредит молитве, такое вот безудержное чтение, поскольку оно развивает воображение, и когда ты молишься, оно тебя начинает отвлекать, ты впадаешь в такую мечтательность. Но зато хорошее воображение помогает в проповеди – у тебя быстро срабатывает мысль, выстраиваются образы. Ведь не просто так я потом оказался преподавателем гомилетики (науки о церковном красноречии и проповедничестве) в Московской духовной семинарии и в Свято-Тихоновском университете.

Протухший салат

– Вы о себе рассказываете: «До 29 лет я был человеком нецерковным. В храм не ходил. Вера не касалась моей жизни и была от меня сокрыта. А потом в Москве случилась моя встреча с удивительным человеком, иеромонахом-пустынником, прожившим в келье, в горах Кавказа 20 лет. Он-то и предсказал мне, что буду я монахом… Он, мой первый духовник и наставник, нашел ключик к моему сердцу». Расскажите об этой встрече?

– Один мой знакомый освящал в Москве квартиру и меня позвал, поскольку я из Сергиева Посада и, значит, как ему казалось, имею отношение к вере и как-то смогу помочь. Когда отец Гавриил появился, сразу стали происходить удивительные вещи. Известно, что воцерковляющемуся человеку Господь посылает чудеса. Старец, увидев меня, сказал, что мое лицо ему знакомо. Выяснилось, что он учился в семинарии в Посаде, но откуда он меня мог знать? Загадка.

Сели после освящения перекусить. День был постный, но мы об этом не знали. На столе у нас был винегрет, да я приготовил салат из рыбы. Моя мама была поваром в детском садике, и я научился у нее готовить. Отец Гавриил сразу мой скоромный салат отправил в холодильник. Отобедали винегретом. Старец уехал, и мы облегченно вздохнули, что теперь можем нормально поесть, достаем рыбный салат, а он оказывается протухшим. Как такое могло произойти?

Спустя какое-то время я попросился к отцу Гавриилу на беседу. Он говорил мне тогда очевидные и очень простые вещи, но я настолько был далек от веры, что до меня не доходили его слова. Я только понимал, что он какой-то необыкновенный человек, что от него исходит любовь и что мне хочется быть с ним рядом, слушать его и больше ничего.

Моя первая исповедь у отца Гавриила длилась два с половиной часа. Я впервые в жизни стоял на коленях. Они начали дико болеть, и я думал: «Всё, я стану инвалидом. За мои грехи буду в инвалидной коляске передвигаться». Но всё-таки терпел. Он вытягивал из меня грехи, и это была пытка, мучение.

Три с половиной года я жил возле старца. Мы с ним ходили в горы. И как непросто было находиться рядом с духовным человеком, потому что бесы ополчаются против тебя, чтобы оттолкнуть тебя от него, и это очень трудно вынести.

Я много раз слышал: «Мы хотим быть духовными чадами старца». А вы попробуйте со старцем, поживите хотя бы неделю рядом – вы сбежите просто с проклятиями оттуда.

Это просто невозможно вынести – то, что он терпит. И когда оказываешься вместе с ним, тебе тоже приходится это терпеть, а ты к этому совершенно не готов, ты изнемогаешь.

У меня были такие моменты, когда я не мог находиться рядом с отцом Гавриилом, я видеть его не мог. Потом он говорит: «Я молился за тебя. Мне приснился сон, что у тебя пожар, у тебя в комнате всё горит. Я помолился за тебя и всё это потушил». Понимаете, что происходит? Очень сложно находиться с человеком высокодуховным. Поэтому не надо к этому стремиться. Если Господь Сам пошлет тебе, тогда да.

– Закончив пединститут, вы недолго поработали учителем русского языка в школе, а затем стали трудиться в некой коммерческой структуре. Это были кооперативы начала 90-х?

– Это была биржа в Москве. Молодой был. Хотелось новой жизни, новых возможностей, и я сбежал из школы. Биржевые технологии, брокеры, менеджеры. Мы ничего не понимали в этом, но было интересно.

После биржи я стал работать в коммерческом банке. У меня пошли удачные сделки, и мое руководство стало продвигать меня выше, чтобы я начал подписывать какие-то документы. Но здесь Господь меня спас, возник какой-то страх, я понял, что выше не хочу. И я отказался.

Потом закончилось тем, что директор и его заместитель взяли кредит в банке и не смогли его отдать, их пытали в подвале и убили. Вот такая была страшная повседневность, которая всё ближе подводила к Богу, потому что в жизни без веры не было ничего светлого, а сплошная безысходность и никакого будущего.

«В том году я один в Лавре принял монашество»

– Вы были женаты, но, как сами говорите, не имея призвания к семейной жизни, семью не сохранили.

– У нас были хорошие отношения с женой. И до сих пор мы дружим. Она снова вышла замуж, у нее трое детей. Не то чтобы мы разругались. Она просто поняла в какой-то момент, что я ее не люблю так, как она хочет. Я не могу разобраться, в чем заключается то, что у тебя нет семейного призвания: ты не заботишься так, как муж должен заботиться о жене, не оказываешь знаки внимания – я этого не любил ничего. Мне всё равно было, будут у меня дети или нет.

Я сам думал, что я какой-то неполноценный, наверное, ненормальный: все так с детьми возятся, а у меня этого стремления нет ни к детям, ни к семье.

Тоже удивительно, когда она от меня ушла, это был один из самых счастливых дней в моей жизни. Все плачут, сокрушаются – жена ушла, а я радовался. Потом, когда я понял, что есть путь другой, монашеский, это мне сразу понравилось.

– Не испугались этого непростого поприща?

– Отец Гавриил мне сказал, что я буду монахом, а потом иеромонахом. То, что епископом стану, не сказал, но я думаю, что знал, просто умолчал, чтобы не развивать во мне каких-то горделивых мыслей, чтобы я не мечтал ни о чем. Поначалу надеялся, что встречу такую сильную любовь, что женюсь, создам семью. Думал к жене своей вернуться. Но отец Гавриил говорил, что если уж разошлись, то не надо возвращаться.

Я в монахи шел совершенно сознательно, но за себя боялся, потому что когда я постригался, у нас в Лавре несколько монахов ушли в мир и женились. Тогда Патриарх Алексий II издал указ постригать через иночество, а не сразу через монашество. И вот в 2005 году так получилось, что я один в Лавре принял монашество. И ни разу и тени сожаления не было, что я сделал такой шаг. Я понимаю, что это мое.

С большим удовольствием учился в семинарии. Мне было 33 года, взрослый человек, но меня умиляло, как я подписываю свою семинарскую тетрадку: 1-А класс. Потом закончил академию, остался преподавать. А три года назад я отправился служить в Душанбе.

Почему русские уезжают?

– Как вы восприняли такую перемену в своей жизни?

– Это стало для меня неожиданностью. Я не был готов ни к климату, ни к местной еде. Но совсем по-другому я воспринял свою паству.

Ведь что такое епископ? Это как жених, а паства – это как невеста.

Когда я приехал в Душанбе, я понял, что это мое, родное, Богом данное.

У меня до этого были периоды, когда я служил в местах, далеких от родного Сергиева Посада, и я испытывал жуткую ностальгию, убирал фотографии Троице-Сергиевой Лавры, чтобы мне сердце не надрывали. Здесь же не было ничего подобного, я понял, что могу здесь безвылазно жить.

Правда, к жаре адаптироваться сложно для северного человека. Два раза я падал в обморок от тепловых ударов. Среднеазиатскую кухню я тоже не полюбил. Нашел людей, которые готовят нормальную русскую еду.

– Кто сегодня ваша паства, есть ли молодые? Ведь немало написано про то, что русское население в этой стране катастрофически вымирает.

– Да, русских всё меньше и меньше становится. Но мы проводим работу по привлечению молодежи в наши приходы. У нас в воскресную школу всё больше и больше детей ходят. Причем это дети от смешанных браков – мама русская, папа таджик. Эти детишки очень хорошо воцерковляются. Красивые, артистичные, талантливые, живые. Всё им интересно, на всё откликаются.

Фото: Фейсбук

Есть у нас в приходах семьи, которые открыли свой бизнес или нашли хорошую работу. Если ты специалист, то в Таджикистане можно найти себе работу и достойную зарплату. Да, иностранцу здесь трудно начать свой бизнес, поскольку есть свои какие-то схемы, в которые иностранец не впишется никогда. А местные русские знают, как это всё можно обойти, загладить, плюс они тут давно живут и у них уже сложился здешний менталитет, который тоже им помогает. И бизнес у них процветает: одни шьют занавески, другие делают жалюзи, кто-то чинит компьютеры.

В Душанбе нужны кадры. И я всегда говорю, что если у кого-то из России есть возможность поехать жить в Таджикистан, то надо на это решаться и не бояться. Даже если ты обычный учитель, ты будешь получать хорошую зарплату, как в России, а жизнь здесь намного дешевле, чем в России.

Гиссарская крепость.Таджикистан. Фото: Фейсбук

– Почему же всё-таки русские уезжают, раз жизнь хорошая?

– Знаете, у них какой-то психоз, что для них Россия – это прямо земля обетованная. Я им объясняю: никто вас там не ждет, вас там будут обзывать, вы говорите с акцентом, на работу тяжело будет устроиться, вы детей своих пожалейте. Нет, всё равно, как только есть возможность уехать, они уезжают, и ничего мы здесь сделать не можем.

– Вы называете Душанбинскую епархию самой нуждающейся. Местные власти и бизнес вам как-то помогают? Какие у вас взаимоотношения с мэром Душанбе? Вам же, кажется, обещали помочь со строительством культурного центра на территории Никольского собора, где вы планируете обучать русскому языку и культуре крещеных и некрещеных.

– Я прожил здесь три года и теперь понимаю, что в Средней Азии нужно прожить не один десяток лет, чтобы кто-то сдержал свое слово. Там всё быстро не делается. С мэром у нас отношений практически никаких нет. Местная власть и не отказывается, но и ничего не делает.

Этот духовно-просветительский центр очень нужен и детям, и молодежи. Мы бы преподавали бесплатно русский язык, да еще бы кружки бесплатные пооткрывали бы. Нам помогают немного – храм отремонтировать, колокольню отстроить. Есть один-два благодетеля, но этого мало.

– Сегодня мы читаем о том, что началась исламизация таджикского населения, особенно молодых. Многие из них стремятся прямо в ИГИЛ (Террористическая организация, запрещенная в РФ), они себя видят в их рядах. Как могут этому противостоять православный епископ и его паства?

– Конечно, наше сопротивление – оно минимальное. Мы можем противостоять молитвой, у нас в Никольском соборе в Душанбе каждый день служится литургия. И многие какие-то страшные вещи, которые могли бы произойти, они не происходят благодаря нашей молитве.

Местные жители вспоминают, как еще во время гражданской войны начала 90-х святитель Николай ходил по Душанбе и спасал людей. Его своими глазами видели.

С ним ходили по улицам, ездили в маршрутке. Одна наша прихожанка рассказывала, что ей приснился сон: с гор спускаются черными потоками отряды боевиков, им навстречу выходит святитель Николай, раскидывает руки в стороны, и весь этот поток останавливается. Молитвой этому можно противостоять. Поэтому я постоянно призываю своих прихожан: вы молитесь, службу не пропускайте, причащайтесь. Но этой ревности, увы, пока не вижу.

Конечно, я выступаю в Славянском университете в Душанбе, рассказываю молодежи об опасности экстремизма, участвую во всевозможных конференциях и форумах по этой теме. Но их аудитория ограниченная, и на массы, в которых проходят эти опасные процессы, я влиять не могу. Но сами правительства всех среднеазиатских государств принимают жесткие меры против экстремизма. Поэтому даже в России, я думаю, опасность такого рода гораздо больше, чем в Средней Азии, как ни странно.

Святая земля. Фото: Фейсбук

– Недавно вы презентовали в Москве «Душанбинский альманах». О чем он?

– В нем собраны интереснейшие материалы с конференции «Христианство и ислам», которая проходила в июне этого года в Душанбе. Также – специально написанные для этого альманаха исторические и культурологические тексты всё на ту же тему: что нас, христиан, может объединять с исламом, мы ищем точки соприкосновения через культуру, литературу, историю.

Мы размышляем о времени нашего совместного существования сначала в границах Российской империи, потом советского государства, и сегодня по-прежнему сохраняется наше значительное влияние на этот регион. Мощная культурная экспансия и никакого прозелитизма – такова была всегда тактика России по отношению к Средней Азии. И она должна таковой и оставаться.

Беседовала Елена Алексеева

Фото: Иван Джабир

Видео: Виктор Аромштам

Религия в Таджикистане — Religion in Tajikistan

Религия в Таджикистане

Суннитский ислам (90,4%) Шиитский ислам (5,6%) Ортодоксальное христианство (2,6%) Irreligious (1,1%) Другие религии (0,3%)Мечеть в Исфаре

Ислам , преобладающей религией во всей Центральной Азии, был доставлен в регион арабов в 7 — м веке. С того времени, ислам стал неотъемлемой частью таджикской культуры. Таджикистан является светским государством, но постсоветское время наблюдается заметное увеличение религиозной практики в стране. Большинство мусульман Таджикистана придерживается суннитской ветви ислама, а меньшая группа принадлежит к шиитской ветви ислама. Русская православная вера является наиболее широко практикуется в других религиях, хотя русская община значительно сократилась в начале 1990 — х годов. Некоторые другие небольшие христианские группы в настоящее время пользуются относительной свободой вероисповедания. Таджикистан также имеет небольшую еврейскую общину.

ислам

Основная статья: Ислам в Таджикистане

Суннитский ислам является, безусловно, наиболее широко практикуется религия в Таджикистане . По данным 2009 года Государственного департамента США релиза, население Таджикистана составляет 98% мусульманское (примерно 95% сунниты и 3% шиитов ). Суннитская ветвь ислама имеет 1200-летнюю традицию среди оседлого населения Центральной Азии, в том числе таджиков с некоторыми суфиями . Небольшое меньшинство, Памирцы, являются членами гораздо меньшего номинала шиитского ислама, исмаилизм , который первым выиграл сторонник в Центральной Азии в начале 10 — го века. Несмотря на преследования, Исмаилизм выжила в отдаленных горах Памира.

Во время советской эпохи

В течение семи десятилетий политического контроля, советские политические деятели не смогло искоренить исламскую традицию, несмотря на неоднократные попытки сделать это. Суровых советских антиисламской кампании происходили с конца 1920 — х годов до конца 1930 — х годов в рамках общесоюзного диска против религии в целом. В этот период многие мусульманские функционеры были убиты, и религиозное обучение и соблюдение резко сокращены. После немецкого вторжения в Советский Союз в 1941 году, официальная политика в отношении ислама модерацию. Одним из последующих изменений стало создание в 1943 году из официально санкционированной исламской иерархии в Центральной Азии, Духовного управления мусульман Средней Азии и Казахстана . Вместе с тремя аналогичными организациями для других регионов Советского Союза с большим мусульманским населением, эта администрация контролируется Кремль, который требует верностей от религиозных деятелей. Хотя его административный персонал и структура была недостаточными для удовлетворения потребностей мусульманских жителей региона, администрация сделала возможной юридическое существование некоторых исламских институтов, а также деятельность религиозных функционеров, небольшое количество мечетей, и религиозное обучение в двух семинарий в Узбекистане.

В начале 1960-х годов, режим Хрущева перерос антиисламской пропаганды. Затем несколько раз в 1970-х и 1980-х годах, кремлевское руководство призвало к активизации усилий по борьбе с религией, включая ислам. Как правило, такие кампании включали преобразование мечетей в светское использовании; пытается повторно определить традиционные исламские обычаи, связанные с национализмом, а не религии; и пропаганда связывая ислам отсталости, суеверие и фанатизм. Официальная враждебность по отношению к исламу выросла в 1979 году с советской военной участии в соседнем Афганистане и растущей уверенностью в себе исламских пробужденцах в ряде стран. С этого времени через ранний постсоветский период, некоторые чиновники в Москве и в Таджикистане предупреждали экстремистское исламского угрозы, часто на основе ограниченных или искаженных доказательств. Несмотря на все эти усилия, ислам оставался важной частью идентичности таджиков и других мусульманских народов Таджикистана через конец советской эпохи и в первые годы независимости.

Идентификация с исламом как неотъемлемая часть жизни разделяют городских и сельских, молодых и старых, и образованных и необразованных таджиков. Роль, которую играет вера в жизни людей существенно различается, однако. Для некоторых таджиков, ислам является более важным, как неотъемлемая часть их культурного наследия, чем как религия в обычном смысле этого слова, и некоторые таджики не религиозны.

В любом случае, таджики опровергли стандартное советское утверждение, что урбанизированный промышленный рабочей силы и образованное население было мало общего с «остатком ушедшей эпохи», таких, как ислам. Заметное событие в конце советской и ранней эпохе независимости было повышенный интерес, особенно среди молодых людей, в сущности исламской доктрины. В постсоветской эпохе ислам стал важным элементом в националистических рассуждениях некоторых таджикских интеллектуалов.

Ислам выжил в Таджикистане в различных формах широко из-за силы коренного народного ислама совершенно независимо от советско-санкционированного исламского управления. Еще задолго до советской эпохи, сельские жители Центральной Азии, в том числе жителей, что стало Таджикистан, имели доступ к своим святым местам. Были также небольшие, местные религиозные школы и отдельные лица в пределах их общин, которые почитали для религиозных знаний и благочестия. Эти элементы устойчивой религии в сельской местности, независимо от внешних событий. При советских режимах, таджики использовали значительный остаток этого села, народного ислам продолжать по крайней мере, некоторым аспектам учения и практики своей веры после деятельности городских на основе исламских институтов были свернуты. НАРОДНЫЙ ИСЛАМ также играет важную роль в выживании ислама среди городского населения. Одной из форм этого популярного Ислама суфизм-часто описываются как исламский мистицизм и практикуются отдельными лицами в различных формах. Наиболее важной формой суфизма в Таджикистане является накшбандийа, порядок Суфи с последователями так далеко, как Индия и Малайзия. Кроме суфизма, другие формы народного ислама связаны с местными культами и святых местах или с людьми, чьи знания или личные качества сделали их влияние.

Медресе в Истаравшан .

К концу 1989 года, повышение толерантности режима Горбачева религии начал влиять на практику ислама и русского православия. Религиозное обучение увеличилось. Новые мечети открыты. Религиозное соблюдение стало более открытым, а также участие увеличилось. Новые Исламские представители появились в Таджикистане и в других странах Центральной Азии. Полномочия должностного лица, ташкентский управление мусульман Средней Азии рассыпались в Таджикистане. Таджикистан приобрел свою собственную семинарию в Душанбе, завершив свою зависимость от двух семинарий администрации в Узбекистане.

К 1990 году главный чиновник Мусульманского совета в Душанбе , старший кади , Ходжи Акбар Тураджонзода (в офисе 1988-92), стала независимым общественным деятелем с широким ниже. В фракционной политической борьбе , которая последовала независимость, Тураджонзод критики коммунистических ястребов и поддерживает политическую реформу и официальное признание важности ислама в таджикском обществе. В то же время, он неоднократно отрицал обвинение жесткой линии , что он прибегал к созданию исламского государства в Таджикистане. После победы жесткой линии в гражданской войне в конце 1992 года, Тураджонзод бежал из Душанбе и был обвинен в государственной измене.

Мусульмане в Таджикистане также организованы политически в начале 1990-х годов. В 1990 году, как и граждане во многих частях Советского Союза формировали свои собственные общественные организации, мусульмане из различных частей союза организовали Партии исламского возрождения. К началу 1990-х лет, рост массового политического участия среди мусульман Центральной Азии привел всю политическую партию, в том числе Коммунистической партии Таджикистана принять во внимание мусульманского наследия подавляющего большинства жителей Таджикистана.

Ислам также играет ключевую политическую роль для режима власти в начале 1990-х годов. Коммунистическая старая гвардия вызвала внутренние и международные опасения, что фундаменталистские мусульмане дестабилизировать таджикское правительство, когда это сообщение было целесообразно в укрепляли позиции сторонников жесткой линии в отношении оппозиционных сил в гражданской войне. Тем не менее, режим Набиев был также готов представить себя в качестве союзника Исламской Республики Иран, а изображающая таджикскую оппозицию как неверных мусульман.

Последние достижения

После того, как в советское время, правительство Таджикистана закрыли сотни незарегистрированных мечетей , привлекая местных жителей считают , что разгон на самом деле против религии ислама . По имеющимся данным, некоторые мечети были уничтожены , а другие были преобразованы в салонах красоты. Некоторые полагают , что разгон является результатом правительственных проблем мечетей «небезопасной» или что имамы не могут действовать «ответственности».

В 2009 году Ассамблея представителей попытались сделать Ханафи школу суннизма официальной религии в Таджикистане , но эта мера не удалось. Таджикистан также отмечен 2009 годом в память суннит правоведа Абу Ханифа , как народ прошел международный симпозиум , который привлек научных и религиозных лидеров. Строительство одной из крупнейших мечетей в мире, финансируемым Катаром , было объявлено в октябре 2009 года мечеть планируется построить в Душанбе и строительство , как говорят, будет завершено к 2014 г. В 2010 году в Таджикистане состоялось заседание из Организация Исламская конференция с участием делегаций из 56 государства — члены собирались в Душанбе .

Другие религии

Смотрите также: История евреев в Таджикистане и христианство в Таджикистане

Следующий по величине религиозной общины предположительно русская православная, историческая вера многих украинцев, а также русских. Собор в Душанбе , Никольская , служит православным сообществом. К концу советской эпохи, Таджикистан также был дом для небольшого числа людей , принадлежащих к другим христианским конфессиям, в том числе католиков (первоначально большинство из них было из немецкого происхождения, но и таджики), адвентистов седьмого дня и баптистов. Там также было небольшое армянское меньшинство, большинство членов которого принадлежали исторически Армянской Апостольской (григорианского) Церкви. Другие религиозные группы включали зороастрийцы и небольшое число евреев и Бахаи. Число приверженцев этих религиозных меньшинств , вероятно , резко снизилась в 1990 — х годах из — за волны эмиграции из Таджикистана в начале периода независимости.

Римский католицизм

Смотрите также: католицизм в Таджикистане

Территория Таджикистана формирует миссию SUI IURIS . По последним данным в Annuario Pontificio , есть 326 католиков в Таджикистане населением более 7,1 миллионов человек . Есть три приходов в Таджикистане.

Свобода религии

Основная статья: Свобода вероисповедания в Таджикистане

Конституция предусматривает свободу вероисповедания, и правительство в целом соблюдает это право на практике; Однако, есть некоторые проблемные области.

Статус уважения к свободе вероисповедания эрозии в последние годы. Политика правительства отражает озабоченность исламским экстремизмом, озабоченность разделяют большую часть населения в целом. Правительство активно отслеживали деятельность религиозных учреждений, чтобы они не переросла в политическую. Там не было закрытие официально зарегистрированных мечетей, хотя правительство закрыло несколько незарегистрированные мечети, молельные комнаты, и медресе, и сделали процесс регистрации, чтобы установить новые мечети трудно. Представитель Министерства образования политики запрещено девочек носить хиджаб в государственных школах. Правительство использовало процесс регистрации, чтобы препятствовать религиозной деятельности некоторых организаций. Некоторые религиозные организации и физические лица подвергаются преследованиям, временное задержание и допрос государственных органов.

В настоящее время Таджикистан является уникальным в мире , потому что это незаконно для людей в возрасте до 18 лет исповедовать религию публично, которая включает в себя посещение мечетей. Женщинам не разрешается правительством войти в определенные мечети. Кроме того, правительство накладывает ограничения stricts на хадж посещениях и , по сообщениям притесняет преданные насильственно брить бороды после округления их.

Некоторые основные мусульманские лидеры выражали через проповедь и статьи в прессе, их мнение , что религиозные меньшинства подрывают национальное единство. Правительство, в том числе президента Эмомали Рахмона , продолжало провозглашать политику активного секуляризма.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *