Мощи патриарха Тихона

Мощи святителя Тихона

Глава из книги «“Несвятые святые” и другие рассказы»

Обретение мощей патриарха Тихона в Донском монастыре

Одной из загадок церковной жизни в советские времена была судьба мощей святого Патриарха Тихона, похороненного в 1925 году в Малом соборе московского Донского монастыря. В 1946 году на панихиде у его гробницы митрополит Крутицкий и Коломенский Николай (Ярушевич) с грустью произнес: «Мы молились сейчас только над могилой Святейшего. Тела его здесь нет».

Для подобной уверенности были все основания. То, что останки Патриарха Тихона могли быть уничтожены, никого не удивляло: если православные относились к почившему главе Русской Церкви как к святому, то ненависть к нему со стороны большевиков была исключительной даже на фоне остервенелого советского богоборчества. В списке врагов советской власти, опубликованном в одном из номеров газеты «Известия», Патриарх Тихон значился под номером один.

По слухам, в 1927 году, после закрытия Донского монастыря, власти, опасаясь, что мощи Патриарха станут предметом поклонения, извлекли его гроб из могилы и сожгли в крематории. По другим сведениям, останки Святейшего были тайно вывезены монахами и упокоены на Немецком кладбище в Лефортове. Сторонники третьей версии утверждали: понимая, что власти могут надругаться над останками Патриарха, монахи вскоре после погребения перезахоронили их где-то в некрополе Донского монастыря.

Эти предположения переросли в настоящую убежденность, когда в 1932 году предводитель поддерживаемых советской властью церковных раскольников‑обновленцев «митрополит» Александр Введенский вдруг появился перед своими почитателями в архиерейских одеждах, в которых москвичи сразу узнали драгоценные облачения, сшитые специально для Патриарха Тихона на знаменитой фабрике купцов братьев Оловянишниковых. В них же Патриарха Тихона и хоронили.

И все же надежда, что мощи любимого всей Церковью Патриарха однажды будут найдены, оставалась.

***

Когда стала возрождаться монашеская жизнь в Донском монастыре, одной из первых просьб, с которой немногочисленная тогда братия обители обратилась к своему настоятелю Патриарху Алексию II, было прошение о поисках мощей святителя Тихона. Святейший с радостью благословил нас на эти труды. Если бы мы тогда знали, с какими происшествиями это будет связано и как прекрасно все закончится!

Вскоре представилась удобная возможность. Начался ремонт в Малом соборе Донского монастыря. Храм закрыли на несколько месяцев, и в это время как раз бы и начать поиски… но под разными предлогами они откладывались, и вот ремонт был уже завершен. В храме возобновились службы, время оказалось упущенным. А если сказать честно, патриаршим благословением мы тогда легкомысленно и весьма глупо пренебрегли, ссылаясь на разные «причины и обстоятельства». За что и поплатились. Причем очень скоро. Хотя, как и всегда, Господь сами наши ошибки управил к общему вразумлению и к торжеству Своего верного святого новомученика Патриарха Тихона.

Был ноябрь 1991 года. Наместник, архимандрит Агафодор, закончив с ремонтом, отправился в служебную поездку и оставил меня в монастыре за старшего. Забот было не особенно много, если бы не досадный конфликт с какими-то странными людьми, свалившимися на наши головы. Они представлялись священниками и мирянами Русской Зарубежной Церкви, хотя никакого отношения к ней, как впоследствии выяснилось, не имели. Со скандалами и бесчинствами они во что бы то ни стало пытались устроить в монастыре свои богослужения без благословения Патриарха. Мы уговаривали, увещевали их как могли и наконец, поняв, что ничто не помогает, решительно выставили незваных гостей за ограду. Но те затаили злобу.

18 ноября отмечался день, когда в 1917 году на Поместном Соборе святителя Тихона избрали Патриархом Всероссийским (на него, одного из трех кандидатов, пал тогда жребий). Я прихворнул, но все же служил в тот день литургию, а потом и панихиду: это была еще и годовщина смерти отца Рафаила (Огородникова). Вообще 18 ноября — для меня какая-то необычайная дата. В 1988 году в этот день разбился отец Рафаил, а в 1993‑м умерла Валентина Павловна Коновалова, «московская купчиха», духовная дочь отца Иоанна. История, о которой я рассказываю, тоже произошла 18 ноября. Но это к слову.

На литургии я впервые в своей священнической жизни заготавливал запасные Святые Дары для причащения больных. Хотя по церковным правилам это делается в Великий Четверг, но накануне ночью ко мне приехал мой друг, скульптор Вячеслав Михайлович Клыков, с просьбой срочно причастить и соборовать заболевшего знакомого. Однако выяснилось, что в нашем храме запасных Святых Даров нет: их, оказывается, никогда здесь и не готовили.

Слава Богу, с приятелем Клыкова все обошлось благополучно. Ночью я соборовал его, а наутро больного причастил священник из другого храма. Чтобы больше подобного не случалось, я под руководством нашего старенького иеромонаха отца Даниила подготовил запасные Святые Дары и поставил их в специальном ковчеге на престоле.

После вечерней службы меня пришел навестить мой друг Зураб Чавчавадзе с банкой малинового варенья. Мы пили чай, когда позвонил дежурный и с тревогой сообщил, что к воротам подъехали несколько пожарных расчетов и их командир уверяет, что они срочно должны тушить у нас какой-то пожар.

— У нас что-то горит? — удивился я.

— Нет конечно! — успокоил меня дежурный. — Это у их командира, наверное, внутри горит…

Я все понял. Неподалеку от нас располагалась пожарная часть, руководство которой дружило с отцом Агафодором. Один из офицеров был большой любитель посидеть с батюшкой за столом, пофилософствовать о жизни. Однажды в период такого философско-алкогольного обострения он уже рвался в монастырь среди ночи. Теперь, видимо, история повторялась.

Я повесил трубку, но через минуту снова раздался звонок. Дежурный сообщал, что пожарные не унимаются. Это было уже чересчур. Пришлось нам с Зурабом одеваться, а мне еще и потеплее кутаться после малинового варенья, и идти разбираться.

— Что случилось? — крикнул я, чтобы было слышно за воротами.

— Пожар! У вас пожар! — донеслось оттуда.

— Может, что-то повеселее придумаете? – язвительно поинтересовался я.

— К нам поступил вызов! – не унимались с той стороны.

— Это какая-то ошибка, можете сами убедиться, — ответил я, все же приоткрывая ворота.

У монастырских стен действительно стояли две пожарные машины с полными расчетами. Несколько человек в блестящих касках вошли в монастырь. Они сами были в недоумении.

— Позвонила женщина, мы думали, от вас. Сказала: в Донском пожар, срочно выезжайте.

Чтобы окончательно убедиться, что произошло недоразумение, я предложил вместе пройтись по монастырю. Мы направились к центральной площади. Стояли уже поздние сумерки, но все было отчетливо видно. Обычные тишина и покой, ничто не вызывало тревоги.

— Вот видите, — улыбнувшись, обратился я к пожарным.

И в этот момент в окнах Малого собора Донского монастыря полыхнула яркая вспышка, раздался звон разбивающихся стекол и из оконных рам вырвалось оранжевое пламя с клубами черного дыма.

Пожарные бросились к своим машинам. А мы с Зурабом замерли разинув рты. Потом как сумасшедшие закричали:

— Пожар!!! Пожар!!! — И кинулись к храму.

Мимо нас с ревом промчались пожарные машины. Но храм уже полыхал вовсю. В оконных проемах бушевал огонь, дым мрачным клубящимся столбом поднимался в московское вечернее небо.

Не буду долго описывать эту страшную ночь. Только в третьем часу пожарные разрешили нам войти в храм. То, что предстало нашему взору, было поистине ужасно. Черные стены и потолок, обуглившиеся кивоты, иконы, все залито водой, нестерпимый запах гари…

Один из пожарных позвал меня за собой вглубь храма и по пути озвучил свои первые выводы о причине возгорания. Огонь возник, как он утверждал, прямо у надгробия Патриарха. Поскольку стены в храме были выкрашены горючей масляной краской, пламя распространилось моментально.

— А вот это действительно странно, — сказал пожарный, указывая на иконостас.

Деревянные тябла и иконы хотя и почернели от копоти, но даже не обуглились. Иконостас полностью сохранился. Я с замиранием сердца вошел в алтарь и увидел, что здесь тоже, кроме копоти, ничего затронуто не было. Когда я вернулся к офицеру, тот объяснил мне свое недоумение.

— Рядом с иконостасом все выжжено, а сам он почему-то цел. Он же деревянный, не из металла?

— Очень старое дерево.

— Как же он не сгорел? Удивительно…

Тут я вспомнил и сказал:

— А!.. Мы же утром поставили на престол Святые Дары!

— Поставили что?

Я попытался объяснить. Офицер вежливо выслушал и, откашлявшись, спросил:

— Вы всерьез считаете, что это имеет какое-то отношение к сохранности дерева от огня?

— Не знаю. Просто я говорю, что утром мы поставили на престол Святые Дары.

— М‑мм… Понятно, — недоверчиво протянул офицер. — Впрочем, такое случается иногда. Все вокруг горит, а какие-то предметы остаются. В нашем деле чего только не бывает.

В тот же день началось следствие. Оказалось, что очаг возгорания действительно возник у самой гробницы святителя Тихона. Окно здесь всегда держат приоткрытым, и, как предположили следователи, злоумышленник бросил в храм простейшую бомбу с зажигательной смесью. Стены, выкрашенные масляной краской, сразу занялись. При этом у преступника было достаточно времени, чтобы выйти из монастыря незамеченным, с последними посетителями.

Выяснились и обстоятельства, благодаря которым пожар так быстро обнаружился. Одна из наших прихожанок, живущая напротив Донского монастыря, имела обыкновение читать вечерние молитвы на балконе. Она-то и увидела вспышку в окне храма и сразу позвонила в пожарную часть.

Спустя день мы служили в сгоревшем соборе всенощную под память Архистратига Михаила. Хор пел «Хвалите имя Господне», я совершал праздничное каждение, а люди, стоя среди родных, почерневших от копоти стен и обгоревших до головешек кивотов, не могли сдержать слез. Переносить службу в другой монастырский храм мы не хотели: нельзя было допустить людей до мысли, что это тяжелое испытание — просто игра слепого случая и Господь не обратит наши смятение и скорбь в радость, в торжество веры и надежды на непостижимый для нас всеблагой Его Промысл. Именно об этом я и говорил в тот вечер в проповеди перед нашими прихожанами.

Надо было приступать к ремонту в храме. Меньше недели мы прослужили здесь после реставрации, и вот Господь снова предоставлял нам недавно упущенную возможность начать поиски мощей святителя Тихона.

Мы снова обратились к Святейшему, и он подтвердил свое благословение на раскопки, наказав лишь действовать аккуратно и осмотрительно. Мы понимали его тревогу. Кое-кто вообще уговаривал Патриарха не разрешать поиски, поскольку возможность обнаружения останков святителя весьма мала. А вот если распространится слух, что мощи Патриарха Тихона искали и не нашли, тогда, предупреждали осторожные советчики, проблем не оберешься: раскольники и недоброжелатели Церкви сразу пустят слух, что святитель Тихон сам не захотел пребывать своими мощами в патриаршей Церкви. Но, слава Богу, Патриарх Алексий твердо сказал: если мы обретем мощи, будет великий праздник; если же их там нет, мы ни от кого не станем этого скрывать.

Людей, совершивших поджог, так и не нашли. Братия монастыря и некоторые прихожане представляли себе, кто бы это мог быть, но даже как-то жалели их и в душе предали на милостивый суд Божий. Тем более что теперь, по прошествии времени, видно, насколько промыслительно было попущено это злодеяние. Именно в период второго, затянувшегося ремонта Малого собора Донского монастыря и были обретены мощи святителя.

Вечером в праздник Сретения Господня мы совершили молебен у гробницы Патриарха Тихона и приступили к раскопкам. Об этом знали немногие: Святейший Патриарх Алексий II, несколько монахов, два старца — архимандрит Кирилл из Свято-Троицкой Сергиевой лавры, архимандрит Иоанн из Псково‑Печерского монастыря и те, кого мы попросили нам помочь: Вячеслав Михайлович Клыков со своими подмастерьями и художник Алексей Валерьевич Артемьев. Руководил нами ученый-археолог Сергей Алексеевич Беляев. Раньше он принимал участие в обретении мощей преподобного Амвросия Оптинского, занимался раскопками в Дивееве и на Херсонесе.

Сначала сняли надгробие. Его мрамор после пожара стал почти коричневым. Углубившись сантиметров на тридцать, мы обнаружили массивную мраморную плиту с надписью: «Святейший Тихон, Патриарх Московский и всея России». Именно таков был в начале двадцатого века титул русских Патриархов. Находка нас весьма воодушевила. Мы стали копать дальше и на глубине около метра увидели то, что искали, — каменный свод склепа. Взявшись за работу с утроенной энергией, к утру мы аккуратно расчистили весь склеп. Когда из свода удалось вынуть несколько камней, я просунул зажженную свечу в образовавшееся отверстие и заглянул внутрь. Склеп был пуст. Свет свечи выхватил лишь пыльные клоки старой паутины.

Когда я объявил об этом своим друзьям, все в изнеможении опустились на пол кто куда и, понурившись, сидели некоторое время молча. Потом один за другим бросились проверять: вдруг я ошибся, может, в обширном склепе остались хотя бы частицы мощей или щепки гроба, оброненные при вскрытии могилы Патриарха? Однако ничего-ничего не было… Оправдывались наши худшие опасения.

Немного придя в себя, мы решили хотя бы задокументировать размеры и состояние склепа. Но когда кто-то стал измерять его длину, прут длиной два метра неожиданно полностью ушел и вправо, и влево. То же произошло и с восьмиметровым прутом. Мы поспешили обследовать подземное сооружение и вскоре поняли, что обнаружили не склеп, а часть отопительной системы храма — каменных труб, расположенных под полом, по которым проходил горячий воздух от печи. На месте могилы Патриарха калорифер зачем-то значительно расширили, так что действительно образовывалось подобие склепа. Да и кладка здесь выглядела новой по сравнению с другими частями каменной подземной трубы. Возможно, это действительно был разоренный склеп. Но, может быть, могила располагалась намного глубже. А то, что мы обнаружили, представляло собой ложный склеп, устроенный, чтобы сбить с толку большевиков и навести их на мысль, что гроб с телом Патриарха уже изъят и где-то перезахоронен.

А тут еще отец Даниил привел одного старичка, который утверждал, что ему якобы доподлинно известно: святитель Тихон похоронен пятью метрами восточнее предполагаемой его гробницы. Мнения разделились, и наутро мы отправились к Святейшему — испрашивать благословения, как поступать дальше. Выяснив все подробности, Патриарх благословил продолжать поиски на том же месте.

Наконец, уже ближе к ночи, перед нами предстал настоящий склеп Патриарха. Сомнений в этом не было. Он являл собой мощное сооружение, покрытое огромной плитой, на наше счастье, оказавшейся не цельной, а состоящей из нескольких массивных каменных секций. Мы подняли одну из этих глыб. Я лег на живот и опустил свечу внутрь. Помню, меня сразу поразил аромат весенней свежести, исходящий из подземной усыпальницы. Все сгрудились вокруг. Передо мной был тонкой, изысканной резьбы дубовый гроб, описание которого я хорошо знал. На нем лежала мраморная табличка. При мерцании свечи я прочел: «Патриарх Московский и всея России Тихон».

Мы не верили своему счастью. Отец Агафодор сразу ушел звонить Патриарху Алексию. Было уже поздно, около полуночи, но в Патриархии только что закончилось заседание Священного Синода. Минут через двадцать Святейший был в Донском. К его приезду мы подняли остальные плиты над склепом и встречали Патриарха праздничным колокольным звоном. В полночь он звучал как на Пасху.

Трудно передать, какие чувства испытывали мы в ту ночь, стоя у открытой могилы святителя Тихона. Не верилось, что все закончено и мощи перед нами. Наверное, такое же чувство было у Патриарха Алексия. Но все же он сказал мне:

— Все-таки следует посмотреть, здесь ли мощи?

Я надел епитрахиль, потому что к мощам можно прикасаться только в священной одежде, и спустился в склеп. Поддев гвозди и приподняв резную крышку гроба, я с замиранием сердца вложил внутрь руку. Пальцы мои ощутили сначала ткань, потом плечо…

— Здесь!!! — закричал я что есть силы.

— Всё! Назад, назад! Закрывайте скорей! — услышал я сверху взволнованный голос Патриарха.

Это произошло 19 февраля, а спустя три дня в монастырь приехали Святейший Патриарх, члены Синода, духовники Троице-Сергиевой лавры архимандрит Кирилл и архимандрит Наум. Когда подняли обветшавшую крышку гроба с осыпающейся на глазах резьбой, перед нами предстали нетленные мощи святителя Тихона, покрытые бархатной патриаршей мантией.

Еще через несколько дней мы омыли святые мощи по древнему чину, облачили их в новые святительские одежды и уложили в специально изготовленную раку. На Патриархе были те самые знаменитые облачения, сделанные на фабрике Оловянишниковых. Мы потом еще долго ломали головы, каким образом эти же облачения оказались у лжемитрополита Введенского.

Перенесение мощей патриарха Тихона, или Благовещение в Донском монастыре. Фрагмент. Художник: Ф. Москвитин

Несмотря на то что в склепе была очень высокая влажность, тело Патриарха Тихона, пролежав в земле шестьдесят семь лет, сохранилось почти полностью. Примечательно, что одна из панагий — наперсных икон, символов архиерейской власти, покоившаяся на груди святителя Тихона, была сделана из кости мамонта, но полностью превратилась в прах. Остался только серебряный оклад. Нам тогда невольно вспомнилась строка из Псалтири: «Хранит Господь вся кости их». Хотя сохранились не только кости святого Патриарха, но и большая часть тела. А также великий патриарший параман, четки, монашеский параман, нательный крестик, драгоценная золотая панагия, подаренная, еще в бытность Патриарха архиепископом Ярославским духовенством и прихожанами этой епархии. Обнаружилась даже ветка вербы (святителя Тихона хоронили на Вербное воскресенье) и флакончик с благоухающим розовым маслом, которое возливали на тело Патриарха перед погребением.

***

Через некоторое время наш археолог Сергей Алексеевич Беляев все-таки докопался и до разгадки, почему на лжемитрополите Александре Введенском оказались патриаршие облачения. На фабрике Оловянишниковых их сделали не одно, а два. Теперь то из них, которое действительно принадлежало святителю Тихону, выставлено в музее московского Донского монастыря.

ЧУДЕСНОЕ ОБРЕТЕНИЕ СВЯТЫХ МОЩЕЙ ПАТРИАРХА ТИХОНА

90-е годы прошлого века прошли под знамением необыкновенных событий, связанных с Верой, с Православием,с Россией.
Эти чудеса касаются, в том числе, и обретения, совершенно не случайного, мощей великих светильников Веры.
В первую очередь,это, конечно, чудесное обретение святых мощей преподобного Серафима Саровского в 1991 году, о котором я уже писал ранее:

Теперь -другая история
***
О необыкновенной, практически детективной истории обретения святых мощей патриарха Тихона рассказывает археолог, историк, сотрудник Института Всеобщей истории Российской академии наук Сергей Алексеевич Беляев. Эти работы проводились под его руководством, по благословению патриарха Алексия Второго.
Беляев много лет работал в головном археологическом Институте АН СССР, на его счету более 60 археологических экспедиций, включая знаменитую Херсонесскую экспедицию, в результате которой было определено место крещения князя Владимира. С 90-х годов Сергей Алексеевич руководит работами по обретению святых мощей угодников Божиих, преданных поруганию в годы революции и советской власти.
***

Патриарх Тихон (19 января 1865-7 апреля 1925гг.)

— Патриарх Тихон — одна из ключевых фигур в истории Русской православной церкви и всей России. Он фактически единственный из народных авторитетов противостоял богоборческой власти. Примечательно, что он был канонизирован еще во времена Советского Союза, в 1989 году. Его имя и теперь, в неспокойный предвыборный период, вспоминают в связи с составленной им молитвой о спасении России. Сергей Алексеевич, по Вашему мнению, что значил для России тогда, в советское время, акт о причислении патриарха Тихона к лику святых?
— Канонизация патриарха произвела на народ ошеломляющее впечатление. Надо помнить, что основу населения Советского Союза составляли люди, которые всю свою сознательную жизнь прожили в эпоху богоборчества.
Когда был поднят вопрос о канонизации патриарха Тихона, даже в церковной среде раздавались возгласы опасения: «Да вы что! Он же антисоветчик!» И хотя святейший Тихон был фигурой по меркам большевиков, одиозной, но для верующих людей он был знамением старой России; старой в смысле жить по евангельскому завету — это добро, порядочность, честность, любовь к людям и к своей Отчизне. И для того поколения, для тех людей, которые все это видели и пережили, для них канонизация это было нечто чудесное, неожиданное, как дар Божий.

Один из первых снимков святителя Тихона в сане патриарха
— В сообщении ТАСС тогда говорилось, что начались торжества, посвященные 400-летию установления патриаршества на Руси. «Их главным событием стал архиерейский собор, проходивший с 9 по 11 октября в Свято-Даниловом монастыре, на котором принято решение о канонизации патриарха Иова и патриарха Тихона — двух выдающихся деятелей Русской православной церкви». Мощи святителя Иова — первого русского патриарха — покоились в Успенском соборе Московского Кремля. А о мощах патриарха Тихона ничего не говорилось. Что о его могиле было известно тогда?
— Патриарх Тихон был погребен в 1925 году у южной стены внутри Малого собора Донского монастыря. В том Акте канонизации, который был принят на Соборе 1989 года, отсутствовал пункт о его святых мощах. Это было потому, что все были уверены — то место, которое в Малом соборе Донского монастыря обозначено как могила, это не что иное, как просто обозначение места, где патриарх был когда-то погребен. Потому что были свидетели того, как в одну из зимних ночей в начале 30-х годов от Малого Собора Донского монастыря в сторону крематория отъехали сани с гробом.

Патриарх Тихон служит молебен у Никольских ворот, Москва, 1918 год.
Спустя некоторое время на плечах обновленческого митрополита Александра Введенского появился зеленый саккос. И он был принят за тот саккос, в котором был погребен святейший Тихон. После кончины Введенского, саккос был приобретен святейшим патриархом Алексием Первым, отреставрирован, и помещен в церковно-археологическом кабинете Московской духовной академии в особой витрине, которая была слева от входа с надписью, гласящей, что здесь выставлен саккос, в котором был погребен патриарх Тихон. Поэтому убеждение было полное — в могиле останков святейшего Тихона нет.
— У Вас были какие-то сомнения на этот счёт?
— Мне было кое-что известно частным образом, со слов Михаила Ефимовича Губонина, который был большим другом папы и писателем жизни святейшего Тихона. Во время погребения патриарха Тихона в 1925 году Михаил Ефремович был иподъяконом у епископа Петра Руднева, викария патриарха, который руководил погребением. Мои родители тоже участвовали в похоронах — мама в числе молящихся, а отец был иподьяконом у архиепископа Федора Поздеевского. Оказывается, на фабрике Оловянишникова был изготовлен не один, а три зеленых саккоса. Я был не уверен, что могила пустая.
Убежденность превратилась в твердую уверенность после того, как совершенно непроизвольно, после многих отсрочек и переносов, работы по обретению святых мощей начались в праздник Сретения Господня.
Вопрос об обретении святых мощей ставился патриархом Алексием Вторым и раньше, но он проявлял здесь осторожность, связанную с всеобщим убеждением, что могила пуста. Выяснению дела, как ни странно, способствовал пожар. В 1991 году 18 ноября в Малый Собор бросили бутылку с зажигательной смесью, и он выгорел.
— Посмотрела сейчас по нашей базе данных. «ТАСС. МОСКВА. 18 ноября вечером загорелось помещение притвора Малого собора Донского монастыря. Обгорели и пострадали от высокой температуры иконы, монастырская утварь, мебель. Сильно оплавился старинный серебряный крест, лежавший на мощах. Иконостас с наиболее ценными иконами пожарным удалось спасти. Предполагаемая причина пожара — поджог».
— Не буду останавливаться на многих деталях, но об одной надо сказать. Была вскрыта большая площадь пола. Рядом с предполагаемым захоронением патриарха Тихона не было свободного места — кругом могилы с надгробными плитами. И только на одном месте не было ничего — на месте, которое считалось могилой патриарха. Оказалось, что здесь проходит отопление — воздухопровод для подачи теплого воздуха в собор от печи, которая находилась вне. Эта система, построенная в 80-хх годах XIX века, представляла собой короб из кирпича 60 см высотой, 40 см шириной. Но у меня был большой археологический опыт, и я увидел, что в двух местах имеются едва заметные швы. Они были настолько малы, что неопытному взгляду едва ли можно было это заметить.
Тогда разломали калорифер длиной больше 3 метров. Показались плиты. Мы расчистили одну плиту, подняли ее и увидели под плитой склеп глубиной 2,5 — 3 метра, дно и боковые стены которого выложены мрамором. Посередине склепа стоял дубовый гроб хорошей сохранности, а на крышке гроба — мраморная доска с надписью «Святейший Тихон. Патриарх Московский и всея России». Осмотр гроба показал, что с момента его помещения в этот склеп он не вскрывался.

Это случилось 17 февраля 1992 года в 23.15. Я позвонил патриарху Алексию. Он был в Чистом, где проходило заседание Священного Синода. Сообщил, что гроб Святейшего патриарха Тихона в полной сохранности находится на своем месте. Он помолчал довольно продолжительное время. Спросил: «А Вы в этом уверены?». Я ответил: «Да, Ваше Святейшество. Вы можете тоже быть в этом уверены, если приедете». Пауза была уже короче.
Святейший сказал: «Хорошо». И в 00.15 патриарх Алексий прибыл. После того как он все увидел, он поздравил братию, поблагодарил всех, кто участвовал в обретении. Непосредственно археологией занимались мои коллеги, с кем я раньше работал в Херсонесской экспедиции. Работы проходили под пение хора. В течение всего периода обретения на месте присутствовали наместник Донского монастыря архимандрит Агафодор и иеромонах Тихон (Шевкунов), клирик того же монастыря, и все решения принимались соборно.

Патриарх Алексий II у склепа с мощами святителя Тихона.
— И никто не знал, каким образом было произведено захоронение в 1925 году?
— Захоронение было тайное. При опускании гроба в могилу, в Малый Собор никого не пустили. И явно склеп был сделан раньше, потаенно. Это целая комната, где можно стоять в полный рост, высотой около 2.5 метров, длиной 3 метра и шириной 2. Всё выложено мраморной плиткой. Мы раскопали все вокруг, там были склепы совершенно иного плана.
— То есть при похоронах разобрали отопительную систему, и поместили туда гроб?
— Да. Именно так.
— А интересно, что за сани видели с гробом в 30-м году?
— Потом оказалось, что это была киносъемка.
— Где сейчас покоятся мощи?
— Сейчас они находятся в Большом соборе. А захоронение было в Малом. Одно время, в 90-е годы, была традиция перемещения мощей весной и осенью из теплого собора в холодный и наоборот. Сейчас этого нет, поскольку в Большом соборе сделали отопление.
— Когда мощи были подняты и установлены в почетном месте?
— В торжественной обстановке 22 февраля, с песнопениями, святые мощи были показаны архиереям и духовенству. Крышка гроба была открыта, и все могли их увидеть. 27 февраля гроб был поднят. Следует отметить, это было нелегким делом, так как и крышка и гроб были обшиты свинцом.
А самое первое молитвенное поклонение святейшему Тихону было воздано еще в 1990-м году, в первый день его памяти после канонизации, на Благовещение. Той весной этот праздник совпал с Вербным воскресением. В Малом соборе, где было только обозначение могилы, был совершен первый молебен. В торжестве участвовали наш патриарх Алексий и митрополит Американский Феодосий. Кстати, похороны патриарха Тихона в 1925 году также совпали с Вербным воскресением. И там, в гробу была вербочка.
Елена Дорофеева (ИТАР-ТАСС, Москва).
СПРАВКА
Патриарх Тихон (в миру Васи́лий Ива́нович Белла́вин)
История российского патриаршества началась в 1589 году. Первым Патриархом Московским и всея Руси стал Иов. После него на патриаршем престоле сменилось еще девять предстоятелей. Последним из них был Адриан, умерший 16 октября 1700 года. До 1721 года Русской Православной Церковью управлял местоблюститель патриаршего престола, а с 1721 года до 1918-го – Святейший Синод.
В ноябре 1917 года патриаршество было восстановлено, и следующим (одиннадцатым) Патриархом Московским и всея Руси стал 52-летний Тихон (в миру Василий Иванович Белавин).
Он родился 19 января 1865 года в селе Клин Псковской губернии. Его отцом был бедный сельский священник Иван Тимофеевич Белавин. Мать его звали Анной Гавриловной.
Василий Белавин окончил духовное училище в Торопце и 13-ти лет поступил в Псковскую духовную семинарию, а 19-ти лет – в Петербургскую духовную академию. В 1888 году он окончил Академию со степенью кандидата богословия и вернулся в Псковскую семинарию преподавателем богословия и французского языка.
14 декабря 1891 года он постригся в монахи с именем Тихон. В мае 1892 года был назначен ректором Казанской семинарии и возведен в сан архимандрита. 19 октября 1897 года архимандрита Тихона рукоположили в сан епископа, а менее чем через год он был назначен епископом Алеутским и Аляскинским.
Его епископская кафедра располагалась в Сан-Франциско. Епархия делилась на Аляску и Алеутские острова, где православными были коренные североамериканские народы – алеуты, эскимосы и индейцы, и на собственно Североамериканский континент, где жили православные эмигранты из Европы – русские, греки, болгары.
Святитель Тихон правил епархией 8 лет, создав православные духовные семинарии в Миннеаполисе и Кливленде, построив два храма в Нью-Йорке и основав Свято-Тихоновский монастырь в Пенсильвании. В 1905 году он был возведен в сан архиепископа, а 25 января 1907 года его отозвали в Россию, назначив архиепископом Ярославским и Ростовским. 7 лет пробыл святитель Тихон на этом посту и затем был поставлен в Литовскую епархию, которая летом 1915 года была оккупирована немецкими войсками. Святитель Тихон вынужден был эвакуироваться в Москву.
Февральская революция привела к тому, что повсюду были проведены епархиальные съезды, потребовавшие выборности всех духовных и духовно-административных должностей. Образовалось множество вакансий на епископских кафедрах, которые замещались путем избрания тайным голосованием церковного клира и мирян.
21 июня 1917 года таким голосованием на съезде Московской епархии митрополитом Московским и Коломенским был избран святитель Тихон. Газета «Богословский вестник» так писала о состоявшихся выборах: «Европейски просвещенный архиепископ Тихон на всех местах своего епископского служения проявил себя независимым деятелем высокой честности, твердости и энергии и одновременно человеком большого такта, сердечным, отзывчивым и чрезвычайно простым и доступным как в деловых, так и в частных отношениях к людям. Замечательно, что при всей эмоциональности, которую иногда принимало обсуждение кандидатов на избирательном съезде, никто не мог бросить даже и тени чего-либо компрометирующего на личность архиепископа Тихона».
13 августа 1917 года архиепископ Тихон был возведен на престол митрополитов Московских, на котором до него восседали прославленные святые – Петр, Алексий, Иона, Филипп и Гермоген. А через два дня в Москве начал работу Поместный собор Русской Православной Церкви, на котором присутствовало 576 делегатов от всех епархий Русской Православной Церкви. Выступая на открытии Собора, состоявшемся в Храме Христа Спасителя, избранный его председателем митрополит Тихон сказал: «Ныне Родина наша находится в разрухе и опасности, почти на краю гибели. Как спасти ее – этот вопрос составляет предмет крепких дум… Созерцая разрушающуюся на наших глазах храмину государственного нашего бытия, представляющую как бы поле, усеянное костями, я, по примеру древнего пророка, дерзаю вопросить: оживут ли кости сия?».
Собор решал разные вопросы церковной и государственной жизни, однако лишь через 2 месяца началось обсуждение вопроса о восстановлении в России патриаршества, хотя возникла эта проблема сразу после революции 1905–1907 годов. 25 октября власть в Петрограде была захвачена большевиками. В субботу, 28 октября, когда в Москве начались уличные бои между Красной гвардией и сторонниками Временного правительства, на Соборе и решался вопрос о патриаршестве.
29 октября митрополит Тихон должен был служить в Храме Христа Спасителя, но пройти туда из-за стрельбы в центре Москвы он не смог. Эти события ускорили принятие Собором решения о восстановлении патриаршества. 31 октября, под грохот орудий, состоялось голосование. Сначала избрали трех кандидатов в патриархи: архиепископа Харьковского и Ахтырского Антония (159 голосов), архиепископа Новгородского и Старорусского Арсения (199 голосов) и митрополита Тихона (162 голоса).
Из трех кандидатов делегаты-епископы должны были избрать патриарха, но они предложили «отдать все на волю Божью, путем жребия». Бросить жребий постановили сразу же после окончания уличных боев.
Митрополит Тихон поехал в Кремль и, увидев тела убитых юнкеров, лужи крови и разрушения, причиненные артиллерийским огнем Чудову монастырю и соборам Кремля, просил избирать патриарха не в Успенском соборе, как того хотели делегаты Собора, а в Храме Христа Спасителя.
5 ноября слепой схимонах Зосимовой пустыни Алексий вынул из ковчега жребий с именем Тихона. Он стал патриархом, 21 ноября в Успенском соборе состоялась его интронизация.
В феврале 1918 года В. И. Ленин подписал декрет об отделении Церкви от государства и школы от Церкви. В центре и на местах руководители партии и Советов восприняли его как приказ к уничтожению Церкви. Стали разгоняться духовыне семинарии и академии, закрываться храмы и монастыри, имущество Церкви объявлялось государственным. Сотни, а затем и тысячи священников и монахов становятся жертвами ЧК.
Уже в январе Патриарх Московский и всея Руси 1918 года Тихон предал анафеме всех врагов Церкви, вступив в борьбу с большевизмом. Власти тут же ответили сокрушительным ударом: «Все церковнослужители, замеченные в распространении всяких контрреволюционных воззваний, а также пропаганды в этом направлении, будут караться со всей строгостью революционного времени вплоть до расстрела».
Однако Тихон не испугался. Он не признал Брестский мир, призвал совершать панихиды по убитым в Екатеринбурге Николаю II и членам его семьи. В октябре 1918 года он обратился с письмом к Совету Народных Комиссаров, открыто обвинив Советскую власть в надругательстве над Церковью и над Отечеством: «Взыщется от вас всякая кровь праведная, вами проливаемая, и от меча погибнете сами вы, взявшие меч».
Патриарха подвергли домашнему аресту, устроили на него покушение, но он боролся против расстрелов заложников, против осквернения церквей и уничтожения мощей, за спасение жизней 30-ти миллионов голодающих, против бандитского изъятия церковных ценностей, воззвав в то же время, отдать все реликвии, которые не употребляются при богослужении, в пользу голодающих.
Но Ленин использовал разразившийся голод для того, чтобы «провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией и не останавливаясь перед подавлением какого угодно сопротивления».
28 марта 1922 года в «Известях» был опубликован «Список врагов народа», в котором под № 1 был назван Патриарх Тихон.
Вслед за тем в ГПУ один за другим начались процессы над священнослужителями, которых бросали в тюрьмы и приговаривали к расстрелу. К концу 1922 года было расстреляно более 8 тысяч человек.
6 мая Патриарха Тихона арестовали и заключили под арест в Донском монастыре.
Одновременно с этим ГПУ и Советское правительство в мае 1922 года инициировали создание так называемой «Живой церкви», стоящей на платформе новой власти. Во главе встал протоиерей Александр Введенский, который возглавил и Высшее церковное управление, узурпировавшее церковную власть.
В апреле 1923 года в Москве открылся Второй Поместный собор Русской Православной Церкви, получивший тут же в народе название «Лжесобор». Его решением Тихон был сведен с патриаршего престола, лишен сана, звания и монашества. В ГПУ стали готовить процесс о «контрреволюционной деятельности патриарха Тихона», с приговором его к расстрелу.
Однако, по политическим соображениям, Тихона освободили и вслед за этим из «Живой церкви» в православные приходы возвратились почти все священники, принося покаяние в своем грехе отступничества.
Сам Патриарх Тихон продолжал подвергаться гонениям. Было совершено еще два покушения на него: 9 декабря 1924 года был убит его келейник Яков Полозов, которого святитель любил как сына, а через неделю в него самого дважды выстрелили из револьвера, когда он пришел на могилу Полозова.
Все пережитое подорвало здоровье патриарха, и он попал в больницу, но и там ГПУ продолжало преследовать его, подписав в начале марте 1925 года ордер на его арест.
Однако арест не состоялся: 12 марта патриарх Тихон умер.
В 1989 году решением Архиерейского собора Русской Православной Церкви он был причислен к лику святых.

Обретение мощей святителя Тихона, Патриарха Всероссийского

22 февраля 1992 года в Донской обители состоялось особенное событие — были обретены мощи святителя Тихона, Патриарха Всероссийского.

Предлагаем вашему вниманию своего рода «Хронику обретения мощей святителя Тихона» по книге «Святитель Тихон, Патриарх Московский и всея России»:

«Одной из трагических тайн церковной жизни в советское время была для православных людей судьба мощей святителя Тихона, Патриарха Московского и всея России. Говорили, что в 1927 году после закрытия Донского монастыря чекисты извлекли тело святителя Тихона из могилы в Малом Донском соборе и сожгли его в крематории. По другой версии, святитель Тихон был перезахоронен монахами на Немецком кладбище с согласия ЧК. Была еще одна версия: монахи перезахоронили тело святителя где-то в Донском монастыре. То, что останки святителя Тихона могли быть уничтожены, не вызывало удивления: ненависть к Патриарху у советской власти была исключительной — в известной статье «Известий» в списке врагов советской власти он стоял под номером один.

Мнение о том, что тела Патриарха нет в могиле, было настолько стойким, что даже митрополит Николай Ярушевич, служивший панихиду по святителю Тихону в Малом Донском соборе в 1948 году, сказал после окончания службы: «Мы молились сейчас только над могилой Святейшего, тела его здесь нет».

И для этой уверенности были основания. В 1932 году лжемитрополит Введенский начал служить литургии в облачениях, в которых москвичи сразу узнали те самые архиерейские облачения, в которых лежал во гробе Святейший Патриарх Тихон.

Считалось, что эти саккос, омофор, епитрахиль — удивительной работы архиерейские облачения — были изготовлены на фабрике Оловянишникова специально для Патриарха Тихона и только в одном экземпляре.

В мае 1991 года была возобновлена монашеская жизнь в Донском. И одно из первых благословений, которое испросили монахи у своего настоятеля Святейшего Патриарха Алексия, было благословение на поиски мощей святителя Тихона.

18 ноября, через две недели после окончания ремонта, Малый Донской собор был подожжён. Разбив окно, злоумышленники бросили бомбу с зажигательной смесью рядом с могилой Патриарха. В несколько минут выгорел почти весь храм. И только чудо спасло его от полного уничтожения. Одна женщина из окна своего дома увидела сам момент взрыва и сразу сообщила об этом в пожарную охрану. И ещё: в этот же день за Божественной литургией в Малом Донском соборе Господь вразумил иеромонахов приготовить запасные Святые Дары — Они были поставлены в дарохранительнице на Святом Престоле. До этого запасные Святые Дары здесь не готовились.

Трапезная часть храма выгорела полностью, уцелели только четыре чудотворные иконы. Но самое удивительное было в том, что огонь не коснулся алтарной части. Казалось, невидимая стена преградила путь огню.

Именно во время второго затянувшегося ремонта Малого Донского собора и были обретены мощи святителя. Да и день поджога — 18 ноября по новому стилю (5 ноября по старому) — особо знаменателен. Именно в этот день в 1917 году в храме Христа Спасителя жребий Патриаршества пал на святителя Тихона.

В день праздника Сретения Господня, ближе к вечеру, совершив молебен святителю Тихону, приступили к раскопкам. Об этом знали, кроме нескольких человек из братии монастыря, лишь Святейший Патриарх Алексий II, архимандрит Кирилл (Павлов) из Свято-Троицкой Сергиевой Лавры и архимандрит Иоанн (Крестьянкин) из Псково-Печерского монастыря. Руководил раскопками Сергей Алексеевич Беляев, известный учёный, который принимал участие в обретении мощей преподобного Амвросия Оптинского, занимался раскопками в Дивеево и Херсонесе. Сергей Алексеевич был более всех убежден в том, что мощи находятся здесь. Он разыскал сведения о том, что облачение, в котором был захоронен Патриарх Тихон, не единственное. На фабрике Оловянишникова было изготовлено три таких комплекта.

Участник раскопок иеромонах Тихон (Шевкунов) позднее, по обретении мощей, писал: «Сняв мраморное обгоревшее надгробие и углубившись сантиметров на тридцать, мы наткнулись на массивную мраморную плиту с надписью: «Святейший Тихон, Патриарх Московский и всея России».

Мы стали копать дальше и на глубине около метра обнаружили каменный свод склепа. Все работали без отдыха, и через несколько часов расчистили весь склеп. Нам пришлось приложить много усилий. Было вынуто несколько камней, в образовавшееся отверстие мы протиснули зажжённую свечу и заглянули внутрь. Склеп был пуст. Свеча осветила лишь пыльные клоки паутины и выступающие камни.

Самые худшие наши опасения оправдывались. Даже частицы мощей, даже щепки гроба, которые, как мы надеялись, могли обронить чекисты при вскрытии могилы Патриарха, здесь не было.

Когда мы немного пришли в себя, то решили поискать хотя бы у торцов склепа. Неожиданно прут, длиной в два метра, полностью ушёл вправо по ходу склепа и влево. То же самое произошло и с восьмиметровым прутом. Только тогда мы поняли, что обнаружили не склеп, а часть калориферной отопительной системы. Так в свое время отапливались многие русские храмы. Внизу ставили печь, и горячий воздух проходил по трубам, выложенным под полом.

Но когда мы раскопали калорифер, то заметили, что та часть, которая находится прямо под надгробием Патриарха Тихона, сравнительно новая, кладка скреплена цементом и особо тщательно укреплена. В других местах кладка была ветхая и скреплена известковым раствором. Но самое главное, найденная нами укрепленная часть трубы лежала не на земле, как в других местах, а на массивной бетонной плите.

У некоторых из нас появились сомнения, продолжать ли раскопки в этом месте, тем более, что по одной из версий могила Патриарха находилась рядом, метрах в пяти, у другого окна. Мнения разделились, и наутро мы поехали к Святейшему и рассказали ему обо всем, спрашивая благословения, как поступать дальше. Подробно расспросив обо всем, Святейший благословил продолжать поиски на том же месте.

С каждым часом работы надежда на успешное завершение нашего труда росла. Если бы чекисты разорили могилу, то вряд ли они стали бы так тщательно восстанавливать калорифер. Скорее всего, монахи похоронили Патриарха намного глубже, а трубу восстановили для маскировки и дополнительной защиты.

Когда через два дня напряжённой работы перед нами предстал настоящий склеп Патриарха, то это было мощное, необычайно укреплённое сооружение, проникнуть в которое можно было бы только с большим трудом. Тогда мы поняли, почему во время похорон в Малый Донской собор была допущена лишь небольшая часть архиереев. По всей видимости, уже тогда все было готово, чтобы надежно защитить могилу Патриарха от возможного надругательства.

Сверху склеп был покрыт огромной плитой. На наше счастье, плита оказалась не цельной, а состояла из нескольких каменных секций, весом, приблизительно, по четыреста килограммов. Подняв одну из этих глыб, мы вновь опустили свечу внутрь. Перед нами был дубовый гроб, описание которого мы все хорошо знали. На нём лежала мраморная табличка, на которой при свете свечи мы прочли: «Патриарх Московский и всея России Тихон», год и день интронизации, день и год смерти.

Мы сразу же позвонили Святейшему Патриарху Алексию. Только что закончилось совещание Святейшего Синода, было около двенадцати часов ночи. Минут через двадцать приехал Святейший. Мы встречали его колокольным праздничным звоном, в полночь он звучал, как на Пасху.

Трудно передать то чувство, которое испытывали мы в ту ночь, стоя у открытой могилы. Перед нами были благодатные святые мощи, которые мы и не чаяли увидеть, когда начинали раскопки. Это произошло 19 февраля.

22 февраля в монастырь приехали Святейший, члены Синода, старцы: отец Кирилл и отец Наум. Когда подняли сильно обветшавшую крышку гроба с осыпающейся инкрустацией, перед нами предстали святые нетленные мощи святителя Тихона, покрытые бархатной патриаршей мантией.

Ещё через несколько дней члены комиссии по обретению мощей святителя Тихона омыли святые мощи по древнему чину, облачили в новые святительские одежды (самое облачение святителя отдано на реставрацию) и уложили в специально изготовленную раку.

Несмотря на то, что в склепе была стопроцентная влажность, святые мощи Патриарха Тихона, пролежав в земле 67 лет, сохранились почти полностью. Полностью сохранены десная рука, большая часть туловища, часть ног, волосы, борода и все кости. Примечательно, что одна из панагий святителя Тихона, сделанная из кости, здесь же, в склепе, полностью превратилась в прах, остался только серебряный оклад. Невольно вспоминается: «Хранит Господь кости их». Сохранились и облачения святителя Тихона, Великий Патриарший Параман, чётки, патриарший и монашеский параманные кресты, нательный крестик, драгоценная панагия, подаренная архиепископу Тихону духовенством и прихожанами Ярославской епархии. Сохранилась даже вербочка (святителя Тихона хоронили на Вербное воскресенье) и флакон с благоухающим розовым маслом, которым отирали тело Патриарха перед погребением».

В субботу первой седмицы Великого поста, накануне Недели Православия и в самый праздник Святого Православия в Малом Донском соборе начались всенародные молебны перед мощами святителя Тихона. В этот день праздновалось 75-летие явления Державной иконы Божией Матери, большая часть акафиста которой была написана Патриархом Тихоном. В этот день — торжества Православия — положено возглашать анафемы на еретиков и всех противящихся Божественному учению, и невольно вспоминалось то грозное послание святителя Тихона, где он анафемствовал преступников перед Богом, Церковью и народом.

Подобно тому, как в начале нынешнего века святитель Тихон был дан Церкви в период смутных времен, чтобы укрепить Её и провести истинным путём Святого Православия, так и теперь, когда настали новые смутные времена, явлены нам в помощь его святые мощи.

Теперь в православных храмах во время богослужения исполняется тропарь с молитвой к первому святому советского времени».

Мощи Тихона Задонского: история канонизации, где покоятся

Паломники, желающие поклониться нетленным останкам и попросить исцеления от разных недугов, хотят знать, где покоятся мощи святителя Тихона Задонского. Прежде нужно доехать до Задонска — небольшого города Липецкой области.

Мощи святителя Тихона Задонского — история святого

В миру Тимофей родился в крестьянской многодетной семье. Вскоре стал грамотным и обучался в духовной семинарии. Был одним из лучших учеников. Принял постриг и получил имя Тихона. Его жизненный путь тесно связан с Богом и служением людям — сначала он преподавал богословие и греческий язык, стал ректором духовной семинарии.

Служение на посту

Когда пришло время выбрать епископа Воронежской епархии, жребий трижды пал на Тихона. Он принял и успешно пребывал на этом посте. На службе он писал богословские книги, заботился о распространении православной веры, улучшал богослужения. О нем всегда положительно отзывались коллеги и простые люди.

Уход на покой и кончина

Известны случаи исцеления беснования, тяжелых болезней и паралича. Из-за плохого здоровья Тихон ушел на покой и переехал жить в скит в Задонске. Будущий святой не брезговал тяжелой работой и неустанно молился. К нему в келью часто приезжали прошане, моля об исцелении. Собранные деньги от дворян он тратил на подаяние нищим и нуждающимся.

На любимом месте отдыха Тихона установлена купальня и действует женский монастырь. Есть и местная легенда, которая наделяет чудодейственной силой дуб, под которым отдыхал святой. Увы, находится на территории частного владения, и доступ к нему закрыт.

Там деятель скончался. При свидетельствовании почетных служителей тело Тихона признано нетленным. Входит в перечень православных святых, хотя внесен туда со значительным опозданием: царствующий тогда Николай І опасался любых общественных собраний, усматривая в них возможность бунта.

Где находятся мощи Тихона Задонского

Мощи святого Тихона Задонского были официально освидетельствованы 19 мая 1860 г. Гроб вскрыли и обнаружили, что сами доски прогнили и стали трухлявыми, а тело сохранилось практически полностью. Были зафиксированы допустимые изменения:

  • кожные покровы стали коричневыми;
  • немного разошлись суставы рук и ног, но не отделились от тела.

Открытие произошло 13 августа — сегодня это день памяти святого. При царской власти мощи почитались и опочивали в разных монастырях в зависимости от времени года. Во времена большевизма мощи были вывезены из города в специальный антирелигиозный музей. После Второй Мировой войны их выставили в Орле в кафедральном Богоявленском соборе.

В октябре 1961 г. останки снова спрятали подальше от человеческих глаз в комнаты краеведческого музей. В конце 1990-х гг. начались прошения о возврате бывших зданий ныне действующим церквям. Тело ссохлось и мумифицировалось, а левая рука осталась почти нетленной.

Сегодня мощи Тихона Задонского находятся в Задонском Рождество-Богородицком мужском монастыре. Над ними установлена прекрасно убранная сень. Мощи исцеляют от душевных, телесных и нравственных недугов.

Как прикладываться к нетленным останкам

По традиции соблюдают ритуал:

  1. Возле раки делают два земных поклона так, чтобы не мешать другим прихожанам.
  2. Далее прикладываются к ней головой или рукой.
  3. Отходя, отпускают еще один поклон.

Во время прикладывания допускается молиться и мысленно просить об исцелении конкретного недуга. Не стоит долго задерживаться у раки, а дать возможность прислониться другим прихожанам.

Мощи Тихона Задонского

Tags: Задонскистория ЗадонскамощиТихон

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *