Государственная религия

Государственная религия — State religion

Страны с государственной религией. буддизм ислам Шиитский ислам Суннитский ислам Протестантизм (включая англиканство ) католицизм

Часть серии о

дискриминация Конкретные формы

Государственной религией (также называется государственной религией или официальной религией ) является религиозным органом или вероисповедания официально одобрены государством . Государство с официальной религией, хотя и не является светским , не обязательно является теократией , страной, правители которой имеют как светскую, так и духовную власть. Государственные религии являются официальными или санкционированными правительством учреждениями религии, но государство не обязательно должно находиться под контролем религии (как в теократии), а санкционированная государством религия не обязательно находится под контролем государства.

Официальные религии были известны на протяжении всей истории человечества практически во всех типах культур, начиная с Древнего Ближнего Востока и предыстории. Отношение религиозного культа и государства обсуждалось Варро под термином » богословие гражданское» («гражданское богословие»). Первой спонсируемой государством христианской церковью была Армянская Апостольская Церковь , основанная в 301 году нашей эры. В христианстве , поскольку термин » церковь» обычно применяется к христианскому месту поклонения или организациям, включающим такие, термин » государственная церковь» ассоциируется с христианством, санкционированным правительством, исторически государственная церковь Римской империи в последние века Империя существует и иногда используется для обозначения определенной современной национальной ветви христианства. С государственными церквями тесно связаны экклезии , которые похожи, но имеют более незначительный оттенок.

На Ближнем Востоке многие государства с преимущественно исламским населением имеют ислам в качестве государственной религии, как неденоминационный мусульманский , шиитский или суннитский , хотя степень религиозных ограничений в повседневной жизни гражданина варьируется в зависимости от страны. Правители Саудовской Аравии пользуются как светской, так и религиозной властью, в то время как светские президенты Ирана должны следовать решениям религиозных властей после революции 1979 года . Турция, которая также имеет преимущественно мусульманское население, стала светской страной после реформ Ататюрка , хотя, в отличие от русской революции того же периода времени, она не привела к принятию государственного атеизма .

Степень, в которой официальная национальная религия навязывается гражданам государством в современном обществе, значительно варьируется; от высокого, как в Саудовской Аравии, до минимального или вообще никакого, как в Дании , Англии , Исландии и Греции .

«Индекс веры»: сколько на самом деле в России православных

Люди просто видят для себя в православии ценность, поэтому и причисляют себя к нему. Другое дело, когда речь идет об их воцерковленности, полагает заместитель председателя научного совета ВЦИОМ, глава комиссии Общественной палаты России по гармонизации межнациональных и межрелигиозных отношений Иосиф Дискин.

Аналогичная ситуация с мусульманами, которых в стране, как утверждают в Совете муфтиев России, более 20 миллионов: не все из них, к примеру, соблюдают пост в месяц Рамадан. А ведь эти цифры зачастую становятся аргументом в имущественных требованиях.

«У нас, между прочим, светское государство, которое призвано защищать интересы как агностиков и атеистов, так и верующих. Поэтому когда обращаются с требованием предоставить землю (под молельню. — Прим. ред.), давайте смотреть, каковы размеры зарегистрированных общин. При этом часто верующим действительно не хватает места», — отмечает Дискин.

«Часть цивилизации»

В Русской православной церкви не видят большой проблемы в том, что православных, по статистике, 80%, в Бога из них верят всего две трети, а соблюдают посты и ходят в храмы лишь 4%.

«Любая компания, которая проводит социологические опросы, использует свою методику подсчета. Эта методика, за которой могут стоять целые научные школы, дает свои результаты, которые чаще всего не совпадают», — отмечает замглавы синодального отдела Московского патриархата по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе.

«Я не считаю, что эта цифра (80%) вызывает какие-то вопросы. И вот почему: во многих странах, не только в России, люди ассоциируют себя с той или иной религиозной конфессией, религиозной общиной не только строго в вероучительном ключе, но и в культурном. Наверное, в любом государстве, где в течение долгого времени — нескольких веков или тысячелетий — существует та или иная религиозная община, принадлежность к ней носит в том числе цивилизационный характер. Поэтому когда человек называет себя православным, он лишь свидетельствует о том, что православная цивилизация является ценностью, которая составляет часть его идентичности», — утверждает он.

Количество или качество?

Впрочем, в этой связи возникает вопрос: а нужно ли вообще, чтобы было много верующих? Возможно, конфессиям куда важнее иметь малочисленную, но верную паству, нежели общественную популярность.

«Неверно выстраивать противопоставление между количеством и качеством (верующих. — Прим. ред.) только по формальным оценкам. Человек может десятилетиями ходить в храм и прекрасно знать все церковные обряды, участвовать в таинствах. Но если при этом он не становится чище, добрее и святее, то это вовсе не говорит о том, что Божественная благодать на нем действенна. Например, так называемый «индекс воцерковленности», который в свое время был придуман социологом Валентиной Чесноковой, или собственно церковный критерий, — все они являются внешними маркерами. А содержательные маркеры известны только духовнику, который непосредственно работает с человеком, наблюдает его в динамике. Поэтому существенное повышение процента тех, кто регулярно соблюдает посты, участвует в службах и так далее, вовсе не является отражением качества веры как таковой», — объясняет настоятель Пятницкого подворья Троице-Сергиевой лавры, доцент Московской духовной академии протоиерей Павел Великанов.

Возможно, для некоторых людей тот факт, что религия и нравственность играют важную роль в поддержании и развитии преуспевающего и эффективного государства, не является очевидным. Единственное действенное решение многих серьезных проблем, с которыми сталкивается современный мир, лежит в плоскости духовной, а не политической или экономической. Расизм, насилие и преступления на почве нетерпимости, например, – это духовные проблемы, и решить их можно только на духовном уровне. Старейшина Даллин Х. Оукс, член Кворума Двенадцати Апостолов, учил:

«Многие из большинства значительных нравственных достижений в западном обществе были вдохновлены религиозными законами и доведены до официального признания благодаря проповеди с кафедры. Среди их примеров – отмена работорговли в Англии и Прокламация эмансипации в . То же самое можно сказать и о движении в защиту гражданских прав, которое существует последние полстолетия»2.

Установление нравственного порядка общества в значительной степени зависит от религии и церквей. Государство никогда не сможет построить достаточно тюрем, чтобы вместить всех преступников, порожденных обществом, в котором не хватает нравственности, моральной устойчивости и веры. Развитие этих качеств стимулируется исповедованием религии, а затем законодательным декретом или силами полиции. Государство не может контролировать настрой, желания и надежды человеческого сердца. Однако эти семена прорастают в поступки, которые государство должно регулировать.

Французский историк и государственный деятель Алексис де Токвиль написал: «В отсутствии веры может существовать не свобода, а деспотизм»3. И даже деспотизм не может управлять бесконечно без веры. Ибо, как заметил Борис Ельцин, первый президент Российской Федерации, «можно построить трон из штыков, но долго на нем не усидишь»4.

В Нагорной проповеди Иисус противопоставляет закон, записанный в книгах, закону, написанному на Небесах.

«Вы слышали, что сказано древним: ‘не убивай, кто же убьет, подлежит суду’.

А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду» (от Матфея 5:21–22).

В то время как государство следит за исполнением законов, записанных в книгах, религия учит и способствует верности законам, написанным в сердце. Те, кто соблюдают эти законы, реже или никогда не нарушают законы государства. В Учении и Заветах сказано: «Пусть ни один человек не преступает законов страны, ибо соблюдающий законы Божьи не имеет нужды преступать законы страны» (58:21).

Но там, где духовные вопросы игнорируются, закон, написанный на бумаге, и правовые механизмы государства в конце концов перестанут действовать. Добиться гражданского порядка в обществе возможно лишь тогда, когда большинство людей будет поступать нравственно не потому, что они подчиняются закону или полицейским, а по причине убежденности в том, что им следует так поступать.

Государство следит за поведением своих граждан. Оно пытается заставить их поступать порядочно и высоконравственно. С другой стороны, религия пытается убедить их обрести желание поступать порядочно и высоконравственно. Президент Эзра Тафт Бенсон (1899–1994 гг.), член правительства под руководством президента США Дуайта Д. Эйзенхауэра, учил этому существенно важному разграничению:

«Господь действует изнутри вовне. Мир действует снаружи вовнутрь. Мир извлекает людей из трущоб. Христос выводит трущобы из людей, а затем они сами выводят себя из трущоб. Мир формирует людей, изменяя их среду обитания. Христос изменяет людей, чтобы затем они сами изменили свою среду обитания. Мир влияет на поведение людей, а Христос может изменить саму природу человека»5.

Со временем все свободные государства должны будут в конце концов полагаться на сознательную добродетель и поддержку своих граждан. Как сказал легендарный государственный деятель и политический философ Эдмунд Берк, «вечным устройством вещей определено, что люди несдержанного ума не могут быть свободными. Их страсти становятся их путами»6.

С этой целью хорошее государство защищает религию и поддерживает свободу вероисповедания. А хорошая религия побуждает людей быть добропорядочными гражданами и соблюдать законы страны.

Хорошему правительству не нужно становиться на чью-то сторону. Оно не должно одобрять одну религию или покровительствовать ей, отказывая в поддержке другой религии. Представители власти должны быть свободны в выборе своих личных верований и ритуалов согласно голосу своей совести. Точно так же хорошая религия не должна ни поддерживать, ни противостоять каким бы то ни было политическим партиям или кандидатам, но ее приверженцы должны быть свободны и даже получать поддержку в том, чтобы участвовать в политических процессах и поддерживать ту партию или кандидата, которых они считают лучшими.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *