Фаст Геннадий

Толкование на Апокалипсис

От автора

Вступление

Глава 1 Глава 2 Первое послание Второе послание Третье послание Четвёртое послание Глава 3. Пятое послание Шестое послание Седьмое послание Приложение 1. Ложные эсхатологические учения Приложение 2. Общая схема Апокалипсиса Глава 4 Глава 5 Глава 6 Снятие первой печати, означающее апостольское учение Снятие второй печати, означающее брань неверных против верующих Снятие третьей печати, означающее голод и отпадение нетвердо уверовавших во Христа Снятие четвертой печати, показывающее язвы и смерть, наводимые на нечестивых Снятие пятой печати, позволяющее увидеть души святых мучеников Снятие шестой печати, означающее язвы, наводимые при кончине века Глава 7 144000 запечатленных, не потерпевших вреда от четырёх Ангелов Великое множество убеленных с пальмовыми ветвями Глава 8 Снятие седьмой печати Первый трубный глас Второй трубный глас Третий трубный глас Четвертый трубный глас Глава 9 Пятый трубный глас. Первое горе. Видение саранчи Назначение саранчи и её дела Внешний вид и образ действий саранчи Шестой трубный глас. Второе горе. Об ангелах при Евфрате и конном воинстве Глава 10 Глава 11 Седьмой трубный глас. Третье горе Приложение 3. Храм Божий Глава 12. Видение жены и дракона Глава 13. Об антихристе Приложение 4. Опровержение адвентистского учения об антихристе как о Римском папе Объяснения православного Глава 14. Видение 144000 девственников Видение трёх ангелов-вестников Видение второго ангела Видение третьего ангела Картина жатвы Глава 15. Семь ангелов с семью чашами гнева Божия Глава 16. Семь чаш гнева Божия Первая чаша Вторая чаша Третья чаша Четвертая чаша Пятая чаша Шестая чаша Седьмая чаша Таинственное значение чаши седьмого ангела Непосредственное значение чаши седьмого ангела Глава 17. Вавилон – великая блудница Глава 18. Падение Вавилона Плач царей Плач торговцев Плач мореплавателей Глава 19 Небесный всадник на белом коне Глава 20. Тысячелетнее царство Восстание Гога и Магога и ввержение дьявола в геенну Страшный суд Приложение 5. Толкование на книгу пророка Исайи (11,1–10) Приложение 6. История и сущность хилиазма Иудейский хилиазм Христианский хилиазм Философско-политические учения и государственные системы Оккультизм и теософия Тайна беззакония Глава 21. Видение нового Иерусалима Глава 22 и последняя Послесловие Иоанна, находящегося на острове Патмос рядом с учеником своим Прохором Приложение 7. К вопросу о герменевтике Апокалипсиса св. Иоанна Богослова Приложение 8. Мистика и символика чисел Число ноль (0) Число один (1) Число два (2) Число три (3) Число четыре (4) Число пять (5) Число шесть (6) Число семь (7) Число восемь (8) Число девять (9) Число десять (10) Число одиннадцать (11) Число двенадцать (12) Число тринадцать (13) Число четырнадцать (14) Число двадцать (20) Число двадцать четыре (24) Число двадцать пять (25) Число тридцать (30) Число сорок (40) Число пятьдесят (50) Число шестьдесят шесть (66) Число семьдесят (70) Число семьдесят семь (77) Число восемьдесят (80) Числа девяносто девять (99), сто (100) Число сто сорок четыре (144) Число шестьсот шестьдесят шесть (666) Число семьсот семьдесят семь (777) Число восемьсот восемьдесят восемь (888) Числа тысяча (1000), тьма (10000), тьма тем (100000000) Приложение 9 Рождество Христово на исходе ХХ-го века Доклад на Рождественских чтениях в Красноярске. 15 января 1997 г. Размышления ко дню 2000-летия Рождества Христова

При слове «апокалипсис» чаще всего представляют страшные картины конца света. Его приметы ищут во всем, нагнетая порой немалые страсти, опираясь, как правило, на таинственную последнюю книгу Священного Писания – Откровение святого Иоанна Богослова. И как-то стерлось из сознания людей, вступивших в XXI век, то, что Откровение Самого Христа, данное апостолу Иоанну 2000 лет тому назад, – это ведение, данное человечеству Господом о неминуемом торжестве правды, добра и любви, которым завершится нынешняя земная цивилизация. Да, будет три с половиной года антихристова царства, и мир сгорит в огне. Да, будет Страшный суд, и кто-то пойдет в геенну огненную… Всё это будет, но будет и всеобщее воскресение всех живущих на земле, будет новое бытие человечества, где венец творения Божьего – человек, не отрекшийся от Бога, будет снова вместе со своим Создателем. В книге известного богослова протоиерея Геннадия Фаста «Толкование на Апокалипсис», основанной на толкованиях святых отцов, есть грозное предостережение нам, живущим, чтобы не уловлены были князем мира сего, но есть и великая радость о Господе, о грядущей встрече с Ним и Небесном Иерусалиме. Написанная 22 года назад в годы воинствующего безбожия, ныне, в эпоху вседозволенности, книга стала ещё более злободневной. И остается только порадоваться тому, что она наконец-то увидела свет. Издание рассчитано на всех желающих познать истины Откровения св. Иоанна Богослова, а также на учащихся духовных православных учебных заведений в качестве учебного пособия.

«Христос-Вседержитель». Художник – В. М. Васнецов.

«Откровение Иисуса Христа, которое дал Ему Бог, чтобы показать рабам Своим, чему надлежит быть вскоре.» (Откр.1:1)

От автора

Когда слышатся слова «апокалипсис», «апокалиптический», то ужас, ожидание чего-то жуткого и неотвратимого охватывает человека. Кто-то, взявший в руки том нашей книги, невольно поморщившись, может быть, скажет: «Ну вот, опять пугать начнут, жуть нагонять». В жизни ведь и без того нерадостно. Кто-то припадет к толкованию на Апокалипсис, как к гадалке: «Так, что нас там ждет? Скажите скорее!»…

А взору апостола на острове в Эгейском море открывается Христос. Апокалипсис – это Откровение Иисуса Христа. Его образ открывается Церкви. Трепетно, с волнением и радостью бьется сердце приступающего к великому Откровению. Ожидаемый, Возлюбленный, Таинственный открывается… В душе всё тихо. Треволнения мира далеко позади. Волны бьются о каменистый берег острова на Эгейском море. Происходит Встреча… Прошло 22 года с тех пор, как была написана последняя страница этого «Толкования» без всякой надежды на публикацию. Минуло время. Изменилось общество, изменились и мы. И сейчас мне многое хотелось бы изменить, подправить, переписать и усовершенствовать в этой книге. Но все оставлено так, как было.

Есть богословие и книги, приходящие к нам из профессорских кабинетов, библиотек и аудиторий знаменитых школ. Есть богословие тех, кто молится в монастырях и кельях, подвизается в иноческом благочестии. Есть слова и речи, возглашаемые со святительских кафедр. Но есть и еще один вид богословия – богословие советских времен. Когда идеологический (и не только) пресс безбожия подавлял всё и вся. Когда недоступны были библиотеки и книги академий. Когда далеки и нечасты были монастыри. Когда оторвана была от людей наша отеческая православная наука. Однако, несмотря ни на что, сохранялись тогда среди людей не только вера и благочестие, но и жажда познания Слова Божия и желание поделиться познанным. Писались и книги без какой-либо надежды, что когда-то они будут изданы. Писались просто потому, что писалось, потому, что жажду Слова истребить невозможно. Однажды одного из таких пишущих спросил профессор: «Получили ли вы радость от написания своей работы?» Ответ был – «Да!» И тогда профессор сказал: «Значит, главное уже произошло!» Эти книги несут на себе печать неминуемых в тех обстоятельствах издержек, недостатков и несовершенств. Ведь даже должных ссылок сделать было невозможно. …Но перо писало. А Дух Божий дышит, где хочет.

Предлагаемая книга – из тех времен. Написал ее молодой диакон по благословению своего духовного наставника, Игнатия Лапкина, обратившего его в православие, наставлявшего его в святоотеческом разумении Писания, а также по благословению духовного отца своего и аввы протоиерея Александра Пивоварова. Написал ее в Кызыле, в центре Азии, в 1979–1982 годах. В те годы она была начитана на магнитофонные ленты и распространялась по многим городам бывшего теперь уже Советского Союза. Эти кассеты тайно прослушивались жаждущими разумения Слова Божия, изымались при обысках.

С 1994 года рукопись принята к подготовке красноярским издательством «Енисейский благовест». Впервые увидела свет в 1998 году в журнале издательства «Енисейский благовест» – «Новое и старое». Напечатана в журнальном варианте в четырех номерах «НиС» (№ 3–6, 1998–2001). А сегодня это «Толкование» предлагается читателям в виде книги, которая более 20 лет ждала своего часа. И если через неё кому-то откроется Христос, если кому-то еще более полюбится Откровение Того – Кто возлюбил нас, Того – Кто есть и был и грядет, и не хочет остаться сокрытым, то главное произошло.

Геннадий Фаст, протоиерей, настоятель Свято Успенского собора г. Енисейск

Вступление

На Апокалипсис Иоанна Богослова существует много совершенно разноречивых толкований. Ее толкованием занимаются даже атеисты. Особое внимание уделяют сегодня ему сектанты различных течений, строя зачастую на Откровении само основание вероучения. Причина противоречивости различных толкований Апокалипсиса состоит в том, что человек пытается своим рассудком постичь богооткровенную истину. А Откровение было открыто Духом Божиим, поэтому Им же только и может быть истолковано. Святой Ириней Лионский писал: «Ибо где Церковь, там и Дух Божий, и где Дух Божий, там и Церковь и всякая благодать, а Дух есть истина». Откровение дано Церкви Духом и Духом же Церковь дает толкование. Только толкование Церкви может быть истинным.

В этой работе преследовались три цели.

Лучшим основанием является толкование святого Андрея, архиепископа Кесарии Каппадокийской. Оно сравнительно кратко, но раскрывает самые ключевые моменты. Все остальные толкования можно фактически рассматривать как расширения и углубления работы св. Андрея Кесарийского. Его книга и была взята мною за основу. Из позднейших толкований использована книга священника Н. Орлова «Апокалипсис св. Иоанна Богослова, опыт толкования», М., 1904 г.

Мысли святых отцов иногда непосредственно цитируются, большей же частью просто излагаются без приведения конкретных цитат. Иногда излагаются и собственные рассуждения, которые, однако, не касаются ключевых моментов и являются только расшифровкой святоотеческих толкований отдельных текстов.

Вторая цель – показать ложность некоторых толкований и учений, широко распространенных в сектантстве среди баптистов, меннонитов, пятидесятников, адвентистов, свидетелей Иеговы. В основном это их ложные учения: о семи периодах истории Церкви, о восхищении Церкви перед великой скорбью, о великой блуднице, под которой они дерзко понимают то саму святую апостольскую православную Церковь, то римский святительский престол, то экуменическое движение, также учения об антихристе, о тысячелетнем царстве (хилиазм), о Страшном суде, о вечных муках.

Третья цель – изложить некоторые мысли, вскрывающие смысл и причины исторических событий, различных религиозных и других явлений в свете Откровения, а также духовно-нравственные назидания. Помоги нам всем Бог!

протоиерей Геннадий Фаст

Фаст Геннадий Генрихович – протоиерей, настоятель Абаканского храма в честь святых равноапостольных Константина и Елены, миссионер, богослов.

Имя при рождении — Генрих Генрихович Фаст, родился в конце декабря 1954 года в селе Чумаково Новосибирской области в протестантской немецкой семье Генриха и Елены Фастов.

Генрих Фаст, отец будущего протоиерея, был арестован в 1938 году, обвинён в создании контрреволюционной организации и после 10-летнего лагерного заключения он был отправлен в “вечную ссылку” в село Чумаково, как “враг народа”, Елена Фаст последовала за супругом. После развенчания культа личности Сталина отец был реабилитирован, и семья переехала в Казахстан. Там, в верующей протестантской немецкой среде, прошли детство и юность Генриха Фаста.

«…Вырос я в глубоко верующей протестантской немецкой семье и среде. Одно из ярких впечатлений детства – маленький карманный Новый Завет, который я получил в десять лет и жадно читал, прячась от шумных детских игр. С тех пор я навсегда полюбил Слово Божие. Тогда же, в десять лет, я впервые сознательно обратился к Богу. И позже, когда я занимался наукой, вера и наука жили во мне, порой пересекаясь и сливаясь, но большей частью раздельно, разделяя как бы и мою жизнь надвое…»

После школы Генрих поступает на физический факультет Карагандинского университета. Несмотря на успехи в учебе, в конце четвертого курса студент он был исключен из Карагандинского университета за религиозные убеждения, но в том же году восстановился в Томском университете, после окончания которого в 1978 году был оставлен сотрудником кафедры теоретической физики, но через полгода вновь был изгнан за проповедь Евангелия.

Параллельно с учебой шла в те годы у Генриха и другая жизнь. Протестантизм казался ему слишком сухим, и поиски истины привели его к знакомству со служившим тогда в Новосибирске протоиереем Александром Пивоваровым и с жившим в Алтайском крае исповедником Игнатием Лапкиным, уже отсидевшим за веру свой первый срок и готовившимся ко второму. Эти два человека, а также усиленное изучение церковной истории и творений святых отцов Церкви произвели в душе Генриха полный переворот, и на пятом курсе он принял крещение в православной Церкви с именем Геннадий.

«Уже на старших курсах университета я соприкоснулся со Святым Православием и понял, что только в нем могу обрести спасение своей души. Передо мной открылся новый удивительный мир свято–отеческого учения, чистый источник благодати Божией в Таинствах церковных. Пятикурсником я принял святое крещение в Православной Церкви. Теперь уже не было той раздвоенности веры и науки. Душа желала и стремилась только к богопознанию и служению Христу. Поэтому после второго изгнания из университета я, оставив мир сей, пошел служить в Русскую Православную Церковь…».

В 1978 году он был рукоположен во диакона, в 1980 — в священники, служил в разных приходах Тувинской республики, Кемеровской области.

В 1983 году по благословению архиепископа Гедеона направлен священником, в Енисейск. Здесь он стал настоятелем старинного Успенского собора, а затем и благочинным Енисейского округа Красноярской и Енисейской епархии.

В 1985-1986 годах подвергся новым гонениям со стороны властей. На него было заведено уголовное дело по двум статьям: финансовые нарушения, которых не было, и политическая неблагонадежность. Семь месяцев следствия, обысков, допросов могли бы завершиться плачевно для “политически неблагонадёжного” священника, но грянуло время перемен, круто поменявшего судьбу России…

Неся служение приходского священника, и имея большую семью (у него и матушки Лидии пятеро детей), заочно окончил Московскую духовную семинарию и Московскую духовную академию. Здесь же в 1995 году защитил диссертацию на степень кандидата богословия по кафедре Священного Писания Ветхого Завета.

В 1987 году отец Геннадий впервые в СССР вошел в «зону» не в качестве узника совести, а с проповедью истины. Колонией, раскрывшей к ужасу администрации свои врата перед священником, была ИТК-16 под Уяром, знаменитый “Громадск”. Он пришел навестить заключенного, который его когда-то ограбил, а после бесед с ним отец Геннадий ходатайствовал о его помиловании. С 1989 года он стал регулярно посещать окрестные колонии, в начале 90-х годов для него отворились двери и Енисейского следственного изолятора.

В 1991 году ректорат лесосибирского Технологического института разрешил ему проведение открытых лекций по космологии.

Многие пришли к православной вере или утвердились в ней благодаря лекциям отца Геннадия в православном лектории при государственной универсальной научной библиотеке Красноярского края, который существует с 1991 года по настоящее время (2 лекции в месяц).

В 1994 году первым в епархии и вторым в России благочинный Геннадий Фаст открыл в Енисейске православную прогимназию свв. Кирилла и Мефодия. Следом за ним в этом же благочинии его воспитанником священником Андреем Юревичем была открыта в городе Лесосибирске Красноярского края православная гимназия св. Иоанна Кронштадтского.

Автор богословских сочинений, работал над книгами исторического, духовно-просветительского содержания, некоторые из которых писались без всякой надежды быть опубликованными. Но падение атеистического режима изменило судьбу этих книг.

В апреле 2010 года назначен председателем епархиального Отдела религиозного образования и катехизации, переведён из Енисейска в Красноярск и поставлен настоятелем одного из главных храмов краевого центра. Храму по его прошению был придан статус катехизаторского.

В мае 2010 года без какого бы то ни было объяснения причин был снят с этой должности и возвращен в Енисейск.

4 июля 2010 года указом архиепископа Красноярского и Енисейского Антония освобождён от должности председателя епархиального Отдела религиозного образования и катехизации, должности благочинного Енисейского церковного округа и с должности настоятеля Успенского храма, после двадцати семи лет настоятельства.

30 ноября 2010 года назначен настоятелем Абаканского храма в честь святых равноапостольных Константина и Елены.

Женат, пятеро детей.

Протоиерей Геннадий Фаст: Не разделяя службу и семью

Он родился в «вечной ссылке», вырос в семье меннонитов, а потом стал православным священником. Протоиерей Геннадий Фаст сегодня известный проповедник, богослов, автор многих книг и настоятель храма равноапостольных Константина и Елены города Абакан. Как он успевал служить, писать и воспитывать пятерых детей и успевает ли сейчас общаться с внуками? Как сохранил близость с родными, оставив веру предков и перейдя в Православие? Как удержать подростков в Церкви? Обо всем этом отец Геннадий рассказал «Бате».

Протоиерей Геннадий Фаст

Ссыльная семья

– Отец Геннадий, я знаю, что вы родились в семье ссыльных. Родители были высланы, когда депортировали советских немцев?

– Нет, моего отца арестовали раньше, в 1938 году. Арестовали как врага народа. Родился он в зажиточной семье, но после революции всё их имение разграбили, уничтожили. Он был 1905 года рождения, поэтому успел закончить сельскую десятилетку, что для того времени редкость. Всю жизнь был простым рабочим, в тридцатые годы жил и работал в колхозе, в бытность колхозником его и арестовали. Сначала обвиняли как фотокорреспондента иностранной разведки, потому что он еще в юности увлекся фотографией и с двадцатых годов фотографировал (благодаря чему у нас много семейных фотографий того времени). Потом этот пункт отменили, но его всё равно осудили – за создание контрреволюционной организации. Организации, которой никогда не существовало.

10 лет отец отсидел в Соликамлаге, а потом был отправлен в ссылку в Новосибирскую область, в село Чумаково, и туда к нему приехала моя мама. Ссылку его объявили вечной, а это означало, что и дети, и внуки, и правнуки, если они родятся, будут ограничены в своих правах, смогут проживать только в этом селе. В 1951 году родился мой брат, в 1954 – я. Родились мы не просто в семье ссыльных, мы сами с рождения были ссыльными – брат до пяти лет, я до двух. После XX съезда КПСС отца реабилитировали, и наша семья уехала в Казахстан.

Семья Фаст в ссылке

– А поженились ваши родители до ареста отца или мама приехала к отцу как невеста к жениху?

– Они поженились до ареста, у них родилось двое детей, но девочка прожила всего год, а был у нас еще один брат, 1936 года рождения, то есть на 18 лет старше меня. Как раз в 1954 году он закончил школу, и в том же году детям врагов народа разрешили поступать в вузы. У него не было паспорта, а была только справка «сын врага народа», и с этой справкой он поступил в Томский университет. Так что вместе мы не жили, но на каникулы он приезжал к родителям, и впоследствии мы много общались, дружили. В 2005 году он преставился.

Три брата

– Десять лет в лагере не могли не подорвать здоровье, а когда вы родились, отцу было почти 50. Хватало ли у него сил заниматься вами?

– Хватало. Крепкое здоровье было у отца, прожил он 87 лет. Когда мы с братом рождались, некоторые ругали родителей: «плодите нищету, сирот». Но когда папа скончался, брату было 40, а мне 37 лет.

Росли мы не сиротами, в дружбе, любви, вере, получили, как и старший брат, высшее образование (хотя к этому папа, можно сказать, уже ничего не приложил). Работал он всегда честно, дома тоже много чего делал, очень любил столярничать и даже сам изготавливал мебель – покупной мебели у нас дома почти не было. Нас он тоже обучал различным ремеслам, мы ему помогали. Конечно, таким умельцем, как папа, я не стал, сам мебель не мастерил, и вообще я человек непрактичный, но инструмент в руках держать умею и физической работы никогда не боялся. Приучил нас папа трудиться.

Маленький Генрих угощает отца

А самое главное – родители нас любили и показывали пример. Я уехал из родительского дома в 21 год, то есть прожил с ними достаточно долго, и за всё это время не видел не то что ссоры между ними, но даже какой-либо размолвки. Когда я потом узнал, что такое в семьях бывает, мне это казалось дикостью. Ну а то, что сейчас сплошь и рядом происходит, просто какая-то фантасмагория. Когда же рассказываю молодым людям, в какой среде я рос, они говорят: это нереально, так не бывает. А я, говорю, не представляю, что может быть по-другому.

При этом во многом мои родители были людьми очень разными. Отец – добряк, трудяга, трезвенник (ни капли за всю жизнь не выпил), но человек простой, рабочий, а мама, хотя и закончила всего 6 классов (она была моложе отца, 1914 года рождения, в двадцатые годы далеко не все имели возможность получить даже среднее образование), филигранно-интеллигентная, утонченная. Думаю, если бы она могла получить образование, стала бы хорошим литератором. Мама писала каллиграфическим почерком и без единой ошибки, описывала годы репрессий (на немецком языке), Библию знала практически наизусть, вела занятия в воскресной школе, много читала, прекрасно разбиралась в литературе, пела, играла на гитаре и нас старалась приобщить к музыке.

Мы, все три брата, унаследовали от отца полное отсутствие музыкального слуха, тем не менее каждый вечер в 10 часов мама собирала нас со средним братом на сыгровку, у нас были мандолины и немецкая мнемоническая грамота – не нотная, а цифровая. Вот эту средневековую музыкальную грамоту я знаю и на мандолине играть умею, но скорее как механик, а не как музыкант.

Община меннонитов и золотые свадьбы

– Родители были лютеране?
– Меннониты. Эта деноминация возникла чуть позже лютеранства, в тридцатые годы XVI века, в Голландии. Мои предки оттуда, потом они сбежали от инквизиции в Пруссию, там прожили больше двух веков, онемечились, и даже фамилия получила немецкое звучание – Фаст (вообще они были Ван дер Фесте). А при Екатерине II и Александре I переехали в Россию, и здесь мы тоже уже больше двух веков. Кроме русского языка, родители знали plattdeutsch (платтдойч — немецкое наречие под голландский) и литературный немецкий, но у нас дома разговаривали только на литературном языке.

– Дома по-немецки общались?

– Да, с родителями я до самого их ухода говорил только по-немецки, даже язык не повернулся бы заговорить с ними по-русски. С братом, конечно, говорили и по-русски, и по-немецки.

– В шестидесятые годы в Казахстане мальчикам из верующей семьи, наверное, пришлось многое претерпеть?

– Конечно. Помню, в начале шестидесятых дымовуха влетала во время собрания – молились мы на дому. В семидесятые, случалось, комсомольцы нас били. Понятно, что это им не просто разрешали, но рекомендовали, поэтому ходить на богослужения было опасно, тем не менее мы регулярно ходили. В школе мы не были ни октябрятами, ни пионерами, ни комсомольцами, и это тоже многих раздражало. Мне в этом смысле доставалось меньше, чем брату – когда через три года приходил мой черед, учителя уже понимали, что будет то же самое, и на меня уже так не давили.

Но и потом было непросто: меня дважды изгоняли из университета. Сначала из Карагандинского, потом я поехал в Томск, восстановился с потерей года в Томском университете и закончил его. Работал на кафедре теоретической физики, занимался наукой, но меня и оттуда уволили.

А в восьмидесятые, когда я уже был священником, до уголовного дела дошло. На второй день Пасхи должен был быть суд. Но не вызывают, не вызывают, а потом вызвали и дали справку: дело закрыто за отсутствием состава преступления. 1986 год, уже перестройка началась.

– Что помогло вам выстоять, сохранить веру?

– Во-первых, Бог помог. Перед нами не стоял вопрос: выбрать Бога или мир? Мы избирали Бога.

В Караганде, где прошла большая часть моего детства, жили в то время многие освободившиеся из тюрем, лагерей, ссылок (не только немцы, но и русские, украинцы), и было 18 общин разных конфессий. В нашей меннонитской общине было 800 взрослых. Я рос в среде тысяч немцев, и никто из них не разводился, не делал аборты. В детстве я неоднократно бывал на золотых свадьбах… Сейчас иногда спрашиваю молодых людей, бывали ли они на золотых свадьбах. Конечно, не бывали, часто даже приходится объяснять, что это такое.

А отдельно, где-то за рамками наших общин, существовал греховный безбожный советский мир, и мы находились по разные стороны баррикад. Мы жили в том мире, учились в школах, университетах, но были не от мира. И когда я принял Православие, это так же осталось: православные приходы и храмы были такими же островками в окружающем их враждебном мире.

Помог, конечно, и пример родителей. Роль семьи колоссальна.

Ну и община – как вся, так и отдельные молодежные собрания. Общение со сверстниками, которые разделяют твою веру, твои ценности – необходимая поддержка для подростка, для молодого человека. Сейчас молодые люди приходят в храм, там молятся, общаются с Богом, а помолившись, расходятся, общины часто нет. Бог, семья и община – то, что позволяло нам жить не так, как жил мир.

Семья Фаст, 1984 г.

Переход в Православие

– Несмотря на пример искренней веры, когда слова не расходились с делами, вы перешли в Православие. Можно догадаться, что это был выбор не от разочарования, а в результате глубоких богословских размышлений, сравнений?

– Конечно, не от разочарования. Я еще в отрочестве обратился к вере сознательно (воспитание много значит, но каждый должен пережить личную встречу с Богом) и был, несмотря на молодость, активным проповедующим братом, а когда переехал в Томск и восстановился в университете, познакомился с Игнатием Лапкиным (в то время он был прихожанином Покровского собора г. Барнаула – прим.ред.) и протоиереем Александром Пивоваровым. В результате общения с ними я увидел, что по Библии протестантские учения вступают в противоречия, а православное учение, которое казалось мне дремучим и полусуеверным, на самом деле и есть учение Священного Писания. Это был шок!

И еще я понял, что протестантское общество, несмотря на многие плюсы, ограничено: и потолки низкие, и многого там просто нет. Например, апостол Иаков говорит: «Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему» (Иак., 5, 14-15). Ничего этого в протестантизме нет. В Православии есть таинство соборования, а в протестантизме вообще нет никаких таинств, вся вера субъективна: молишься, стараешься жить по заповедям, исповедуешь веру. А тут открылась сакральная сторона веры.

Мне открылось, что Православная Церковь – Церковь истинная, созданная Христом и апостолами и сохранившая преемственность по сей день, а протестантизм, увы, лишь ветви, которые в своих положительных вещах питаются соками исторического древа христианства, но во многом и отпали от древа.

Это был очень непростой для меня период, много пришлось читать. Потом отец Александр меня крестил.

– Вы не через миропомазание присоединились к Православию, а крестились?

– Да. У меня были мучительные сомнения, но потом от Самого Господа я получил знак, что надо принять крещение, и очень этому рад. Знаю некоторых людей, которые из подобных общин перешли в Православие через миропомазание, и сам ради икономии могу не отказать и принять из протестантизма через миропомазание, но лучше, конечно, креститься, и для меня крещение, которое я воспринял как таинство, имело огромное значение.

– Как родные отнеслись к вашему выбору?

– Старший брат, который родился до репрессий, не сразу, но очень внимательно отнесся к моему шагу. В отличие от нас, двух младших, он в шестидесятые-семидесятые даже позиционировал себя атеистом, с головой ушел в науку, занимался математикой, астрономией, к вере шел трудно, но когда пришел, принял крещение в Православной Церкви, а родители и другой брат воспринять это не смогли. Родителям было очень тяжело.

Отношения сыновней и родительской любви не прекращались до самой их кончины (мама умерла в 1991 году, папа в 1992), но они очень переживали, что я сделал такой выбор. Особенно мама. Но я как сын попросил у родителей благословения… Не на священство – этого они не вместили бы, — а на всё, что я делаю для служения Господу, Который у меня не изменился. Не сразу, но через некоторое время отец дал мне такое благословение.

– А со средним братом не спорили?

– С ним у нас были жесткие дискуссии, но это в прошлом. Теперь не спорим, потому что жизненные пути определены. Он пастор, живет в Германии, но служит также в Казахстане, половину времени проводит там. Встречаемся, общаемся по-братски, в чем-то нам очень легко общаться – нас объединяет любовь к Богу, Библии, — но жизненные пути разные, поскольку Православие он не принял.

Диакон Геннадий Фаст и его брат Вильгельм

Не разделяя службу и семью

– Женились вы на православной девушке?

– Да. Познакомились мы в протестантской общине, но шли в своих поисках в ногу: я крестился, а через две недели моя будущая жена присоединилась к Православию через покаяние. Она в детстве была крещена, но, как многие крещеные, не получила никакого православного воспитания, потом вслед за своей мамой пришла в протестантскую общину. Там мы познакомились и вместе пришли к Православию. Это было еще до женитьбы.

Протоиерей Геннадий и матушка Лидия, Синай, 2013 г.

– Она сразу приняла ваше решение стать священником? В советское время этот путь обрекал семью на изгойство.

– Еще в период нашего знакомства я сказал ей не только что люблю ее, но и что буду всю жизнь служить Богу. Она приняла это совершенно естественно, мы шли вместе и по жизни, и по вере, и по службе – она пела на клиросе и 30 лет была псаломщицей. Можно сказать, «без отрыва от производства» родила пятерых детей, которых мы, естественно, тоже воспитывали в вере. Дети росли при храме, мальчики с раннего детства пономарили, девочки пели на клиросе, и одна из них может сама вести службу.

Я никогда не чувствовал разделения между службой и семьей, у меня впечатление, что я 24 часа в сутки служу Богу, а дети вовлечены в этот процесс как в храме, о чем я уже сказал, так и дома. Мы вместе жили – не просто под одной крышей, а общей жизнью.

Я всегда пишу только ручкой, и одну из моих книг дочка набрала на компьютере. Я же вместе со старшей дочерью «учился» в университете – все ее курсовые и диплом прошли через меня. Она на искусствоведа училась, а я всегда увлекался искусством, в юности одно время даже художником хотел стать, и мне просто было интересно. Старший сын учился на радиофизика, случалось, что мы с ним вместе рассчитывали электрические цепи. А младший учился в авиационном – тут уж он втягивал меня в авиацию. Я рассказывал ему из аэродинамики, что помнил по университетскому курсу.

Одна дочка у меня экономист – в эту тему я не вникал, не мое. Зато она по жизни… Ее зовут Марфа – и она такая и есть! Замечательная дочка!

Мужское воспитание

– Ваш младший сын теперь авиадиспетчер. Мужская профессия! Пожалуй, не менее ответственная, чем хирург.

– Да, это профессия, где ошибаются не больше одного раза. Он учился увлеченно и так же увлеченно работает. Мне это очень приятно – действительно мужское дело. Притом что в нашей семье до него никто профессионально не был связан с авиацией, и он в детстве авиацией никак не интересовался, но вот один наш прихожанин, авиатор, посоветовал ему, сказал, что есть такая замечательная профессия для настоящих мужчин. Сын пошел в авиацию и очень этому рад.

– Приучали ли вы сыновей к физическому труду, как в свое время вас с братом приучал отец?

– Я уже говорил, что по этой части мне до отца далеко, но мы жили в доме на земле, даже в 40-градусный мороз приходилось ездить за водой на колонку, убирать снег со двора и с крыши. Рубили дрова, топили печку, копали и поливали огород, потом снимали урожай. Приучены они с детства к работе, которая многим современным молодым людям незнакома.

И учиться они начали рано. Поскольку я по образованию физик и до сих пор физику очень люблю, занимался с сыновьями физикой, когда они еще были дошкольниками. Например, закон Архимеда им рассказал до школы или в начальных классах. Они всё записывали и помнят мои уроки.

Еще я брал сыновей, особенно старшего, в свои миссионерские поездки. Что всегда присутствовало в нашей семье, так это путешествия. Хором не построили, а ездили много. Всё это очень памятно, сближает, расширяет кругозор.

Конечно, занимались мы и духовным образованием детей, проводили с ними дома занятия по Закону Божьему, по Библии.

Протоиерей Геннадий Фаст

«И не стыдно? У тебя же папа – батюшка!»

– Вы с братом росли, когда за веру преследовали, травили. В девяностые отношение к Церкви изменилось, и в этом смысле ваши дети росли в более благоприятных условиях, понимали, что их отец — уважаемый в городе человек. Но, наверное, в таком комфорте есть и свои минусы?

– Апостол Павел говорит: «Умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему и во всем, насыщаться и терпеть голод, быть в обилии и в недостатке. Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» (Флп., 4, 12-13). Любящим Бога всё служит ко благу: и гонения, и почет.

Старшие дети захватили и советскую эпоху. В 1986 году, когда у нас уже было трое детей, на третий день Рождества к нам пришли с обыском. Матушка спросила: «Детей увести?». «Нет, оставляй», — сказал я. Девять часов шел обыск, дети при этом присутствовали.

Две старшие девочки еще застали время, когда все вступали в октябрята-пионеры, а они, естественно, не вступали. Но уже не было такого давления, обстановка менялась, только по инерции многое еще шло по-старому. С другой стороны, на их глазах восстанавливалась епархия. Это была весна, эпоха возрождения, и дети мои в возрождении активно поучаствовали.

Да, они видели, что их отец, как вы сказали, уважаемый в городе человек, причем сначала их это вообще не интересовало. Будь ты хоть президент, хоть сапожник, для малыша ты просто папа, но потом, когда они стали что-то соображать, пошли в школу, заинтересовались, в чем особенности нашей семьи, и мне пришлось даже объяснять им, почему нас знают в городе. Но они не заносились, не замечал я ни у кого из них гордыни.

Было другое – это крест многих поповских детей и на приходе, и в городе. Балуется ребенок – ему делают замечание, а когда это сын или дочь священника, некоторые взрослые считают нужным добавить: «А еще батюшкина дочь» или «И не стыдно? Ты же батюшкин сын». Сильно их это доставало, о чем они мне рассказали уже позже, когда выросли и стали анализировать.

А если сравнивать мое детство и их, то мне кажется, что нам было труднее в религиозном отношении, в исповедании веры, а им – в отношении нравственном. Потому что все стали называть себя верующими, многие действительно воцерковлялись, и уже никого не удивляло, что, допустим, артист снимается в очень сомнительном фильме и при этом ходит в храм. Стерлась грань между Церковью и миром, между добром и злом. В наше же время были четкие грани, приходилось определяться, по какую ты сторону.

Крещение

– Многие дети, выросшие в те годы в верующих семьях, и не только неофитских, в переходном возрасте начинали бунтовать и переставали ходить в храм. У ваших детей не было такого бунта?

– Проблемы переходного возраста, конечно, имели место, но ни у кого из моих детей никогда не вставал вопрос о том, чтобы уйти из Церкви. Сейчас самое большое искушение у подростков из христианских семей – стремление жить, как все. Не отрекаться от Православия, но при этом быть как все даже по внешнему виду. В наше время во всём был контраст – даже одежда отличала нас от мирских.

Слияние мира и Церкви – большое искушение, через которое в подростковом возрасте прошли все мои дети, да сейчас им приходится через него проходить. Но по милости Божьей все сохранили веру.

Крещение внучки

И храм, и улица

– Часто православные родители спрашивают: как удержать детей в Церкви?

– Помню, когда сыночку было года четыре, старушка-прихожанка спросила его: «Ты когда вырастешь, батюшкой будешь?». Он смотрит на нее и отвечает: «Ну, если Господь призовет, то буду». Я своим детям с ранних лет говорил, что служение Богу – это Божье призвание. Не только священническое служение, но и любая жизнь по вере. Но есть и синергия, человек – соработник Господа и должен прилагать усилия. Безусловно, личный пример родителей и атмосфера в семье имеют огромное значение, но этого недостаточно. Молодым необходима молодежная среда.

Воскресные школы для детей есть сейчас почти везде, только уж у совсем ленивых настоятелей нет, а вот молодежная работа пока слабое звено в Русской Православной Церкви. А без молодежного общения в переходном возрасте, в юности единицы удерживаются в Церкви. Потом, ближе к 30 годам, многие возвращаются, но уже успев немало нагрешить, и некоторые, вернувшись из греха, даже священниками становятся.

– Вы следили за кругом общения своих детей?

– Это было сложно, они все в 17 лет уезжали из дома на учебу. Мы до сих пор тесно общаемся, по милости Божьей отношения всегда оставались доверительными и дружескими, но с 17 лет они шли в свободном плавании, оказывались в разных ситуациях, проходили через них.

Ну а в детстве, когда жили дома, они общались с самыми разными людьми, не только верующими. Один круг общения – храм, воскресная школа, православная гимназия, а другой – улица. Мои дети все прошли через улицу (чего сейчас не бывает в больших городах), и это очень хорошо – они играли с соседскими детьми, общались.

– Это же нормально, что они общались не только с верующими сверстниками?

– Конечно, нормально. В моем детстве тоже была улица, много детворы, все общались. Учился я в советской школе, в университете, и всюду появлялись друзья. Мы не должны изолироваться. «Вы – соль земли… Вы – свет мира» (Мф., 5, 13-14), — говорит Господь Своим ученикам. Монашество – путь для немногих, большинство христиан жили и будут жить в миру. У меня есть немало и школьных, и университетских друзей, с которыми мы поддерживаем связь. Я не считаю, что надо общаться только с верующими, да это и нереально.

Протоиерей Геннадий Фаст

Не потерять корни

– Все ваши дети уже имеют свои семьи?

– Да, в прошлом году последнюю дочку замуж выдали. У нас уже 5 внуков, ждем шестого.

– Их женихи и невесты были верующими или приходили к вере уже после знакомства с ними?

– Чаще второй вариант. Только младший сын женился на девушке, которую я исповедовал, когда она еще в младших классах училась. Ее мама активная прихожанка, мое духовное чадо, и она, естественно, тоже с детства воцерковлялась. Другая моя невестка и три зятя проходили путь воцерковления, познакомившись с моими детьми. Один сначала даже некрещеный был. Все они замечательные люди, все создали брак через венчание.

– Советуются ли с вами сыновья и зятья, как воспитывать внуков?

– Они все мужчины самостоятельные, ответственные, надежные. А внуки у меня еще маленькие – старшая внучка во втором классе, остальные дошкольники. На лето внуков привозят к нам, дочери приезжают, иногда по месяцу с нами проводят. Весело у нас летом, многолюдно. Одно дело – рассматривать фотографии внуков или приехать ненадолго в гости, подержать на руках, и совсем другое — когда три месяца вместе живем. Пусть ты занимаешься своими делами, а внуки играют, всё равно приятно и объединяет, обогащает.

Протоиерей Геннадий и матушка Лидия с дочкой и внучками

– Несмотря на то, что дети давно живут в другом городе, вам удается сохранять патриархальные традиции?

– Мы хотим, чтобы они сохранялись, и всё возможное для этого делаем. В прошлом году в Караганде на 100-летие со дня рождения моей мамы собрались все потомки моих родителей – 45 человек. У нас родственники в Томске, в Германии, со всеми общаемся, и наши дети стремятся к этому общению.

Награды

Церковные:

  • орден преподобного Сергия Радонежского (2004)

Светские:

  • почетный гражданин города Енисейска (30 июля 2014, решением Енисейского городского Совета депутатов № 63-406)

Сочинения

Книги

  • Ты воскресни, птица Феникс!, 1992
  • Свет и тени Голгофы, 1993
  • Небесная лествица, 1994
  • Енисейск православный, 1994
  • Семь дней на Святой Земле, 1997
  • Толкование на книгу Песнь Песней Соломона, 2000
  • Зигзаг молнии в ненастный день, 2002
  • Толкование на Апокалипсис, 2004
  • Этюды по Ветхому Завету, книга первая, 2007
  • Этюды по Ветхому Завету, книга вторая, 2008
  • Толкование на Екклесиаст, 2009
  • Кто Она для нас? Православное учение о Богородице, 2010

Статьи

  • Идите, научите все народы, крестя их…// Церковный вестник, 2010, № 19
  • О пределах человеческого познания, или Реальность и ее модели
  • Открытое письмо протоиерея Геннадия Фаста о богословском споре с архиепископом Антонием

Использованные материалы

  • Биография на сайте «Русское Православие»
    • (зеркало)
  • Биография на сайте «Православие и мир»
  • Игумен Арсений (Соколов), Андрей Десницкий. Отец Геннадий Фаст
  • Мы вновь потянулись к вере, к небу. Интервью с протоиерей Геннадием Фастом.
  • Фаст Г.Г., биография на сайте центральной библиотечной системы г. Енисейска

Настоятель Патриаршего подворья — храма Живоначальной Троицы, б. Черкасской богадельни, сайт Московского Всехсвятского благочиния,

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *