Антоний Мельников митрополит

в нашу историю РПЦ
Местоблюститель Патриаршего Престола
Митрополит Смоленский Кирилл: «У нас с отцом Александром Менем богословские взгляды общие»

«Но вот однажды я уехал в Финляндию, и в это время произошел разгром одной из их встреч с баптистами. Я приезжаю — и митрополит Антоний мне заявляет, что он своей резолюцией исключил Кочеткова. И тогда я вступил в некоторый конфликт с митрополитом и с уполномоченным, который тоже был причастен к этому делу, и это была одна из гирек, брошенных на весы судьбы…
Когда меня изгнали из Ленинграда в 1984 году в Смоленск — трудное было время, сделано было все, чтобы показать, что я в ссылку направлен. Я приехал в Смоленск в январе 1985 года, а решение было в декабре, в день десятилетия моего ректорства — думаю, специально. Я приехал в невероятный, больше 30 градусов, мороз, пошел в дом, где мне предназначалось жить, и обнаружил, что дом занят. Архиерей, который был до меня, оставил свои вещи, причем он их оставил так, что было впечатление, будто человек вышел на пять минут. Разбросанные ботинки, носки… И я понял, что это знак того, что я не должен жить в этом доме. Я же не могу войти в дом человека, где не заперто все, открыто, разбросаны личные вещи, не постелена кровать… И я поселился в сарае — в прямом смысле слова, в сарайчике без канализации, без водопровода, с огромными крысами. Я просыпался оттого, что по моей кровати бегали крысы.
И это все было, конечно, стратегией, чтобы показать мне: «Вот теперь твое место, и ты теперь с этим должен смириться. Ты забудь, что ты был ректором, куда-то заграницу ездил. Вот твое место». И вот в этот момент от меня многие шарахнулись»
Кто же это тогда в 1984 г.так приложил нашего любимого шабес-гойчика, лучшего друга «великого о.А.Меня», выдвинутого ныне на пост Местоблюстителя?
Кто его услал в Смоленск, в эту страшную Россию, где «крысы бегали»?
Это был МИТРОПОЛИТ АНТОНИЙ МЕЛЬНИКОВ

Один его вид вызывал благоговение. Это была внешность святого человека. Молитвенный взгляд, благородные черты, сосредоточенность, отсутствие суеты в движениях. А как проникновенно осенял он себя крестным знамением… В этом движении чувствовался глубокий духовный смысл. В юности он служил иподиаконом у Святейшего Патриарха Алексия I (Симанского), был его духовным сыном, и многое перенял от первоиерарха.
Службу митрополит Антоний вел величественно и благоговейно. Безусловно, это был выдающийся архиерей. По внутренней культуре, деликатности его напоминает наш нынешний Святейший Патриарх Алексий II.
Всему митрополит Антоний знал меру и цену. Он хранил внутренне достоинство, и это понятно. Не будем забывать, что владыка принадлежал к древнему знаменитому роду, восходящему чуть ли ни к царю Иоанну Грозному. Он имел прекрасное и богословское, и светское образование, являлся магистром богословия.
Среди многочисленных талантов владыки Антония был и поэтический дар. Однажды довелось стать свидетелем, как одна игуменья подарила ему альбом для стихов, и он сразу написал в нем несколько строк.
Открытое письмо митополита Антония Мельникова протоиерею А.Меню
http://www.christian-spirit.ru/v14/14.(3).htm начало
http://www.christian-spirit.ru/v15/15.(3).htm продолжение
http://www.christian-spirit.ru/v16/16.(9).htm окончание
«Внешняя благожелательность и терпимость Владыки не означали, что он не был строг и даже суров к тем, кто попирал христианские заповеди. Призыв обличать хулителей Церкви, осквернителей ее устоев он понимал буквально и всегда ему следовал.
Известно его открытое письмо, написанное очень популярному в восьмидесятые годы среди либеральной интеллигенции протоиерею Александру Меню.
Этот священник опубликовал целый ряд книг на богословские темы, рассчитанных на широкий круг читателей, и в этих книгах откровенно перетолковывал христианские догматы. В одном из своих интервью небольшому самиздатовскому журналу отец Александр позволил себе вольно толковать смысл отдельных мест Священного Писания и решений одного из Вселенских Соборов.
И православный архипастырь не счел возможным промолчать. Причем, будучи влиятельным архиереем, митрополит Антоний не обратился к Священноначалию с призывом образумить впавшего в прелесть священника – он точно последовал церковному правилу и обратился к отцу Александру как к равному, как брат к брату.
Но при этом он не скрывал своего возмущения его отступничеством от Православия: «Дело не в конфронтации церквей и не в шовинизме русских православных людей, а в том, что живую благородную маслину Православия нельзя дать умертвить разлагающими и чуждыми влияниями под видом братского объединения, нельзя погасить светильник правды и истины.»
(протоиерей Георгий Зверев)

PS/ Я уже давно не надеюсь на какие-то перемены к лучшему в нашей реальной жизни.
Если русскому народу отведено Судьбой умереть в течение 21 века»С НОЖОМ В СПИНЕ», то это таки будет,сколько бы мы тут ни витийствовали.
Но по-моему очень интересно рассматривать тайные пружины событий.
Это занятие само по себе очень увлекательное.

«Его вид вызывал благоговение…»

Четверть века минула с кончины митрополита Ленинградского и Новгородского Антония (Мельникова; 1924-1986). Сменилась эпоха. Мало кто из нынешних прихожан петербургских храмов помнит владыку. Но те, кто хотя бы немного знаком с церковной историей, знают, что речь идет об авторитетнейшем архиерее. Наиболее искушенным известно его открытое письмо священнику Александру Меню, имеющее широкое хождение в интернете. И хотя авторство митрополита документально не доказано, публикаторы трудов владыки сочли возможным включить его в сборник сочинений как подлинное. Во всяком случае, по стилю и воззрениям богословская работа митрополита Антония «Из истории новгородской иконописи», где подробно рассматривается учение о Софии, Премудрости Божией, в разработке которого в свое время деятельное участие принимали философ Владимир Соловьев, священник Павел Флоренский, протоиерей Сергий Булгаков, близка к вышеназванному письму. Впрочем, это дело специалистов, и, надеемся, время расставит все по своим местам. В любом случае это письмо не только демонстрирует блестящую образованность автора-богослова, его острый ум, глубину аргументации и, конечно, верность святоотеческим традициям, но и дает великолепный (и, увы, редкий), столь необходимый всем пишущим пример уважительного, действительно христианского отношения к оппоненту. Несомненно, автор письма — лицо духовное, ведшее строгую внутреннюю жизнь. Учтем это.

Историческая справка. Митрополит Антоний (Мельников) родился 19 февраля 1924 года в Москве. Церковное служение начал в 1944 году иподиаконом у Местоблюстителя Патриаршего Престола митрополита Ленинградского и Новгородского Алексия (впоследствии Святейшего Патриарха Московского и всея Руси). В 1950 году окончил Московскую Духовную академию. В июле того же года в Троице-Сергиевой Лавре пострижен в монашество с наречением имени Антоний — в честь преподобного Антония Римлянина, Новгородского чудотворца. В том же году был рукоположен во иеродиакона и иеромонаха. Работал инспектором в Одесской, затем в Саратовской Духовной семинарии. В 1956 году назначен ректором Минской Духовной семинарии и наместником Жировицкого Успенского монастыря с возведением в сан архимандрита. Был ректором Одесской Духовной семинарии и наместником Успенского мужского монастыря в Одессе. В мае 1965 года назначен епископом Минским и Белорусским. В сентябре 1975 года Высокопреосвященный Антоний удостоен сана митрополита. С октября 1978 года и до кончины, последовавшей в 1986 году, владыка Антоний был митрополитом Ленинградским и Новгородским и являлся постоянным членом Священного Синода. Более пятнадцати лет возглавлял редакционную коллегию сборника «Богословские труды». С 1981 года митрополит Антоний руководил Богословской группой Комиссии Священного Синода по подготовке празднования 1000-летия Крещения Руси.

* * *

…Надо ли объяснять, что когда мне довелось побывать в рабочем кабинете ключаря собора во имя Владимирской иконы Божией Матери протоиерея Владимира Фоменко (+2009) и увидеть там живописный портрет митрополита Антония, я обратилась к батюшке с просьбой рассказать о его знакомстве с владыкой?

— Отец Владимир, как долго вы знали митрополита Антония?

— Мне довелось знать владыку Антония почти тридцать лет. Всю жизнь я сохраняю в душе образ этого светлого человека.

Когда в 1957 году я поступал в Минскую Духовную семинарию, его прислали из Москвы возглавить это учебное заведение в качестве ректора. Помню, как он принимал у нас вступительные экзамены… Когда после поступления я вернулся домой и показал фотографию владыки Антония своему духовному отцу, то архиерей произвел на батюшку неизгладимое впечатление своим величественным обликом.

Владыка Антоний преподавал нам в семинарии Новый Завет. Потом мне много доводилось слушать разных лекторов, замечательных преподавателей по этому предмету. Но так, как владыка Антоний, больше никто не преподавал Новый завет. Стоило ему лишь появиться в аудитории, как всех нас, студентов, охватывало чувство чего-то необычайного. Всегда с нами что-то происходило необыкновенное, какие-то открытия делались, все время мы постигали нечто новое. Большим подспорьем на уроках служили его многочисленные коллекции открыток, монет, марок. Всегда владыка что-нибудь приносил на урок и иллюстрировал этими необыкновенными предметами свой рассказ, зримо подтверждая евангельский текст. Удивительно и то, что после его лекций нас охватывало желание проповедовать людям веру Христову. Так заразителен был его пример.

…Необходимо сказать, что митрополит Антоний (Мельников) являлся достойнейшим человеком, одной из самых светлых личностей нашей Церкви второй половины XX столетия. Он был серьезным ученым, крупным богословом, высокообразованным и глубоко религиозным человеком. Но главное — он являлся истинным служителем Божиим.

— Митрополиту Антонию выпало жить в нелегкие годы. Как он решал для себя непростые вопросы взаимоотношения с властью, в годы его жизни — атеистической?

— Владыка Антоний не был революционером или новатором, стремившимся что-то менять, прежде всего он руководствовался в своей жизни чаянием исполнения воли Божией, жил с убеждением, что все происходит по предначертанию Божьего перста. И конечно, глубоко верил, что все отклонения во взаимоотношениях Церкви и государства обязательно пройдут. Надо лишь пережить, переболеть, перестрадать все происходящие нестроения. Он стремился сохранить суть церковной жизни, чтобы не прекращалась молитва, не прекращалась проповедь, совершение таинств.

Бывают времена, когда проповедь не столь звонкая и победоносная, но всегда необходимо, чтобы люди слышали слово Божие. Владыка обращал особое внимание на проповедь, старался, чтобы она имела сугубо церковный, спасительный, просветительский характер, а не революционный призыв или недовольство чем-то.

Он все делал мудро, деликатно, осторожно. Видимо, эта его позиция не вызывала возражений властей. Но если заходила речь о чем-то, что может повредить Церкви, например, в государственной политике, был очень принципиален. Разъяснял, почему так не следует поступать. И знаете, к нему прислушивались, его мнение уважали, с ним считались.

Порой его упрекают в излишней осторожности, но скорее, это была житейская мудрость и понимание времени, в которое он жил. Благодаря его высокой внутренней культуре и деликатности, его все очень ценили и уважали.

Когда при Хрущеве начался очередной виток гонений на Церковь, владыка Антоний являлся ректором Минской Духовной семинарии и наместником Жировицкого Успенского монастыря. В те годы начали запрещать богомольцам приезжать в монастырь на службу, даже собирались убрать из храмов кружки для пожертвований. «Нет, мы на это не пойдем. У нас люди, за которых мы несем ответственность». — Это было твердое архиерейское решение, и власти вынуждены были с ним считаться.

Последние восемь лет жизни митрополит Антоний возглавлял Ленинградскую кафедру. Несмотря на свои тяжелые недуги, владыка постоянно служил, проповеди его были лаконичны, но очень содержательны.

В каком-то смысле он представлял противоположность митрополиту Никодиму (Ротову), которого сменил на Ленинградской кафедре. Некоторые считали его мягким, не имеющим сильного характера. А владыка просто терпел, ожидая исправления подчиненных. Но, однажды, когда поведение некоторых людей перешло допустимые границы, архиерей проявил свой характер, что заставило многих изменить о нем свое мнение.

* * *

…Один его вид вызывал благоговение. Это была внешность святого человека. Молитвенный взгляд, благородные черты, сосредоточенность, отсутствие суеты в движениях. А как проникновенно осенял он себя крестным знамением… В этом движении чувствовался глубокий духовный смысл. В юности он служил иподиаконом у Святейшего Патриарха Алексия I (Симанского), был его духовным сыном, и многое перенял от первоиерарха.

Службу митрополит Антоний вел величественно и благоговейно. Безусловно, это был выдающийся архиерей. По внутренней культуре, деликатности его напоминал Святейший Патриарх Алексий II.

Всему митрополит Антоний знал меру и цену. Он хранил внутренне достоинство, и это понятно. Не будем забывать, что владыка принадлежал к древнему знаменитому роду, восходящему чуть ли ни к царю Иоанну Грозному. Он имел прекрасное и богословское, и светское образование, являлся магистром богословия.

Среди многочисленных талантов владыки Антония был и поэтический дар. Однажды довелось стать свидетелем, как одна игуменья подарила ему альбом для стихов, и он сразу написал в нем несколько строк.

Дважды, в 1950-х и 1970-х годах, он посетил Петербург (еще до своего будущего служения на кафедре Петербургских митрополитов). Город произвел на него неизгладимое впечатление. Владыка описал его красоты, дворцы, парки, каналы. А также посвятил одно стихотворение Казанскому собору, в котором располагался тогда Музей религии и атеизма. Мне запомнились эти строки:

Собор Казанский мрачно дремлет,

Он мертв, восторгов не приемлет.

И богомольною толпой

Не заполняет свой покой.

Улыбка чужда мертвецу,

Румянец не к его лицу.

Так стены древние церквей

Не оживит любой музей.

— Символично, что именно в Казанском соборе, которому, оказывается, владыка посвятил столь удивительное стихотворение, впервые за двадцать лет прошел вечер памяти владыки. Теперь, слава Богу, в кафедральный собор вернулась молитва, и он — живет, мы тому свидетели.

— Действительно, мы очень тепло вспомнили в тот вечер владыку Антония, собрались те, кто его знал: архиепископ Константин (Горянов), тогда — ректор Санкт-Петербургских Духовных школ, настоятель Князь-Владимирского собора протоиерей Владимир Сорокин, священник Казанского собора протоиерей Николай Преображенский, профессор Московской Духовной Академии Н.К.Гаврюшин, почитатели архиерея.

— Отец Владимир, владыка Антоний более пятнадцати лет возглавлял редакционную коллегию сборника «Богословские труды». Расскажите об этой стороне его деятельности.

— Надо сказать, что при нем это издание получило новую жизнь. Журнал стал выходить регулярно, там начали печататься фундаментальные труды высокого научного уровня. Этому способствовало то, что митрополит Антоний стал привлекать к сотрудничеству светских людей. Ведь среди ученых немало верующих людей. Но опубликовать сочинения на религиозные темы в те годы было невозможно, многое лежало под спудом. Конечно, что какие-то труды выходили в этом журнале под псевдонимом, но главное — работа появлялась на свет, с ней знакомилась читающая публика. Очевидно, что этому предшествовала серьезная работа, необходимо было обрести доверие авторов, достичь с ними взаимопонимания, единомыслия. Значит, владыка имел связи и в мире науки, был в курсе состояния научной мысли в стране и за рубежом.

* * *

Вся его жизнь была поистине праведной, благочестивой, сугубо православной, а кончина — святой, блаженной. Сегодня мы не часто можем встретиться с тем, что человек в свои последние минуты слышит молитву на исход души, испрашивает у всех прощения и, наконец, обращается за помощью к Пресвятой Богородице. Последними его словами были: «Пресвятая Богородица, помоги мне». Это поистине мирная, христианская кончина праведника.

Помню, у владыки Антония в рамочках на стене висели подлинные фотографии Оптинских старцев. Он все о них знал: как они жили, трудились, какими дивными людьми были на земле. И ведь все эти старцы теперь прославлены…

Я видел, как беседовали с ним вернувшиеся из ссылок архиереи. Они его любили, а он их. Они понимали друг друга буквально с полуслова, потому что были людьми единого Духа. А ведь это — исповедники Христовы, взошедшие на Голгофу XX века, и они пред ним благоговели…

Однажды довелось стать свидетелем, как одна благочестивая прихожанка принесла ему в дар иконочку Божией Матери, на обороте которой были начертаны автографы многих пострадавших архиереев. Она объяснила, что перед этим образом молились монахи на Соловках. Эта иконка сохранилась и была передана именно ему как самая драгоценная святыня.

И было у владыки Антония много личных вещей святых людей. И отца Иоанна Кронштадтского, и омофор святителя Филарета (Дроздова). Помню, это был небольшой вышитый омофор, и даже иногда, в день памяти святителя, он надевал его на богослужение. Владыка глубоко почитал этих боголюбивых людей, тогда еще не прославленных Церковью, имея чувство преемственности и историчности.

Также сохранились у него мантии митрополита Никодима, которого он сменил на кафедре. Владыка дорожил этими предметами. Не потому, что не мог сшить себе новые облачения, а потому что уважал, ценил ушедших. С благоговением пользовался он этими священными одеяниями во время богослужения. У меня было ощущение, что он как будто общался с владыкой Никодимом через эти предметы. Будто то, о чем они беседовали, тревожились при жизни, сохраняется в их сердцах. И если сейчас они расстались: один ушел в загробный мир, а другой еще жив, все равно они друг друга понимают…

— Очень важно то, что вы сейчас говорите. До сих пор в представлении верующих происходит некое противопоставление митрополитов Никодима и Антония. Расскажите об их взаимоотношениях.

— Владыка Никодим очень уважал владыку Антония, а владыка Антоний очень уважал владыку Никодима. Между ними была глубокая духовная дружба. Они имели полное друг ко другу доверие, были в одной упряжке, как говорится. Оба умные, образованные, каждый в меру своих талантов трудился на благо Церкви. Оба прекрасно понимали политическую, церковную, мировую обстановку. Делали одно дело, но по-разному.

…Надо ли говорить, что владыка Антоний являлся многогранной личностью: он был и богословом, и философом, и историком, и литератором, и поэтом, и коллекционером, и вместе с тем — аскетом, подвижником. При этом владыка был доступен каждому и очень скромен. Это был настоящий патриот своего Отечества и верный сын Русской Православной Церкви.

…Я испытываю к владыке Антонию исключительное благоговение. И имею внутреннее ощущение, что со временем он явится одним из вновь прославленных архиереев. Может, не через двадцать и не через тридцать, а через пятьдесят или сто лет, но это произойдет.

Беседовала Марина Михайлова, Русская народная линия

P.S. 10 августа 2009 года скончался протоиерей Владимир Фоменко. Свой последний приют он обрел на Никольском кладбище Александро-Невской лавры, рядом со своими учителями: митрополитами Антонием (Мельниковым) и Никодимом (Ротовым)

Иллюстрация: портрет митрополита Антония (Мельникова), хранившийся в кабинете протоиерея Владимира Фоменко

Троицкий синодик. 29 мая – день памяти митрополита Ленинградского и Новгородского Антония (Мельникова, † 1986), постоянного члена Священного Синода, известного богослова и пастыря


Митрополит Ленинградский и Новгородский Антоний (Мельников)
Митрополиту Антонию выпало жить в нелегкие годы гонений на Церковь. Но, несмотря на все жизненные трудности, владыка, по свидетельству современников, являлся одной из самых светлых личностей нашей Церкви второй половины XX столетия. Он был серьезным ученым, крупным богословом, высокообразованным и глубоко религиозным человеком. Но самое главное – являлся истинным служителем Божиим. Предлагаем вниманию читателей нашего сайта ознакомиться с основными вехами биографии Высокопреосвященнейшего владыки Антония и некоторыми воспоминаниями знавших его жизни.

Юность, духовное образование, монашество
Митрополит Антоний (в миру – Анатолий Сергеевич Мельников) родился 19 февраля 1924 года в Москве в семье преподавателя Московского геодезического института. По окончании средней школы в Москве, во время Великой Отечественной войны он работал на одном из оборонных предприятий столицы.

В 1944 году Антоний поступил в открывшийся в июне того же года в Москве Православный Богословский институт, преобразованный в 1946 году в Московскую духовную академию. С 1944 года служил иподиаконом Патриаршего Местоблюстителя, впоследствии Патриарха Алексия I. В 1950 году окончил духовную академию со степенью кандидата богословия за сочинение «Пастырское душепопечение по святителю Иоанну Златоусту».
Сразу по окончании академии в июле того же года Антоний Мельников вступил в число братии Свято-Троицкой Сергиевой Лавры и был пострижен в монашество с именем Антоний в честь преподобного Антония Римлянина. 18 июля 1950 году рукоположен во иеродиакона; 22 июля — в сан иеромонаха Патриархом Алексием I; определен преподавателем, а затем инспектором Одесской духовной семинарии.

Руководитель духовных школ
В 1952 году иеромонах Антоний назначен инспектором Саратовской духовной семинарии и исполняющим обязанности секретаря Саратовского Епархиального управления. В 1956 году он возведен в сан архимандрита и назначен ректором Минской духовной семинарии и наместником Жировицкого Успенского монастыря. С 1959 советские власти целенаправленно срывали набор в семинарию, и к началу 1963/1964 учебного года она осталась без воспитанников. Осенью 1963 года отец Антоний был определен ректором Одесской духовной семинарии с назначением его наместником Успенского монастыря в Одессе.

Архиерейство
Постановлением Священного Синода от 20 мая 1964 года архимандрит Антоний был назначен епископом Белгород-Днестровским, викарием Одесской епархии, с оставлением ректором семинарии. 31 мая того же года – он хиротонисан во епископа Белгород-Днестровского, викария Одесской епархии. Хиротонию совершали: Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий I, митрополиты Крутицкий и Коломенский Пимен (Извеков), Ленинградский и Ладожский Никодим (Ротов), Херсонский и Одесский Борис (Вик), Кишинёвский и Молдавский Нектарий (Григорьев), архиепископы Минский и Белорусский Сергий (Петров), Даниил (Юзьвюк) и епископ Онисифор (Пономарев).
6 октября 1964 году владыка Антоний защитил диссертацию в Московской духовной академии на ученую степень магистра богословия по теме «Жировицкий монастырь в истории западных русских епархий».
В связи с кончиной митрополита Херсонского Бориса (Вика) с февраля по май 1965 года епископ Антоний временно управлял Одесской епархией. 25 мая 1965 года назначен епископом Минским и Белорусским, священноархимандритом Успенского Жировичского монастыря. 8 октября того же года возведен в сан архиепископа.
C 1965 года владыка участвовал в многочисленных зарубежных поездках от лица Московского Патриархата. 7 октября 1967 года он назначен председателем редакционной коллегии сборника Богословские труды. При нем это издание получило новую жизнь. Журнал стал выходить регулярно, там начали печататься фундаментальные труды высокого научного уровня.
8 сентября 1975 года – епископ Антоний возведен в сан митрополита.

На Ленинградской кафедре
29 сентября 1978 года владыка Антоний назначается митрополитом Ленинградским и Новгородским и становится постоянным членом Священного Синода. 14 ноября того же года – награжден правом ношения двух панагий. В июле 1979 года он возглавил созданный в Ленинграде филиал Отдела внешних церковных сношений Русской Православной Церкви. 24 июля 1981 года назначен членом постоянного Рабочего президиума и руководителем богословской рабочей группы Комиссии Священного Синода по подготовке и проведению празднования 1000-летия Крещения Руси.

Кончина
Жизненный путь владыки постепенно приближался к своему концу. От продолжительной тяжелой болезни здоровье архипастыря сильно ослабло. Приуготовляясь к кончине, последний месяц перед смертью он ежедневно причащался Святых Христовых Таин. Утром 29 мая 1986 года, чувствуя, что силы оставляют его, владыка попросил прочесть канон на исход души. Во время чтения митрополит Антоний тихо почил о Господе. Последними его словами были: «Пресвятая Богородица, помоги мне». Незадолго до кончины владыка Антоний составил удивительное по своей скромности и теплоте завещание:


Митрополит Антоний (Мельников)
Завещание
Живя в надежде на милость Божию, полагаясь на волю Божию, я, когда Господь призовет меня к Себе, прошу исполнить мои пожелания.
1. Чин отпевания совершить монашеским обычаем.
2. На могиле памятника не ставить, а простой русский, правильный, деревянный крест с надписью: «Антоний, милостью Божией митрополит Ленинградский и Новгородский».
3. Все мое имущество: иконы, картины, церковные облачения введены в опись имущества ЛЕУ и должны так и оставаться — церковным имуществом. Это касается указанных предметов в Ленинградских покоях, на даче в Комарове и в Новгороде.
4. Никто из моих родственников не будет претендовать на это имущество, т. к. оно не личное, а церковное.

5. Двум моим братьям сообщить о кончине моей только после погребения (адреса известны священнику Г. Звереву).
6. Некоторые панагии, кресты розданы мной моим близким людям на память, а оставшиеся должны быть описаны и остаться в ризнице покоев.
7. Я не имею своего недвижимого имущества и вкладов в сберкассы. Какая-то сумма денег может остаться в моем сейфе, но эта сумма не превысит нескольких тысяч рублей, которые следует переслать на восстановление Данилова монастыря.
8. Мою библиотеку прошу переслать в библиотеку нашего церковного фонда — Данилов монастырь.
9. Старинные богослужебные Евангелия (одно — в Комарове, а другое — в покоях) — в ризницу Данилова монастыря.
10. Сердечно благодарю всех, с кем мне пришлось разделять труды. Желаю всем им всякого благополучия и многолетия.
11. Прошу у всех прощения за различные ошибки и прошу св. молитв.

8 января 1986 г. Митрополит Антоний. Ленинградский и Новгородский
Заупокойную литию о новопреставленном архиерее совершил епископ Тамбовский Валентин (Мищук). Промыслом Божиим день погребения владыки Антония совпал с 22-й годовщиной его архиерейской хиротонии. Заупокойную литургию в Троицком Соборе Александро-Невской лавры совершил митрополит Таллинский Алексий (Ридигер), будущий Патриарх Московский и всея Руси. Митрополит Антоний был погребен на братской части Никольского кладбища Александро-Невской лавры.
Собранные владыкой значительная художественная коллекция и библиотека из 7 тыс. томов вместе с обширной библиотекой его друга архиепископа Тамбовского и Мичуринского Михаила (Чуба) стали основой Синодальной библиотеки Московской Патриархии.

Сохранились многочисленные воспоминания о митрополите Ленинградском и Новгородском Антонии, приводим одно из них:

Его вид вызывал благоговение…
Протоиерей Владимир Фоменко: «Мне довелось знать владыку Антония почти тридцать лет. Всю жизнь я сохраняю в душе образ этого светлого человека.

Когда в 1957 году я поступал в Минскую Духовную семинарию, его прислали из Москвы возглавить это учебное заведение в качестве ректора. Помню, как он принимал у нас вступительные экзамены… Когда после поступления я вернулся домой и показал фотографию владыки Антония своему духовному отцу, то архиерей произвел на батюшку неизгладимое впечатление своим величественным обликом.
Владыка Антоний преподавал нам в семинарии Новый Завет. Потом мне много доводилось слушать разных лекторов, замечательных преподавателей по этому предмету. Но так, как владыка Антоний, больше никто не преподавал Новый завет. Стоило ему лишь появиться в аудитории, как всех нас, студентов, охватывало чувство чего-то необычайного. Всегда с нами что-то происходило необыкновенное, какие-то открытия делались, все время мы постигали нечто новое. Большим подспорьем на уроках служили его многочисленные коллекции открыток, монет, марок. Всегда владыка что-нибудь приносил на урок и иллюстрировал этими необыкновенными предметами свой рассказ, зримо подтверждая евангельский текст. Удивительно и то, что после его лекций нас охватывало желание проповедовать людям веру Христову. Так заразителен был его пример.
Владыка Антоний не был революционером или новатором, стремившимся что-то менять. Прежде всего, он руководствовался в своей жизни чаянием исполнения воли Божией, жил с убеждением, что все происходит по предначертанию Божьего перста. И конечно, глубоко верил, что все отклонения во взаимоотношениях Церкви и государства обязательно пройдут. Надо лишь пережить, переболеть, перестрадать все происходящие нестроения. Он стремился сохранить суть церковной жизни, чтобы не прекращалась молитва, не прекращалась проповедь, совершение таинств.
Бывают времена, когда проповедь не столь звонкая и победоносная, но всегда необходимо, чтобы люди слышали слово Божие. Владыка обращал особое внимание на проповедь, старался, чтобы она имела сугубо церковный, спасительный, просветительский характер, а не революционный призыв или недовольство чем-то.
Он все делал мудро, деликатно, осторожно. Видимо, эта его позиция не вызывала возражений властей. Но если заходила речь о чем-то, что может повредить Церкви, например, в государственной политике, был очень принципиален. Разъяснял, почему так не следует поступать. И знаете, к нему прислушивались, его мнение уважали, с ним считались.
Порой его упрекают в излишней осторожности, но скорее, это была житейская мудрость и понимание времени, в которое он жил. Благодаря его высокой внутренней культуре и деликатности, его все очень ценили и уважали.
Когда при Хрущеве начался очередной виток гонений на Церковь, владыка Антоний являлся ректором Минской Духовной семинарии и наместником Жировицкого Успенского монастыря. В те годы начали запрещать богомольцам приезжать в монастырь на службу, даже собирались убрать из храмов кружки для пожертвований. «Нет, мы на это не пойдем. У нас люди, за которых мы несем ответственность». Это было твердое архиерейское решение, и власти вынуждены были с ним считаться.
Последние восемь лет жизни митрополит Антоний возглавлял Ленинградскую кафедру. Несмотря на свои тяжелые недуги, владыка постоянно служил, проповеди его были лаконичны, но очень содержательны.
Один его вид вызывал благоговение. Это была внешность святого человека. Молитвенный взгляд, благородные черты, сосредоточенность, отсутствие суеты в движениях. А как проникновенно осенял он себя крестным знамением… В этом движении чувствовался глубокий духовный смысл. В юности он служил иподиаконом у Святейшего Патриарха Алексия I (Симанского), был его духовным сыном, и многое перенял от первоиерарха.
Службу митрополит Антоний вел величественно и благоговейно. Безусловно, это был выдающийся архиерей. По внутренней культуре, деликатности его напоминал Святейший Патриарх Алексий II.
Всему митрополит Антоний знал меру и цену. Он хранил внутренне достоинство, и это понятно. Не будем забывать, что владыка принадлежал к древнему знаменитому роду, восходящему чуть ли ни к царю Иоанну Грозному. Он имел прекрасное и богословское, и светское образование, являлся магистром богословия.
Среди многочисленных талантов владыки Антония был и поэтический дар. Однажды довелось стать свидетелем, как одна игуменья подарила ему альбом для стихов, и он сразу написал в нем несколько строк.
Дважды, в 1950-х и 1970-х годах, он посетил Петербург (еще до своего будущего служения на кафедре Петербургских митрополитов). Город произвел на него неизгладимое впечатление. Владыка описал его красоты, дворцы, парки, каналы. А также посвятил одно стихотворение Казанскому собору, в котором располагался тогда Музей религии и атеизма. Мне запомнились эти строки:

Собор Казанский мрачно дремлет,
Он мертв, восторгов не приемлет.
И богомольною толпой
Не заполняет свой покой.
Улыбка чужда мертвецу,
Румянец не к его лицу.
Так стены древние церквей
Не оживит любой музей.

Вся его жизнь была поистине праведной, благочестивой, сугубо православной, а кончина – святой, блаженной. Сегодня мы не часто можем встретиться с тем, что человек в свои последние минуты слышит молитву на исход души, испрашивает у всех прощения и, наконец, обращается за помощью к Пресвятой Богородице. Последними его словами были: «Пресвятая Богородица, помоги мне». Это поистине мирная, христианская кончина праведника.
Помню, у владыки Антония в рамочках на стене висели подлинные фотографии Оптинских старцев. Он все о них знал: как они жили, трудились, какими дивными людьми были на земле. И ведь все эти старцы теперь прославлены…
Я видел, как беседовали с ним вернувшиеся из ссылок архиереи. Они его любили, а он их. Они понимали друг друга буквально с полуслова, потому что были людьми единого Духа. А ведь это – исповедники Христовы, взошедшие на Голгофу XX века, и они пред ним благоговели…
Однажды довелось стать свидетелем, как одна благочестивая прихожанка принесла ему в дар иконочку Божией Матери, на обороте которой были начертаны автографы многих пострадавших архиереев. Она объяснила, что перед этим образом молились монахи на Соловках. Эта иконка сохранилась и была передана именно ему как самая драгоценная святыня.
И было у владыки Антония много личных вещей святых людей. И отца Иоанна Кронштадтского, и омофор святителя Филарета (Дроздова). Помню, это был небольшой вышитый омофор, и даже иногда, в день памяти святителя, он надевал его на богослужение. Владыка глубоко почитал этих боголюбивых людей, тогда еще не прославленных Церковью, имея чувство преемственности и историчности.
Он был и богословом, и философом, и историком, и литератором, и поэтом, и коллекционером, и вместе с тем – аскетом, подвижником. При этом владыка был доступен каждому и очень скромен. Это был настоящий патриот своего Отечества и верный сын Русской Православной Церкви».
Упокой, Господи, душу раба Твоего приснопоминаемого митрополита Антония и сотвори ему вечную память!

Награды, ученые степени и звания

· Орден святого равноапостольного великого князя Владимира II степени (1964)

· Орден великомученика Георгия Победоносца I степени (1977, Грузинская Православная Церковь)

· Орден Святого Агнца степени Командора I степени (1978, Финляндская Православная Церковь)

· Орден преподобного Сергия Радонежского I степени (1981)

· Орден святых апостолов Петра и Павла I степени (1981, Антиохийская Православная Церковь)

· Орден Животворящего Креста Господня I степени (1981, Иерусалимская Православная Церковь)

· Медаль Советского Фонда мира (1979)

· Орден Дружбы народов (1984)

· Почетный член Московской духовной академии (1975)

· Почетный член Ленинградской духовной академии (1979)

· Doctor honoris causa Богословского факультета им. Я.А. Каменского в Праге (1981)

Труды

· Из Евангельской истории: Богословские труды, 1971, Сб. 6, С. 5.

· Предисловие о Владимире Лосском: Богословские труды. 1972, Сб. 8, С. 5.

· Преподобная Евфросиния Полоцкая: Богословские труды. 1972, Сб. 9, С. 5-14.

· О христианстве в Помпеях и Геркулануме: Богословские труды. Сб. 10, С. 59-66.

· Святой равноапостольный архиепископ Японский Николай: Богословские труды. 1975, Сб. 14, С. 5.

· Блаженный Августин, как катехизатор: Богословские труды. 1976, Сб. 15, С. 56.

· Библиография. Х. Сомань. Св. Киприан, еп. Карфагенский и «папа Африканский»: Богословские труды. 1978, Сб. 18.

· Слово, сказанное в Троицком соборе в Ленинграде 4 сент. 1979 года на парастасе в годовщину кончины митрополита Никодима: ЖМП. 1979, № 12, С. 28.

· Миссия Русской Православной Церкви в прошлом и настоящем: ЖМП. 1982, № 5, С. 49-57.

· Слово в Неделю сыропустную (Прощенное воскресенье), 20 марта 1983 года: ЖМП. 1983, № 4, С. 32.

· В день памяти свт. Никиты, епископа Новгородского: ЖМП. 1983, № 4, С. 33.

· К 175-летию Ленинградской духовной академии (1809-1984 г.): Богословские труды. Юбилейный Сб. М., 1986.

· Из истории новгородской иконографии: Богословские труды. Вып. 27.

· Епископ Могилевский и Мстиславский Виталий Грегулевич: ЖМП. 1975, № 9, С. 64-66.

· Процвела, яко крин, пустыня : Санкт-Петербургский церковный вестник. 2006, № 5, С. 19-21.

· Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 год (включительно). Отзыв на работу митрополита Мануила: Церковно-исторический вестник, 2005-2006, № 12-13, С. 239-247.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *